Как правильно передать документы арбитражному управляющему
Перейти к содержимому

Как правильно передать документы арбитражному управляющему

  • автор:

Как при банкротстве передать документы арбитражному (конкурсному) управляющему

По закону руководитель фирмы должен в случае введения в отношении компании процедуры банкротства передать документы конкурсному управляющему в течение определенного срока. При этом важно правильно составить опись и максимально конкретизировать ее.

К чему могут привести ошибки

Игнорирование обязательств по передаче документов конкурсного управляющему может дать суду основания подозревать руководителя компании в сокрытии информации об имуществе фирмы, подлежащем передаче в конкурсную массу. В результате повышается риск привлечения к субсидиарной ответственности.
Обратите внимание: смена руководства компании не избавляет его от обязанности своевременно передать документы. Процедура неактуальна только в случае, если бумаги уже были изъяты государственными органами и службами – например, налоговой.

Как правильно при банкротстве передать документы арбитражному управляющему

Руководитель компании передает все документы, касающиеся деятельности фирмы. В частности, бухгалтерскую и иную отчетность, а также все печати и штампы. Это необходимо сделать в течение определенного срока с момента утверждения конкурсного управляющего.
На все передаваемые документы составляется внутренняя опись. Она должна быть максимально конкретизированной. Важно указать наименование и назначение документов, номера, даты контрагенты, и прочие значимые сведения.

Доверьте опись и передачу документов нам

Предлагаем профессиональные услуги по подготовке документов для передачи конкурсному управляющему. Проводим инвентаризацию, составляем подробную опись, указываем все значимые сведения.

3 причины для сотрудничества:

  • обладаем колоссальным опытом;
  • не нарушаем сроки;
  • адекватные цены.

Наша компания располагает широким штатом сотрудников – архивистов, переплетчиков, операторов по работе с данными. Мы действуем в строгом соответствии с требованиями нормативов. Свяжитесь с нами, чтобы получить консультацию или заказать услугу.

ПЕРЕДАЧА ДОКУМЕНТАЦИИ ДОЛЖНИКА В ПРОЦЕДУРАХ БАНКРОТСТВА Текст научной статьи по специальности «Право»

В последние годы на уровне судебной практики постепенно складывается подход к пониманию обязанности руководителя должника и прочих лиц по передаче документации арбитражному управляющему как разновидности гражданско-правового обязательства. Автор работы предпринимает попытку исследовать некоторые вопросы, связанные с такими правоотношениями: субъектный состав обязательства, его объект, прекращение обязательства невозможностью исполнения .

Похожие темы научных работ по праву , автор научной работы — Гилев Кирилл Евгеньевич

TRANSFER OF THE DEBTOR'S DOCUMENTATION IN BANKRUPTCY

In recent years, in judicial practice, an approach to understanding the obligation of the head of the debtor and other persons to transfer documentation to the bankruptcy trustee as a kind of civil obligation has been gradually developing. The author of the paper attempts to investigate some issues linked with such legal relations: the subject matter of the obligation, its object, the termination of the obligation by the impossibility of performance.

Текст научной работы на тему «ПЕРЕДАЧА ДОКУМЕНТАЦИИ ДОЛЖНИКА В ПРОЦЕДУРАХ БАНКРОТСТВА»

Гилев Кирилл Евгеньевич Московский государственный юридический университет им. О.Е. Кутафина

(МГЮА) Институт частного права Россия, Москва kirill. gilev.00 @mail .ru Gilev Kirill Evgenievich Moscow State Law University named after O.E. Kutafin (MSAL)

Institute of Privat law Russia, Moscow

ПЕРЕДАЧА ДОКУМЕНТАЦИИ ДОЛЖНИКА В ПРОЦЕДУРАХ

Аннотация: в последние годы на уровне судебной практики постепенно складывается подход к пониманию обязанности руководителя должника и прочих лиц по передаче документации арбитражному управляющему как разновидности гражданско-правового обязательства. Автор работы предпринимает попытку исследовать некоторые вопросы, связанные с такими правоотношениями: субъектный состав обязательства, его объект, прекращение обязательства невозможностью исполнения.

Ключевые слова: банкротство, документация должника, арбитражный управляющий, исполнение в натуре, невозможность исполнения.

TRANSFER OF THE DEBTOR'S DOCUMENTATION IN BANKRUPTCY

Annotation: in recent years, in judicial practice, an approach to understanding the obligation of the head of the debtor and other persons to transfer documentation to the bankruptcy trustee as a kind of civil obligation has been gradually developing. The author of the paper attempts to investigate some issues linked with such legal

relations: the subject matter of the obligation, its object, the termination of the obligation by the impossibility of performance.

Key words: bankruptcy, documents of the debtor, bankruptcy trustee, execution in kind, impossibility of execution.

В процедурах банкротства арбитражный управляющий наделен широким кругом полномочий, реализация которых зависит от многих факторов, одним из которых является информация. В наибольшей степени интерес для лиц, участвующих в деле о банкротстве, представляют сведения, полученные от самого должника, что реализовано в законодательстве в форме обязанности его органов управления и прочих лиц по предоставлению документов арбитражному управляющему. Общим нормативным основанием для такой обязанности является п. 3.2 ст. 64 (наблюдение), абз. 4 п. 1 ст. 94 (внешнее управление), абз. 2 п. 2 ст. 126 (конкурсное производство) Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон о банкротстве). Также применительно к отдельным видам банкротства в законе установлены специальные нормы, регулирующие такие отношения.

