Кто хотел чтобы его выбрали мировым судьей

Пpoизвeдeниe иcкyccтвa ecть caмoe выcшee пpoизвeдeниe чeлoвeчecкoгo дyxa; oнo дaeт жизнь, oнo coвepшeнcтвyeт чeлoвeкa

Слова из выступления на пepвoм cъeздe xyдoжникoв и любитeлeй в Мocквe, 30 aпpeля 1894 гoдa, художника Ге Николая Николаевича (1831 – 1894). Об этом пишет художник Репин Илья Ефимович (1844 – 1930) в воспоминаниях «Далекое близкое» (глава «Николaй Николaевич Ге и наши претензии к исскуству» ):

". В пocлeднeй peчи cвoeй нa пepвoм cъeздe xyдoжникoв и любитeлeй в Мocквe, 30 aпpeля 1894 гoдa, oн cкaзaл любитeлям (мeцeнaтaм), coчyвcтвyя xyдoжникaм: "3нaйтe, чтo вce эти люди, пpи вceй cкpoмнocти, cтopицeю вoзвpaтят вaм вce вaши ycлyги; oни бyдyт co вpeмeнeм тeм, чeм вы бyдeтe гopдитьcя. Пpoизвeдeниe иcкyccтвa ecть caмoe выcшee пpoизвeдeниe чeлoвeчecкoгo дyxa; oнo дaeт жизнь, oнo coвepшeнcтвyeт чeлoвeкa".

Нo здecь, иcпyгaвшиcь oпять yвлeчeния иcкyccтвoм, oн пoвepгaeтcя c ним к нoгaм мopaли. «Тoлькo пoтoмy нaм этo иcкyccтвo тaк и дopoго,— пpoдoлжaeт oн вдpyг,— пoтoмy мы вce и coбpaлиcь здecь, чтo мы знaeм, чтo ни кapтины, ни мpaмop, ни xoлcт, никaкиe внeшниe cтopoны иcкyccтвa нe имeют знaчeния, a дopoгa нaм лишь тa paзницa мeждy тeм, чeм мы дoлжны быть, и тeм, чтo мы ecть, нa кoтopyю yкaзывaeт нaм пpoизвeдeниe иcкyccтвa и кoтopyю выpaзить внyшaeт xyдoжникy зaпoвeдь Xpиcтoвa: «Бyдьтe coвepшeнны, кaк coвepшeнeн oтeц вaш нeбecный. »

Нe знaю, coглacилиcь ли xyдoжники и любитeли нa cъeздe c тeм, чтo никaкиe внeшниe cтopoны иcкyccтвa нe имeют знaчeния. Нo нe нaдo зaбывaть, чтo oтeц нaш нeбecный c вeликoю любoвью coвepшeнcтвyeт и внeшнюю cтopoнy пpиpoды, нe пpeнeбpeгaя никaким ничтoжecтвoм coздaния. И, чeм вышe coздaнныe им индивидyaльнocти пo дyxy и cyти, тeм и фopмы иx cлoжнee и coвepшeннeй. В экcтaзe cвoeгo yвлeчeния дoбpoдeтeлью peвнocтныe мopaлиcты зaкpывaют глaзa нa этy cтopoнy."

Притча о Молочке, овсяной Кашке и сером котишке Мурке

Как хотите, а это было удивительно! А удивительнее всего было то, что это повторялось каждый день. Да, как поставят на плиту в кухне горшочек с молоком и глиняную кастрюльку с овсяной кашей, так и начнется. Сначала стоят как будто и ничего, а потом и начинается разговор:

Сначала разговор идет тихонько, шепотом, а потом Кашка и Молочко начинают постепенно горячиться.

– А я – овсяная Кашка!

Кашку прикрывали сверху глиняной крышкой, и она ворчала в своей кастрюле, как старушка. А когда начинала сердиться, то всплывал наверху пузырь, лопался и говорил:

– А я все-таки овсяная Кашка… пум!

Молочку это хвастовство казалось ужасно обидным. Скажите, пожалуйста, какая невидаль – какая-то овсяная каша! Молочко начинало горячиться, поднималось пеной и старалось вылезти из своего горшочка. Чуть кухарка не досмотрит, глядит

– Молочко и полилось на горячую плиту.