В настоящее время складывается обязательственно-правовое понимание отношений по передаче документации должника арбитражному управляющему. Основанием для этого является абз. 2 п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее — 1111 ВС № 53): «Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ» (здесь и далее в цитатах курсив автора — К.Г.). Поскольку предпосылкой для понуждения к исполнению в натуре является существование обязательства [3,

с. 375], и в приведенной норме отсутствует оговорка об использовании ст. 308.3 ГК РФ в порядке аналогии закона (как это характерно для практики высших судов в таких случаях), допустимо считать, что ВС РФ квалифицирует эти отношения в качестве обязательственных. Это делает применимым к ним с определенными ограничениями правил об обязательствах (срок исполнения, прекращение, расходы на исполнение и принятие и пр.).

Задачей настоящей работы, таким образом, является рассмотрение отдельных элементов такого правоотношения de lege lata, включая отражение позиций, отраженных в судебной практике.

Состав субъектов, обязанных передать документацию должника, как следует из вышеуказанных норм Закона о банкротстве, неоднороден от процедуры к процедуре: руководитель должника (п. 3.2 ст. 64 Закона о банкротстве (наблюдение)); органы управления должника, временный управляющий, административный управляющий (абз. 4 п. 1 ст. 94 Закона о банкротстве (внешнее управление)); руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий (абз. 2 п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве (конкурсное производство)). Предположительно, разный субъектный состав обязанных органов управления должника в приведенных нормах (руководитель/органы управления) обусловлен отсутствием системного подхода к исследуемому институту и неодновременностью появления таких положений в Законе о банкротстве.

Абз. 2 п. 24 ПП ВС № 53 бескомпромиссно устанавливает: «на

руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному

управляющему документации должника». Очевидно, что логика возложения

такой обязанности вытекает из обязанности по ее хранению. Занимая

должность руководителя, лицо должно действовать разумно и добросовестно,

что включает в себя хранение или организацию хранения документации общества. Дополняется это тем, что руководитель общества является его основным представителем во внешних отношениях (в том числе с арбитражным управляющим) и лицом, наиболее полно осведомленном о реальном положении дел в организации, поэтому разумно обязывать его к совершению действий по предоставлению документов. В отдельных же нестандартных ситуациях обязанность по передаче может следовать исключительно из обязанности по хранению документов. В одном из дел было установлено, что директор и единственный участник общества скончался в день возбуждения дела о банкротстве, наследников его доли не было [11]. Суд округа пришел к выводу, что в таком случае ожидать передачи документации можно со стороны единственного работника общества — бухгалтера. Однако, направляя дело на новое рассмотрение, суд указал на необходимость исследования вопроса фактического нахождения у него искомых документов. Бухгалтер доказал их у него отсутствие, что и привело к отказу в требовании арбитражного управляющего [10].

Нормативным обоснованием допустимости обращения с иском об истребовании документации напрямую к иным лицам помимо руководителя должника служит абз. 2 п. 24 1111 ВС № 53, закрепляющий категорию лиц, у которых документация находится фактически. Доказанность факта ее нахождения у таких лиц нередко приводит к отказу арбитражному управляющему в истребовании документации от руководителя. В одном из дел было установлено, что руководитель общества является номинальным лицом, а реальное руководство осуществлялось предыдущим руководителем. Поскольку факт обладания им документацией был установлен (в прочих обособленных спорах «теневой» руководитель представлял документы общества в форме подлинников), суд пришел к выводу, что бывший руководитель «фактически руководил должником до даты открытия конкурсного производства, и именно

на нем лежит обязанность по передаче бухгалтерской документации конкурсному управляющему» [12].

Из изложенного можно сделать вывод, что разделение лиц на прямо указанных в Законе о банкротстве и фактически обладающих документацией имеет следующее значение:

1. При заявлении требования к руководителю должна иметь место презумпция нахождения у него искомой документации, которую он обязан хранить, в полном объеме — обратное он вправе доказать [7]. Вместе с тем, суд не может присудить ответчика передать документацию, не исследовав факт ее действительного нахождения у последнего (абз. 2 п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»). Поскольку, как было отмечено выше, для использования понуждения к исполнению обязательств в натуре необходимо существование самого обязательства и ВС РФ санкционирует прямое применение ст. 308.3 ГК РФ, разумно считать элементом фактического состава возникновения обязательства — помимо введения соответствующей процедуры банкротства и утверждения арбитражного управляющего — реальное обладание ответчика ею;

2. Когда арбитражный управляющий заявляет требование к лицам, не указанным в Законе о банкротстве, но фактически обладающим документацией, он должен доказать наличие ее у последних.

Рассматриваемые нормы Закона о банкротстве (за исключением внешнего

управления (п. 3 ст. 97, п. 4 ст. 98 Закона о банкротстве)) не затрагивают

ситуации передачи документации должника от одного арбитражного

управляющего другому в рамках одной и той же процедуры (к примеру, от

лишенного статуса конкурсного управляющего вновь утвержденному).

Институт процессуального правопреемства призван урегулировать лишь статус

правопреемника, но обходит стороной передачу документации и прочих

материальных ценностей «новому» участнику процесса (ст. 48 АПК РФ). В таком случае обоснованно применение института истребования документации должника по аналогии закона (ч. 5 ст. 3 АПК РФ). Впрочем, применительно к процедурам внешнего управления и конкурсного производства суды допускают истребование документации у отстраненного управляющего, объясняя это тем, что он является бывшим руководителем должника в названных процедурах и к нему напрямую применимы нормы Закона о банкротстве [9].

В силу п. 3.2 ст. 64, абз. 4 п. 1 ст. 94 и абз. 2 п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве правом требования по обязательству наделен арбитражный управляющий. Интерес в получении документации имеется у всех участников дела о банкротстве, прежде всего у конкурсных кредиторов и уполномоченных органов, однако негативные последствия в случае ее неистребования или отсутствия попыток истребования будет нести управляющий (ст. 20.4 Закона о банкротстве), в чем и видится его заинтересованность в получении исполнения от должника. Кроме того, одним из элементов фактического состава возникновения обязательства является утверждение арбитражного управляющего, что знаменует завершение субъектного состава такого правоотношения, поскольку без его участия они невозможны.

Закон о банкротстве содержит предписания по передаче следующих документов должника арбитражному управляющему: бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения (п. 3.2 ст. 64 Закона о банкротстве (наблюдение)); бухгалтерская и иная документация должника (абз. 4 п. 1 ст. 94 и абз. 2 п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве (внешнее управление и конкурсное производство)).

Положения приведенных норм не лишены пробелов и могут вызывать

вопросы. Так, неясен мотив законодателя допущения истребования

документации в процедуре наблюдения, отражающей экономическую

деятельность должника именно за три года. Этот срок не «привязан» к сроку хранения документов бухгалтерского учета, поскольку последний составляет не менее пяти лет (ч. 1 ст. 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»). К тому же, важные для осуществления арбитражным управляющим своих полномочий сведения могут содержаться в документах должника, отражающих его экономическую деятельность ранее, чем за три года. По этой причине абз. 2 п. 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — ПП ВАС № 63) устанавливает, что арбитражный управляющий вправе запрашивать «у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника». Думается, что это положение должно касаться не только документов, содержащих сведения о сделках должника, но и прочих сведений.

Другой актуальный вопрос связан с объемом передаваемой арбитражному управляющему документации, для чего имеет значение разделение всей документации общества на ту, хранение которой обязательно в силу закона и по иным основаниям, и хранение которой формально необязательно.

В первом случае наличие таких документов у обязанного к их хранению лица предполагается в полном объеме. К примеру, перечень документов, обязательных к хранению в ООО, установлен ст. 50 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», и может быть расширен уставом общества, внутренними документам, решениями общего собрания участников, совета директоров и исполнительных органов общества. Статья 29 Закона о бухгалтерском учете устанавливает обязанность по хранению документов бухгалтерского учета в течение не менее пяти лет. В силу абз. 2 п. 43 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 года № 35 «О некоторых

процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее — ПП ВАС № 35) руководитель должника обязан передать «сведения обо всех судебных разбирательствах имущественного характера» (вероятно, речь о процессуальных документах) и т.д.

Более неоднозначно стоит вопрос в отношении сведений, хранение которых формально необязательно. Исходя из требований разумности и добросовестности руководителя должника можно вывести его обязанность хранения любой документации, которая потенциально может иметь значение для общества. Например, это лицо обязано обеспечить фиксацию фактов хозяйственной деятельности общества и прочих сведений на случай будущих судебных разбирательств (акты приема-передачи, деловая переписка, в том числе в электронной форме, и т.д.) [5, с. 385-390]. Поскольку хранение такой документации необязательно, в предмет доказывания на стороне арбитражного управляющего должны войти как факт существования таких сведений в той или иной форме, так и обоснование необходимости их получения для целей банкротства.

Обращаясь в суд с иском об истребовании документации, арбитражный

управляющий должен конкретизировать предмет иска (указать перечень

документов), в противном случае суд, с высокой степенью вероятности,

откажет ему, обосновывая это неопределенностью и неисполнимостью такого

судебного акта. ВС РФ в одном из дел установил, что «Вывод суда округа о

конкретизации перечня документов, подлежащих передаче, на стадии

исполнительного производства ошибочен. Судебный пристав-исполнитель

ответственен лишь за принудительное исполнение судебного решения. Получив

для исполнения исполнительный лист об обязании одного лица передать

документы другому лицу, он должен истребовать ту документацию, которая

была присуждена» [6]. Требование о конкретизации перечня документов

применимы в равной степени к обоим вышеназванным категориям документов,

и тот факт, что в процедуре внешнего управления и конкурсного производства

подлежит передаче вся документация должника не освобождает арбитражного управляющего от этого [13].