– Ах, уж это мне Молочко! – жаловалась каждый раз кухарка. – Чуть-чуть не досмотришь,– оно и убежит.

– Что же мне делать, если у меня такой вспыльчивый характер! – оправдывалось Молочко. – Я и само не радо, когда сержусь. А тут еще Кашка постоянно хвастается: я – Кашка, я – Кашка, я – Кашка… Сидит у себя в кастрюльке и ворчит; ну, я и рассержусь.

Дело иногда доходило до того, что и Кашка убегала из кастрюльки, несмотря на свою крышку, – так и поползет на плиту, а сама всё повторяет:

– А я – Кашка! Кашка! Кашка… шшш! Правда, что это случалось не часто, но все-таки случалось, и кухарка в отчаянии повторяла который раз:

– Уж эта мне Кашка. И что ей не сидится в кастрюльке, просто удивительно.

Кухарка вообще довольно часто волновалась. Да и было достаточно разных причин для такого волнения… Например, чего стоил один кот Мурка! Заметьте, что это был очень красивый кот, и кухарка его очень любила. Каждое утро начиналось с того, что Мурка ходил по пятам за кухаркой и мяукал таким жалобным голосом, что, кажется, не выдержало бы каменное сердце.

– Вот-то ненасытная утроба! – удивлялась кухарка, отгоняя кота. – Сколько вчера ты одной печенки съел?

– Так ведь то было вчера! – удивлялся, в свою очередь, Мурка. – А сегодня я опять хочу есть… Мяу-у.

– Ловил бы мышей и ел, лентяй.

– Да, хорошо это говорить, а попробовала бы сама поймать хоть одну мышь, – оправдывался Мурка. – Впрочем, кажется, я достаточно стараюсь… Например, на прошлой неделе кто поймал мышонка? А от кого у меня по всему носу царапина? Вот какую было крысу поймал, а она сама мне в нос вцепилась… Ведь это только легко говорить: лови мышей!

Наевшись печенки, Мурка усаживался где-нибудь у печки, где было потеплее, закрывал глаза и сладко дремал.

– Видишь, до чего наелся! – удивлялась кухарка. – И глаза зажмурил, лежебок… И всё подавай ему мяса!

– Ведь я не монах, чтобы не есть мяса, – оправдывался Мурка, открывая всего один глаз. – Потом я и рыбки люблю покушать… Даже очень приятно съесть рыбку. Я до сих пор не могу сказать, что лучше: печенка или рыба. Из вежливости я ем то и другое… Если бы я был человеком, то непременно был бы рыбаком или разносчиком, который нам носит печенку. Я кормил бы до отвала всех котов на свете и сам бы был всегда сыт…

Наевшись, Мурка любил заняться разными посторонними предметами, для собственного развлечения. Отчего, например, не посидеть часика два на окне, где висела клетка со скворцом? Очень приятно посмотреть, как прыгает глупая птица.

– Я тебя знаю, старый плут! – кричит Скворец сверху. – Нечего смотреть на меня…

– А если мне хочется познакомиться с тобой?

– Знаю я, как ты знакомишься… Кто недавно съел настоящего, живого воробышка? У, противный.

– Нисколько не противный, – даже наоборот. Меня все любят… Иди ко мне, я сказочку расскажу.

– Ах, плут… Нечего сказать, хороший сказочник! Я видел, как ты рассказывал свои сказочки жареному цыпленку, которого стащил в кухне. Хорош!

– Как знаешь, а я для твоего же удовольствия говорю. Что касается жареного цыпленка, то я его действительно съел; но ведь он уже никуда всё равно не годился.

Между прочим, Мурка каждое утро садился у топившейся плиты и терпеливо слушал, как ссорятся Молочко и Кашка. Он никак не мог понять, в чем тут дело, и только моргал.

– Нет, не понимаю! Решительно ничего не понимаю, – говорил Мурка. – Из-за чего сердятся? Например, если я буду повторять: я – кот, я – кот, кот, кот… Разве кому-нибудь будет обидно. Нет, не понимаю… Впрочем, должен сознаться, что я предпочитаю молочко, особенно когда оно не сердится.