Дальнейшие рассуждения по данной теме предполагают необходимость уяснения правовой природы документации с точки зрения объектов гражданского права. Думается, что она тяготеет к вещам (ст. 128 ГК РФ). Нередко можно встретить позицию, что «вещами в гражданском праве признаются материальные, физически осязаемые объекты, имеющие экономическую форму товара» (товарная теория вещи) [1, с. 341]. Как справедливо замечает К.И. Скловский, «вещь является товаром только в каких-то отдельных случаях, быть товаром — это ее случайное качество», и основным ее признаком можно выделить «способность удовлетворять потребности, которые были мотивом, основанием идеи вещи» [18, с. 115]. Мотивом создания документации является возможность фиксации содержащихся в ней сведений на случай будущей (возможной) необходимости их подтверждения, то есть оформление этих сведений.

Ценность документации заключается и в содержании, и в форме

(качество оригинальности). Закон о банкротстве не содержит предписаний о

том, должна ли быть передана именно оригинальная документация. Однако в

пользу этого говорят следующие доводы: (1) наличие только копий документов

будет создавать риск невозможности установления судом отдельных фактов

(ст. 71, ч. 8 ст. 75 АПК РФ), а сами такие документы будут иметь заведомо

более низкое доказательственное значение в суде, что будет необоснованно

препятствовать осуществлению арбитражным управляющим своих

полномочий; (2) в процедурах внешнего управления и конкурсного

производства арбитражный управляющий заменяет руководителя должника, а

значит, имеет все основания претендовать на получение оригиналов

документации. В абсолютном большинстве дел заявляется о передаче именно

подлинников документации. Однако в процедуре наблюдения и финансового

оздоровления разумно сохранять оригиналы за руководителем, требуя от

последнего только надлежаще заверенные копии искомой документации -такой подход был отражен в ныне утратившем силу абз. 3 п. 47 ПП ВАС № 35.

Несмотря на указанное значение подлинника документа, «следует понимать, что предоставление документа — это лишь форма предоставления информации о деятельности общества» [4]. Интерес управляющего сосредоточен именно на содержании искомых документов, поэтому установленная гибель бумажного или прочего носителя не должна лишать возможности получения необходимых сведений, если они зафиксированы иным образом. К примеру, абз. 11 п. 24 ПП ВС № 53 допущена возможность восстановления документации «путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.». Восстановленный на основании версии контрагента текст договора будет считаться надлежащим доказательством в случае его последующего использования в таком качестве в суде. Заменимость формы в таком случае не свидетельствует о родовом характере вещи, поскольку ее содержание остается незаменимым, что позволяет говорить о ней как об индивидуально -определенной.

Правила п. 3.2 ст. 64, абз. 4 п. 1 ст. 94, абз. 2 п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве также полностью применимы к документам на электронным носителях. В одном из дел суд распространил их применение в отношении данных, содержащихся в базе компьютерной программы «1С-Предприятие», однако квалифицировал требование заявителя не как об истребовании документации, но об ознакомлении с данными [8]. Помимо того, предписания предоставления сведений на электронном носителе установлены в отдельных нормах закона (п. 2 ст. 189.35 Закона о банкротстве).

Невозможность исполнения обязательства

Большинство судебных актов, связанных с понуждением передать документацию должника арбитражному управляющему, содержат позицию ответчика, ссылающегося на утрату документации и прочие основания невозможности исполнения им такого требования. Это дает повод для оценки применимости к рассматриваемой теме положений о прекращении обязательства невозможностью исполнения (ст. 416 ГК РФ).

Общее правило устанавливает, что для целей прекращения невозможность должна быть объективной, то есть, когда ни сам должник, ни привлекаемые им третьи лица не в состоянии будут удовлетворить притязание кредитора (п. 37 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» (далее — ПП ВС № 6)). Поскольку фактическое обладание документацией понимается ВС РФ как элемент состава возникновения обязательства, отсутствие у должника искомой документации делает удовлетворение требования к нему о ее передаче невозможным. Обязательство между таким лицом и арбитражным управляющим прекращается субъективной невозможностью исполнения, если оно вообще успело возникнуть. Однако обязательство может продолжать существовать между фактически обладающим документами лицом и управляющим. Если такое лицо было привлечено в процесс, инициированный в отношении директора, факт передачи ему документации не нуждается в повторном доказывании по правилам о преюдиции (ч. 2 ст. 69 АПК РФ).

Как видно, субъективная невозможность сама по себе не приводит к абсолютному прекращению обязательства, но свидетельствует об ином составе такого правоотношения. Для полного же прекращения обязательства, что отвечает генеральному правилу ст. 416 ГК РФ, должна наступить объективная невозможность. Обычно она связывается с событиями фактического или юридического характера. В первом случае кредитор утрачивает возможность защиты права по ст. 308.3 ГК РФ в связи с гибелью индивидуально-

определенной вещи. Выше уже отмечалось, что в силу специфики документа как объекта материального мира, возможность его восстановления может сохраняться, а в связи с тем, что в случае бесповоротной утраты документации обязательство прекращается ipso iure, момент такого объективного прекращения может быть трудноуловимым для сторон. Но для целей получения документации управляющим это не имеет существенного значения: от бывшего руководителя (и тем более иных лиц) нельзя требовать осуществления действий по восстановлению документации в процедурах, когда они утрачивают свои полномочия, но сам арбитражный управляющий не лишен возможности обратиться к компетентным субъектам для восстановления документации. Такое требование уместно лишь в процедуре наблюдения или финансового оздоровления, когда руководитель еще не отстранен от управления обществом. Несмотря на то, что нормативной основы для требования к руководителю о восстановлении документации, исходя из буквального толкования норм Закона о банкротстве, нет, исполнение такой обязанности обеспечивается возможностью привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов (пп. 2, 4 п. 2 ст. 61.11Закона о банкротстве).

В практике встречаются случаи юридической невозможности, «когда

фактически совершить входящие в предмет обязательства действия или

бездействовать можно, но это будет противоречить принятым после

возникновения обязательства закону, иным правовым актам или иным актам

публичных властей» [3, с. 1354]. Так, в одном из дел ВС РФ указал: «При

изъятии документации должника правоохранительными органами возникает

объективная невозможность исполнения руководителем обязанности по ее

передаче арбитражному управляющему. Это, в свою очередь, исключает

возможность удовлетворения судом требования об исполнении им в натуре

обязанности, предусмотренной абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о

банкротстве» [6]. Применительно к юридической невозможности в литературе

отмечается следующая проблема: «любая юридическая невозможность может отпасть в любой день» [3, с. 1354], поэтому говорить о неустранимости не приходится. Поскольку юридическая невозможность передачи документов сводится, зачастую, к ее изъятию правоохранительными органами, арбитражный управляющий вправе обратиться в такие органы за получением их дубликатов, которые надлежит рассматривать как подлинники.

Условие, что обязательство не прекращается, если за наступление обстоятельства невозможности отвечает одна из сторон (ст. 416 ГК РФ), видится не имеющим для рассматриваемого случая значения. Такое условие обоснованно встречает критику как в российском, так и в зарубежном праве [2]. К тому же, в абз. 1 п. 40 1111 ВС № 6 разъяснено, что наличие риска влияет на обязанность возместить убытки (охранительное обязательство), тогда как невозможность исполнения в любом случае приводит к прекращению первоначального (регулятивного) обязательства, в связи с чем кредитор утрачивает право требовать о понуждении к исполнению в натуре. Поскольку интерес управляющего состоит в исполнении должником в натуре своей обязанности, он не может быть удовлетворен денежным или иным предоставлением со стороны обязанного лица.

Небольшой объем законодательной базы не позволяет говорить об исчерпывающем характере регулирования рассмотренного института. Следуя отечественной тенденции банкротного права, он развивается, преимущественно, на уровне судебной практики. В этом плане правила, установленные в абз. 24 ПП ВС № 53, стали большим шагом вперед на пути понимания природы таких отношений, и выше автор попытался показать практическую пользу распространения некоторых обязательственно-правовых конструкций на них.

Обобщая изложенное, можно заключить, что:

1. В настоящий момент реальное обладание документацией для целей ее принудительного истребования является неотъемлемым элементом фактического состава возникновения рассмотренного обязательства. Установленная законом и иными источниками обязанность хранения тех или иных документов (сведений) служит лишь основанием для выведения презумпции их нахождения у обязанных лиц. Суд не вправе установить обязанность передать управляющему такую документацию, не исследовав реальный факт ее нахождения у ответчика;

2. Из этого следует, что передача документации от одного лица другому служит одновременно и основанием для прекращения обязательства для первого лица субъективной невозможностью исполнения, и основанием для возникновения обязательства для последнего;

3. Действительное прекращение обязательства может наступить только объективной — фактической или юридической — невозможностью исполнения. В случае сохранения возможности восстановления документов действия управляющего определяются текущей процедурой банкротства: когда руководитель не отстранен от руководства, разумно требовать восстановления документации от него, а в прочих случаях — предпринимать самостоятельные попытки к ее восстановлению управляющим;

4. Допустимо истребование любой документации, в отношении которой установлена обязанность ее хранения. Прочие же сведения в процедурах наблюдения и финансового оздоровления могут быть запрошены управляющим с обоснованием их необходимости и доказанности их существования. Оригиналы могут быть истребованы только тогда, когда руководитель отстраняется от управления, а в процедурах наблюдения и финансового оздоровления разумно требовать надлежащим образом заверенные копии.

1. Гражданское право: учебник: в 4 т. /отв. ред. Е. А. Суханов. — 2-е изд., перераб. и доп. — Москва: Статут, 2019.

2. Громов А.А. Влияние невозможности исполнения на право кредитора потребовать исполнения обязательства в натуре // Вестник гражданского права. 2016. № 3. С. 9-31; № 4. С. 41-81.

3. Исполнение и прекращение обязательства: комментарий к статьям 307328 и 407-419 Гражданского кодекса Российской Федерации [Электронное издание. Редакция 2.0] / Отв. ред. А. Г. Карапетов. — Москва: М-Логос, 2022.