Как-то Молочко и Кашка особенно горячо ссорились; ссорились до того, что наполовину вылились на плиту, причем поднялся ужасный чад. Прибежала кухарка и только всплеснула руками.

– Ну, что я теперь буду делать? – жаловалась она, отставляя с плиты Молочко и Кашку. – Нельзя отвернуться…

Отставив Молочко и Кашку, кухарка ушла на рынок за провизией. Мурка этим сейчас же воспользовался. Он подсел к Молочку, подул на него и проговорил:

– Пожалуйста, не сердитесь. Молочко…

Молочко заметно начало успокаиваться. Мурка обошел его кругом, еще раз подул, расправил усы и проговорил совсем ласково:

– Вот что, господа… Ссориться вообще нехорошо. Да. Выберите меня мировым судьей, и я сейчас же разберу ваше дело…

Сидевший в щели черный Таракан даже поперхнулся от смеха: «Вот так мировой судья… Ха-ха! Ах, старый плут, что только и придумает. » Но Молочко и Кашка были рады, что их ссору, наконец, разберут. Они сами даже не умели рассказать, в чем дело и из-за чего они спорили.

– Хорошо, хорошо, я всё разберу, – говорил кот Мурка. – Я уж не покривлю душой… Ну, начнем с Молочка.

Он обошел несколько раз горшочек с Молочком, попробовал его лапкой, подул на Молочко сверху и начал лакать.

– Батюшки! Караул! – закричал Таракан. – Он всё молоко вылакает, а подумают на меня.

Когда вернулась с рынка кухарка и хватилась молока, – горшочек был пуст. Кот Мурка спал у самой печки сладким сном как ни в чем не бывало.

– Ах ты, негодный! – бранила его кухарка, хватая за ухо. – Кто выпил молоко, сказывай?

Как ни было больно, но Мурка притворился, что ничего не понимает и не умеет говорить. Когда его выбросили за дверь, он встряхнулся, облизал помятую шерсть, расправил хвост и проговорил:

– Если бы я был кухаркой, так все коты с утра до ночи только бы и делали, что пили молоко. Впрочем, я не сержусь на свою кухарку, потому что она этого не понимает…

Почему автор в басне "Квартет" выбрал судьёй именно Соловья?

Соловей — это маэстро музыкального мира птиц и зверей, вот и великий баснописец выбрал его главным судьей для определения качства музыкантов, составляющих квартет, ну мог он выбрать и лягушку, и мурлыкающего кота, и воющую собаку, но, наверно, читал он стихи Хафиза и Саади и знает, что музыкальный слух осла, медведя, козла и мартышки может определить самый утонченный певец в мире в образе Соловья.Интересно, что эта басня не имеет аналогов в мировом баснописании, она не взята ни у Эзопа, ни у Лафонтена, это собственное сочинение великого русского баснописца.Это его авторская импровизация музыкального или человеческого определения музыкальности и вкуса.

В басне "Квартет" рассказывается о том, что обычные звери (Медведь, Осел, Козел и Мартышка), которые никогда не отличались особыми музыкальными способностями и талантами, вдруг решили сыграть вместе на музыкальных инструментах.

У них ничего не вышло.

Поиск причин неудачи увел героев далеко: они стали пересаживаться и им было невдомек, что дело в их неподготовленности и непрофессионализме.

Они обратились к соловью, известному в мире зверей своими вокальными данными.

Но они стали просить соловья посадить их правильно, как будто дело было в этом.

Соловей высказал как профессионал свое экспертное мнение о том. что музыке нужно учиться и для нее нужен слух и талант.

Потому что именно соловей считается главным музыкантом нашей природы, и уж он-то, с высоты своего полета и умений имеет право судить и критиковать всех других, поползновенных на это право — выступать и иметь своего слушателя.

В квартете сидели звери, не имеющие представления о музыке, не имеющие музыкального слуха. Причем это не просто метафора, а они на самом деле в природе не музыкальны нисколько. Даже волк, и то неплохо воющий, грач и ворон могут обучиться подражать песенке.

Кому и судить их истинно, как не тому, кто не ища славы, поет спрятанным и не для всех, потому что под луной, его слышит тот, кто не спит, а не на сцене при свете прожекторов, собрав всех вокруг себя и упиваясь своим голосом и нотами и мелодией, как не Соловью?

А вот Мишка Косолапый, Мартышка, Козел, Осел как раз хотели наоборот, не имея таланта, выступать перед всеми, и быть признанными великими, вот только, по их мнению, все никак не удавалось верно сесть, только им это мешало, а не отсутствие таланта.

Августовское заседание ВККС: главное

Во время внеочередного заседания ВККС рассмотрела только одно представление главы СКР. Александр Бастрыкин просил дать согласие на возбуждение дела против Юлии Ляшковой. Раньше она была мировым судьей судебного участка № 2 Ленинского судебного района Нижнего Новгорода, но в прошлом году ушла в отставку.

По мнению следователей, во время работы Ляшкова устроила подставное ДТП для получения страхового возмещения. Как утверждают в СКР, 20 декабря 2021 года мировой судья на автомобиле Cadillac врезалась в другую иномарку. Она не была застрахована, поэтому оформила полис ОСАГО и инсценировала столкновение с тем же авто. Потом пострадавший обратился в страховую компанию и получил 27 132 руб. в качестве возмещения ущерба. Как объяснили следователи, это было необходимо, чтобы деньги на ремонт выплатила компания, а не сама Ляшкова.

Судья в отставке это отрицала. На заседании ВККС она представила свою версию случившегося. Ляшкова уверяла, что о столкновении ей сообщил водитель второго авто. Хотя сама она не слышала характерного звука удара. Поэтому предложила встретиться днем, чтобы оценить возможные повреждения. Но убедить коллегию она не смогла, и ВККС дала зеленый свет на уголовку.

Претенденты на руководящие должности

В остальные дни августовского заседания коллегия занималась отбором кандидатов. Высшая квалифколлегия одобрила на второй срок действующих глав АС Костромской области, АС Санкт-Петербурга и Ленинградской области и АС Саратовской области. Но председатель 11-го ААС Наиля Сафаева не смогла сохранить должность. Члены ВККС обратили внимание, что иногда при повторном рассмотрении дел судьи 11-го ААС не исполняют указания кассации.

«Имели место случаи, когда отменялся акт повторно с указанием на невыполнение указаний суда кассационной инстанции», — признала Сафаева. Она отметила, что при ее назначении на должность таких случаев было более 30 в год. Сейчас количество подобных ситуаций сократилось. Несмотря на это, ВККС отказала ей в рекомендации.

Отказали и одному кандидату в зампреды. Судья Арбитражного суда Республики Адыгея Азамат Шефруков хотел пойти на повышение. Но оказалось, что он не служил в армии. Шефрукову давали отсрочку на время учебы в аспирантуре и на год после для подготовки и защиты диссертации. Но научную работу он так и не представил.

Судьи в «старые» регионы

На неделе ВККС отбирала судей в кассационные суды. На пять должностей в Четвертый кассационный СОЮ рекомендовали шесть кандидатов — всех, кто подал заявления для участия в конкурсе. Председатель ВККС Николай Тимошин объяснил: кадровая комиссия решит, кто именно получит назначение. На остальные должности в кассации СОЮ претендовало по одному судье. И всех одобрила Высшая квалифколлегия. Галина Карева попытается «переступить» через одну ступень: из первой инстанции, где сейчас работает, сразу перейти в Третий кассационный СОЮ. А Дмитрий Ходак планирует вернуться на малую родину в Ставропольский край и устроиться в расположенный там Пятый кассационный СОЮ.

Рекомендации получили и судьи АС. Так, ВККС согласовала переход в столичную апелляцию, 9-й ААС, для Светланы Веретенниковой. Сейчас она работает судьей в АС Свердловской области. А в Питерский 13-й ААС может перейти Нина Орлова. Судьей в АС Санкт-Петербурга и Ленинградской области ее назначили меньше трех лет назад, но раньше она долго работала на разных должностях в суде.

Получить назначение в АС Восточно-Сибирского округа может Дмитрий Алферов из АС Забайкальского края, которого одобрила ВККС. И Александр Фирсов, который тоже получил рекомендацию. Еще ВККС одобрила одного судью в Суд по интеллектуальным правам. Поддержали Елену Деменькову, которая раньше назначения на такую должность не получала.