4. Кузнецов А.А. Комментарий к информационному письму Президиума ВАС РФ от 18 января 2011 г. № 144 «О некоторых вопросах практики рассмотрения арбитражными судами споров о предоставлении информации участникам хозяйственных обществ» // Журнал «Вестник экономического правосудия РФ» 05-2011

5. Курс доказательственного права: Гражданский процесс. Арбитражный процесс. Административное судопроизводство / С.Ф. Афанасьев, О.В. Баулин, И.Н. Лукьянова и др.; под ред. М.А. Фокиной. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Статут, 2019.

6. Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 22.07.2019 № 306-ЭС19-2986 по делу № А65-27205/2017 // СПС «КонсультантПлюс»

7. Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от

17.09.2020 № Ф01-12650/2020 по делу № А82-12430/2018 // СПС «КонсультантПлюс»

8. Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от

25.10.2021 № Ф01-4377/2021 по делу № А28-17655/2018 // СПС «КонсультантПлюс»

9. Постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 03.12.2020 № Ф03-5070/2020 по делу № А51-3244/2010 // СПС «КонсультантПлюс»

10. Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 08.10.2020 № Ф04-4842/2019 по делу № А45-21891/2018 // СПС «КонсультантПлюс»

11. Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от

10.10.2019 № Ф04-4842/2019 по делу № А45-21891/2018 // СПС «КонсультантПлюс»

12. Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от

14.01.2020 № Ф07-16460/2019 по делу № А56-57034/2017 // СПС «КонсультантПлюс»

13. Постановление Первого арбитражного апелляционного суда от

28.04.2021 № 01АП-3219/2020 по делу № А43-308/2019 // СПС «КонсультантПлюс»

14. Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» // СПС «КонсультантПлюс»

15. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» // СПС «КонсультантПлюс»

16. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» // «Российская газета», № 297, 29.12.2017

17. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» // СПС «КонсультантПлюс»

18. Скловский К.И., Костко В.С. О понятии вещи. Деньги. Недвижимость // Вестник экономического правосудия Российской Федерации. 2018. № 7. С. 115 — 143.

19. Федеральный закон от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» // СПС «КонсультантПлюс»

20. Федеральный закон от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» // СПС «КонсультантПлюс»

21. Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» // СПС «КонсультантПлюс»

Экономколлегия рассказала, можно ли уничтожить документы банкрота

Экономколлегия рассказала, можно ли уничтожить документы банкрота

Финансовые и бухгалтерские документы банкрота играют важную роль в банкротстве. Они позволяют определять размер конкурсной массы и пополнять её, оспаривать сделки, выявлять контролирующих лиц и отвечать на вопрос, можно ли привлечь их к субсидиарной ответственности. Эту документацию прежнее руководство банкрота обязано передать арбитражному управляющему, а он должен её хранить. Сколько именно лет – в законе о несостоятельности не говорится.

Управляющий «Лизинговой компании «Ренессанс» Олег Логинов уничтожил её документы через семь лет, в 2018 году, после возбуждения дела о банкротстве (№ А40-108749/2011). Этим оказался недоволен конкурсный кредитор Александр Ожогин. Ему показалось подозрительным, что управляющий избавился от бумаг через два месяца после того, как суд принял заявления о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности. Ожогин подал на Логинова жалобу. В ней кредитор написал, что уничтожение документов мешает ему собирать доказательства и устанавливать вину контролирующих лиц.

Но три инстанции не нашли повода наказать управляющего. За семь с лишним лет Логинов провёл все необходимые мероприятия. Его действия (бездействие) и отчёты обжалованы не были, а хранить документы дальше не было смысла, указали три инстанции. По их мнению, права кредиторов никто не нарушал. Они имели возможность ознакомиться с документами из дела, которые их интересуют, но не сделали этого.

«Разумно и добросовестно»

Ожогин обратился в экономколлегию Верховного суда. Она разделила сомнения кредитора и сочла, что нижестоящие инстанции недостаточно тщательно разобрались в деле. Как напомнил ВС, в случае ликвидации юрлица, в том числе в результате банкротства, судебная практика не допускает возможности безусловного уничтожения документов, даже если истекли сроки их хранения. Об этом косвенно говорит и п. 5 ст. 61.14 закона о банкротстве, который устанавливает сроки обращения в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности. Согласно этой статье, максимальный срок – не позднее 10 лет со дня, когда имели место действия или бездействие, которые позволяют привлечь к ответственности.

«Законодательство не позволяет конкурсному управляющему по своему усмотрению уничтожать документацию должника, которая потенциально относится к доказательствам по делу, до конца конкурсного производства, даже если кредиторы не против», – такой вывод сделал Верховный суд. Особенно если в деле есть нерассмотренное заявление о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, отметила экономколлегия. Поэтому она назвала преждевременными решения нижестоящих инстанций.

«Законодательство не позволяет конкурсному управляющему по своему усмотрению уничтожать документацию должника, которая потенциально относится к доказательствам по делу, до конца конкурсного производства», – указал ВС.

Банкротство – это конфликтный процесс, а его участники имеют разные интересы, напомнила тройка под председательством Елены Корнелюк. Значит, управляющий, будучи антикризисным менеджером, должен разумно и добросовестно подходить к вопросу хранения документов. Исходя из этого, экономколлегия направила дело на новое рассмотрение. В числе прочего она предписала проверить доводы Логинова, который объяснял уничтожение документов тем, что надо было сократить расходы на их хранение.

С такими указаниями дело направили на пересмотр.

Между экономией и рисками: мнение юристов

Юристы по-разному оценили кассационное определение. Как указал руководитель практики банкротства Инфралекс Инфралекс Федеральный рейтинг. группа Арбитражное судопроизводство (средние и малые коммерческие споры — mid market) группа Банкротство (реструктуризация и консалтинг) группа Банкротство (споры high market) группа ГЧП/Инфраструктурные проекты группа Корпоративное право/Слияния и поглощения (mid market) группа Антимонопольное право (включая споры) группа Налоговое консультирование и споры (Налоговые споры) группа Недвижимость, земля, строительство группа Семейное и наследственное право группа Цифровая экономика группа Налоговое консультирование и споры (Налоговое консультирование) группа Санкционное право группа Уголовное право Профайл компании × Станислав Петров, ВС обратил внимание на то, что управляющий плохо исполнял свои обязанности, что привело к нарушению прав кредиторов. «Закон не предусматривает срока хранения документов, – говорит Петров. – Но обязанности управляющего, специально оговоренные в законе, должны выполняться в течение всей процедуры несостоятельности». С этим согласен партнёр КСК групп КСК групп Федеральный рейтинг. группа Налоговое консультирование и споры (Налоговое консультирование) группа Частный капитал группа Корпоративное право/Слияния и поглощения (mid market) × Егор Горин: «Неожиданно, как у нас бывает, спустя 10 лет выяснится, что кто-то уклонился от уплаты налогов, вывел деньги из страны или совершил другое преступление. Вот тогда и понадобится первичная документация, а её и нет». По словам Горина, определение представляет собой «очередное предостережение о недопустимости своеволия управляющих».

Другие эксперты считают, что ВС поставил в деле не «точку», а «вопросительный знак», и не видят в судебных актах признаков явной недобросовестности управляющего. В их числе – партнёр ЗАО «Сотби» ЗАО «Сотби» Федеральный рейтинг. группа Арбитражное судопроизводство (средние и малые коммерческие споры — mid market) группа Банкротство (реструктуризация и консалтинг) группа Банкротство (споры high market) группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции группа Арбитражное судопроизводство (корпоративные споры) группа Международные судебные разбирательства группа Уголовное право группа Частный капитал Профайл компании × Антон Красников. По его словам, экономколлегия указала соотнести доводы кредиторов о необходимости хранить документы и доводы управляющего об экономии денег на хранение.

Контролирующих лиц можно привлекать к субсидиарной ответственности в пределах 10 лет после завершения конкурсного производства. Но обязан ли управляющий хранить массив документов все 10 лет? Если должен, то какие именно документы подлежат хранению, за счёт каких средств и во всех ли делах о банкротстве?

Антон Красников, ЗАО «Сотби» ЗАО «Сотби» Федеральный рейтинг. группа Арбитражное судопроизводство (средние и малые коммерческие споры — mid market) группа Банкротство (реструктуризация и консалтинг) группа Банкротство (споры high market) группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции группа Арбитражное судопроизводство (корпоративные споры) группа Международные судебные разбирательства группа Уголовное право группа Частный капитал Профайл компании ×

Многие смогут сделать из определения ВС вывод, что управляющий обязан хранить документы в течение соответствующего срока, говорит руководитель правового бюро Олевинский, Буюкян и партнеры Олевинский, Буюкян и партнеры Федеральный рейтинг. группа Банкротство (реструктуризация и консалтинг) 13 место По выручке на юриста 25-26 место По количеству юристов 27 место По выручке Профайл компании × Эдуард Олевинский. «Это будет оплачиваться из конкурсной массы и обойдётся очень дорого», – предупреждает он.

Как она минимизирует расходы по хранению документов, рассказывает арбитражный управляющий, партнёр ДжейДи консалтинг ДжейДи консалтинг Региональный рейтинг. × Анна Ловкина. «Я оставляю себе сканы документов для работы, а оригиналы, полученные от должника, сдаю в суд приложениями к отчёту, финансовому анализу, заключению об обстоятельствах банкротства».

Судьи бывают недовольными и делают замечания за перегруженные материалы дела. Но когда денег на специализированное хранение нет, а площади офиса и квартиры недостаточно, то сдать документы в суд – это единственный способ обеспечить их сохранность.

Арбитражный управляющий Анна Ловкина

ВС ориентировал проявлять «индивидуальный подход» и оценивать, действовал ли управляющий в интересах кредиторов, когда уничтожал документы, или возможный ущерб больше выгоды. Так рассуждает партнёр КА Юков и Партнеры Юков и Партнеры Федеральный рейтинг. группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции группа Уголовное право группа Арбитражное судопроизводство (крупные коммерческие споры — high market) группа Банкротство (споры high market) 6 место По количеству юристов 9 место По выручке 21 место По выручке на юриста Профайл компании × Светлана Тарнопольская. По её словам, наказывать управляющих можно только тогда, когда наступили негативные последствия. Например, не удалось привлечь контролирующих лиц к субсидиарной ответственности именно по причине отсутствия документов.

Партнёр юркомпании Хренов и партнеры Хренов и партнеры Федеральный рейтинг. группа Арбитражное судопроизводство (средние и малые коммерческие споры — mid market) группа Банкротство (споры mid market) группа Семейное и наследственное право 18-20 место По количеству юристов 26 место По выручке на юриста 43 место По выручке × Ольга Гончарова обращает внимание на поведение заявителя жалобы. В нём она видит признаки злоупотребления правом. Кредитор жалуется, что отсутствие документов затрудняет привлечение к субсидиарной ответственности бывших руководителей должника. Но задолго до уничтожения документов такие попытки предпринимались дважды, подчёркивает Гончарова. И оба раза заявлениям не давали хода из-за отсутствия доказательств.

Прокурор разъясняет — Прокуратура Республики Хакасия

Порядок и условия проведения процедур банкротства, в том числе обязанности руководителя юридического лица (должника), установлены Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Так, пунктом 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве установлена обязанность руководителя должника в пятнадцатидневный срок с даты утверждения временного управляющего для проведения процедуры банкротства – наблюдения, передать временному управляющему перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения. Ежемесячно руководитель должника обязан информировать временного управляющего об изменениях в составе имущества должника.

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у должника предполагается и является обязательным требованием закона. После введения процедуры банкротства руководитель должника должен принимать активные действия к передаче арбитражному управляющему соответствующих документов и сведений. Невыполнение данной обязанности повлечет затягивание процедур банкротства, установленных с целью защиты прав и законных интересов кредиторов и должника, в том числе, может привести к утрате имущества должника, которое подлежит включению в конкурсную массу и необходимо для погашения долгов, в том числе по заработной плате.

За несвоевременное предоставление, уклонение или отказ от передачи арбитражному управляющему поименованных в законе документов, сведений и имущества, частью 4 статьи 14.13 КоАП РФ установлена административная ответственность руководителя юридического лица — административный штраф в размере от сорока тысяч до пятидесяти тысяч рублей или дисквалификация на срок от шести месяцев до одного года.

Производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 4 статьи 14.13 КоАП РФ, в отношении руководителя должника возбуждается прокурором. Заявление о привлечении к административной ответственности для рассмотрения направляется в арбитражный суд.

Так, решениями Арбитражного суда Республики Хакасия от 31.07.2018 по делу № А74-9797/2018, от 12.09.2018 по делу № А74-11233/2018 по заявлениям прокуроров г. Саяногорска, г. Абакана к административной ответственности на основании части 4 статьи 14.13 КоАП РФ привлечены руководители ООО «Алатырь», ООО «Автоспецтехника», назначены административные штрафы в размере сорок тысяч рублей. Судебные акты не обжалованы, вступили в законную силу.

  • Вконтакте
  • LiveJournal

Прокуратура
Республики Хакасия

Прокуратура Республики Хакасия

26 сентября 2018, 10:52

Несвоевременное предоставление арбитражному управляющему руководителем юридического лица (должника) документов и сведений, а также принадлежащего должнику имущества, влечет административную ответственность

Порядок и условия проведения процедур банкротства, в том числе обязанности руководителя юридического лица (должника), установлены Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Так, пунктом 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве установлена обязанность руководителя должника в пятнадцатидневный срок с даты утверждения временного управляющего для проведения процедуры банкротства – наблюдения, передать временному управляющему перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения. Ежемесячно руководитель должника обязан информировать временного управляющего об изменениях в составе имущества должника.

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у должника предполагается и является обязательным требованием закона. После введения процедуры банкротства руководитель должника должен принимать активные действия к передаче арбитражному управляющему соответствующих документов и сведений. Невыполнение данной обязанности повлечет затягивание процедур банкротства, установленных с целью защиты прав и законных интересов кредиторов и должника, в том числе, может привести к утрате имущества должника, которое подлежит включению в конкурсную массу и необходимо для погашения долгов, в том числе по заработной плате.

За несвоевременное предоставление, уклонение или отказ от передачи арбитражному управляющему поименованных в законе документов, сведений и имущества, частью 4 статьи 14.13 КоАП РФ установлена административная ответственность руководителя юридического лица — административный штраф в размере от сорока тысяч до пятидесяти тысяч рублей или дисквалификация на срок от шести месяцев до одного года.

Производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 4 статьи 14.13 КоАП РФ, в отношении руководителя должника возбуждается прокурором. Заявление о привлечении к административной ответственности для рассмотрения направляется в арбитражный суд.

Так, решениями Арбитражного суда Республики Хакасия от 31.07.2018 по делу № А74-9797/2018, от 12.09.2018 по делу № А74-11233/2018 по заявлениям прокуроров г. Саяногорска, г. Абакана к административной ответственности на основании части 4 статьи 14.13 КоАП РФ привлечены руководители ООО «Алатырь», ООО «Автоспецтехника», назначены административные штрафы в размере сорок тысяч рублей. Судебные акты не обжалованы, вступили в законную силу.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *