Управление где регулирование поведения осуществляется посредством норм официальных правил
Перейти к содержимому

Управление где регулирование поведения осуществляется посредством норм официальных правил

  • автор:

Система нормативного регулирования

СИСТЕМА НОРМАТИВНОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ — вся совокупность норм, посредством которых осуществляется регулирование поведения и деятельности людей. Степень и характер регулятивного влияния на общественные отношения позволяет выделить в системе нормативного регулирования наряду с правом следующие группы норм: мораль (нравственность), обычаи, корпоративные нормы, религиозные нормы. Все эти нормы образуют группу социальных норм. Своеобразное место в системе нормативного регулирования занимают технические нормы.

Являясь одним из важнейших регуляторов поведения и деятельности, право вместе с тем вынуждено учитывать регулирующую роль и возможности иных социальных норм. Постоянно происходящий обмен регулятивной энергией, избирательное отношение участников общественных отношений к различным социальным регуляторам должно учитываться как законодателем, так и правоприменительной практикой.

Элементарные начала общей теории права. — Право и закон, М.: КолосС . под общей ред. д-ра юрид. наук, проф. В. И. Червонюка . 2003 .

Смотреть что такое «Система нормативного регулирования» в других словарях:

Глава 8. Право в системе нормативного регулирования — Глава 8 ПРАВО В СИСТЕМЕ НОРМАТИВНОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ Система нормативного регулированияСоциальная нормаМораль (нравственность)Взаимосвязь права и морали … Элементарные начала общей теории права

Нормативная система первобытного общества — совокупность норм, регулирующих отношения между членами рода (брачно семейные отношения, порядок разрешения споров, выполнения общественных обязанностей, меры ответственности и др.), а также межродовые отношения и отношения, складывавшиеся между… … Элементарные начала общей теории права

Электронная библиотечная система — Электронно библиотечная система (ЭБС) это предусмотренный федеральными государственными образовательными стандартами высшего профессионального образования (ФГОС ВПО) обязательный элемент библиотечно информационного обеспечения учащихся вузов,… … Википедия

Правовая система — Эта статья или раздел нуждается в переработке. Пожалуйста, улучшите статью в соответствии с правилами написания статей … Википедия

Банковская система — (Banking System) Банковская система это совокупность действующих в стране банков, кредитных учреждений и отдельных экономических организаций, которые действуют по единым правилам денежно кредитной политики страны Определение банковской системы,… … Энциклопедия инвестора

ПРАВО (система норм) — ПРАВО, система общеобязательных социальных норм (правил поведения), установленных государством (см. ГОСУДАРСТВО) и обеспечиваемых силой принуждения (позитивное право) или вытекающих из природы человека (естественное право). В государственно… … Энциклопедический словарь

Факторы возникновения права — обстоятельства, так или иначе способствовавшие появлению права. Факторы, определившие появление права, многообразны. Обобщенно к таковым можно отнести: Возникновение несовпадающих интересов как следствие сегментации общества. До тех пор, пока… … Элементарные начала общей теории права

ГОСУДАРСТВО — универсальная суверенная организация политической власти общества, располагающая специальным аппаратом (организованной силой) и необходимыми ресурсами для эффективного и легитимного воздействия на это общество в целях обеспечения его интеграции и … Энциклопедический словарь «Конституционное право России»

БУХГАЛТЕРСКИЙ УЧЕТ — упорядоченная система сбора, регистрации, обобщения и (в итоге) формирования финансовой информации об имуществе, обязательствах организаций и их движении путем сплошного, непрерывного и документального учета всех хозяйственных операций (ФЗ РФ от… … Энциклопедия юриста

ЖУРНАЛ «БУХГАЛТЕРСКИЙ УЧЕТ» — ежемесячный журнал органа Наркомфина СССР, а впоследствии Министерства финансов РФ, впервые вышел 2 декабря 1937 г. В первых номерах журнала печатались статьи по следующим проблемам: разработка вопросов теории и практики бухгалтерского учета и… … Большой бухгалтерский словарь

Нормативное регулирование (правовое, техническое, этическое) – что это такое и каким образом его разграничивать?

Закон.Ру – официально зарегистрированное СМИ. Ссылка на настоящую статью будет выглядеть следующим образом: Рожкова М.А. Нормативное регулирование (правовое, техническое, этическое) – что это такое и каким образом его разграничивать? [Электронный ресурс] // Закон.ру. 2020. 21 апреля. URL: https://zakon.ru/blog/2020/4/21/normativnoe_regulirovanie_pravovoe_tehnicheskoe_eticheskoe__chto_eto_takoe_i_kakim_obrazom_ego_razgr

(настоящая работа представляет собой первую часть статьи: Рожкова М.А. О правовых аспектах использования технологий: RegTech и SupTech // Хозяйство и право. 2020. № 6).

Занимаясь разработкой цифрового права[1] и его особенностей, не могу обойти вниманием вопрос разновидностей нормативного регулирования. К сожалению, сегодня не только технические специалисты, но и юристы нередко затрудняются в том, чтобы четко разграничить правовое, техническое и этическое регулирование. Это приводит к горячим спорам там, где они не возникли бы, будь у спорящих более-менее единообразное понимание того, о чем идет речь.

Нормативное регулирование в широком смысле представляет собой установление общеобязательных правил (требований, стандартов) для целенаправленного воздействия на определенную сферу. Причем на сегодняшний день выделяют, прежде всего, две основные разновидности нормативного регулирования – социальное и техническое.

1. Под социальным (нормативным) регулированием принято понимать установление обязательных для применения правил, воздействующих на поведение людей. К средствам такого регулирования относят различные социальные нормы: это не только правовые, но и корпоративные нормы, и нормы морали, и обычаи, и судебные правовые позиции, и т.д.[2]

При этом основная роль в системе социального регулирования традиционно признается за правовым регулированием. Говоря о правовом (нормативном) регулировании, под ним обычно понимают установление общеобязательных правовых норм, которые призваны упорядочить общественные отношения, возникающие между гражданами, юридическими лицами и государством. И ключевыми здесь являются несколько общеизвестных постулатов: во-первых, правовое регулирование рассчитано на неопределенный круг субъектов права (граждан, юридических лиц, государство); во-вторых, это регулирование предназначено для регламентации отношений между субъектами права; в-третьих, они разрабатываются государством, которое обеспечивает их принудительной силой.

Примечательно, что бурное развитие технологий все чаще создает ловушки отступлений от перечисленных постулатов.

Попытки отступления от первого постулата наблюдались на заре становления Интернета вещей (The Internet of Things, IoT), под которым понимается технология объединения сетью физических предметов («вещей»), техническое и программное оснащение которых позволяет им взаимодействовать друг с другом и внешней средой. При описании этой технологии особо отмечалось, что посредством Интернета теперь связываются не только и не столько люди, сколько неодушевленные предметы: можно подключить к сети Интернет любую вещь, «научить» ее отправлять sms-сообщения, электронные письма или твитты. Отсюда делался вывод о том, что в сфере технологий взамен «устаревшего» взаимодействия «человек – человек» приходит новое взаимодействие «человек – физический объект», причем не за горами переход к системе межмашинной коммуникации «физический объект – физический объект», в рамках которой различные устройства будут включаться, выключаться, отслеживаться, контролироваться вовсе без вмешательства человека. Следствием широкого обсуждения техническими специалистами этого заключения стала сумятица в правовой среде, повлекшая утверждения, что физические объекты, включенные в Интернет вещей, становятся таким образом квази-субъектами права.

Между тем возможность подключения физических объектов к сети Интернет и их электронное взаимодействие в сети никоим образом не влияют на правовой постулат, допускающий возникновение правовых отношений только между субъектами права, но никак не объектами прав. Отклонение от этого постулата, исходя только из технической возможности взаимодействия «человек – физический объект», способно привести к абсурдным попыткам возложения деликтной ответственности на объекты прав и, например, взыскания компенсации причиненного вреда непосредственно с «умной» стиральной машины, которая, отвлекшись на отправление sms-сообщений своему владельцу, не уследила за сливом воды, что привело к заливу соседской квартиры[3].

Еще более резонансной попыткой отступления от обозначенного постулата о субъектном составе правоотношения стало предложение признать искусственный интеллект (далее – ИИ) и интеллектуальных роботов самостоятельными субъектами права. В 2017 г. Европейский парламент[4] инициировал разработку нормативных актов, регулирующих использование и создание ИИ, а также наиболее «продвинутых» роботов, озвучив предложение о введении нового субъекта права – «электронной личности» – для обеспечения прав и обязанностей ИИ[5]. При этом было оставлено без внимания то, что ИИ – это информационно-вычислительная система (включающая в свой состав базы данных, решатель (специальную компьютерную программу, призванную разрешать поставленные задачи) и интеллектуальный интерфейс, представляющий собой совокупность средств, позволяющих ИИ общаться с человеком), а интеллектуальный робот – устройство, управляемое все тем же ИИ[6].

2. Под техническим (нормативным) регулированием следует понимать установление технических требований и стандартов, которые предъявляются к продукции, а также к производственным, технологическим, логистическим и иным процессам. То есть в отличие от правового регулирования, рассчитанного на субъектов права, здесь регламентации подвергаются объекты: в технических нормах раскрывается терминология и содержится описание свойств и характеристик продуктов и процессов.

Так, для биометрических технологий на сегодняшний день разработан большой массив регламентирующих документов, включающий более 80 действующих международных стандартов (более 20 проектов находятся в разработке), более 40 действующих национальных стандартов (более 20 проектов находятся в разработке), три действующих межгосударственных стандарта (один проект в разработке)[7]. К областям стандартизации в этой сфере отнесены, в частности, терминология, форматы обмена биометрическими данными, биометрические интерфейсы и проч. И, например, с 1 июля 2017 г. на территории РФ действует стандарт на термины и определения в области биометрии ГОСТ ISO/IEC 2382-37–2016 «Информационные технологии. Словарь. Часть 37.
Биометрия». При этом на уровне федерального законодательства отношения по поводу биометрических технологий урегулированы довольно скромно: в частности, первое упоминание о биометрии содержалось в Федеральном законе от 15 августа 1996 г. № 114-ФЗ «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию», где говорилось, что паспорта граждан «могут содержать электронные носители информации с записанными на них персональными данными владельца паспорта, включая биометрические персональные данные»; Федеральный закон от 27.07.2006 № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» в 2017 г. пополнился ст. 14.1 «Применение информационных технологий в целях идентификации граждан Российской Федерации»; самим биометрическим персональным данным посвящена ст. 11 Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных».

Не будучи правовыми, технические нормы, содержащиеся в требованиях или стандартах, разрабатываются и утверждаются в соответствующих случаях государственными органами (обязательные стандарты и технические регламенты) или неправительственными организациями (причем нередко добровольные отраслевые стандарты применяются в качестве обязательных). В современных публикациях специально отмечается, что требования и стандарты для продуктов и процессов имеют различные функции – это может быть безопасность окружающей среды, здоровье человека, взаимозаменяемость и совместимость продуктов и программ, распространение и передача технологий, улучшение управлением процессами и проч.[8], но «фактически речь идет об установлении минимально необходимых требований, обеспечивающих различные виды безопасности продукции и процессов»[9].

В качестве классического примера можно привести упоминаемые в статье «100-летие Правил устройства электротехнических установок» первые технические стандарты, касающиеся электрической энергии, – «Правила для безопасного общественного и частного пользования электричеством» (1883). В статье указывалось: «Правила состояли из 28 пунктов, разделенных на четыре части. В первой части приведены указания о помещениях (ширина проходов, вентиляция) электрических установок, во второй части – меры пожарной безопасности и защиты людей, в третьей – технические требования к нагреванию и изоляции проводников, к способам их прокладки, в четвертой – требования к «коммутаторам», выключателям, приборам, а также к шкафам, ящиками и колодцам, в которых они размещаются» [10]. Причем нормативные разработки в данной области предполагали создание не только правил безопасности и правил устройств для электротехнических сооружений, но и технических правил и норм для взаимосвязанных сфер (например, правила об измерениях в метрических единицах, в том числе времени, электрических величин, света, температуры; нормы на изоляционные масла и на трансформаторы – выключатели, магнитную сталь), а также поправки и добавления к уже разработанным нормам и правилам.

В то же время является очевидным, что техническое регулирование в целях его соблюдения и исполнения нуждается в обеспечении правовыми нормами. Потребность в законодательной регламентации возникает применительно к отношениям:

– во-первых, по поводу принятия, изменения, отмены, вступления в силу технических стандартов, требований, правил (компетентные органы, сроки действия, порядок принятия, внесения изменений, отмены, вступления в силу, переходные периоды и проч.);

– во-вторых, ответственности за несоблюдение установленных технических стандартов, требований, правил (определение мер и круга субъектов ответственности, контролирующих органов, порядка возложения ответственности и проч.).

И вот тут возникает вероятность смешения собственно технического регулирования с правовым и подмены правовых норм техническими.

Это обстоятельство, к сожалению, было упущено при проведении реформы технического регулирования. И в результате в ст. 1 Федерального закона от 27.12.2002 № 184-ФЗ «О техническом регулировании» (далее – Закон о техническом регулировании) четко очерчен круг отношений, подпадающих под действие этого закона. Это отношения, возникающие: (1) при разработке, принятии, применении и исполнении обязательных требований к продукции или продукции и связанными с ней процессами (производства, эксплуатации, хранения и т.д.); (2) при применении и исполнении на добровольной основе требований к продукции и процессам, а также к выполнению работ или оказанию услуг в целях добровольного подтверждения соответствия; (3) в области оценки соответствия. В то же самое время в ст. 2 Закона о техническом регулировании закреплено, что техническое регулирование – это и есть правовое регулирование обозначенных общественных отношений[11]. Таким образом, по смыслу Закона понятием «техническое регулирование» охватываются и собственно техническое регулирование, и обеспечивающее его исполнение правовое регулирование.

Результатом неразграничения технического и правового регулирования становится то, что многие носящие технический характер вопросы внедрения и использования цифровых технологий в настоящее время стремятся урегулировать в законодательном порядке. Иными словами, технические нормы, в которых раскрывается терминология или описываются свойства и характеристики продуктов и процессов, теперь встраиваются в законодательные акты (причем нередко без учета уже обозначенных в технических регламентах и стандартах определений, свойств и характеристик). Тем самым нарушается второй из названных постулатов правового регулирования, согласно которому правовой регламентации подвергаются общественные отношения субъектов права, но никак не свойства и характеристики объектов.

Например, законопроект об использовании и хранении электронных документов[12] предполагает введение в Федеральный закон от 27.07.2006 № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» (далее – Закон об информации) таких положений: «21) реквизит документа – элемент оформления документа, позволяющий отличить документ от другого документа… 22) метаданные электронного документа – данные, которые обеспечивают управление электронными документами, в том числе их учет, хранение и использование, и могут содержать информацию о реквизитах электронного документа. Конвертацией электронного документа является его преобразование из одного формата в другой формат…».

Критически оценивая названный законопроект, нужно отметить, что термин «реквизиты документа» – общеизвестный термин, издавна используемый в делопроизводстве. При этом в п. 36 Национального стандарта РФ ГОСТ Р 7.0.8-2013 «Система стандартов по информации, библиотечному и издательскому делу. Делопроизводство и архивное дело. Термины и определения»[13] (далее – ГОСТ Р 7.0.8-2013) реквизит документа определен как «элемент оформления документа». Предложение о введении данного понятия в Закон об информации лишено смысла в силу отсутствия какой-либо специфики реквизитов применительно к электронным документам.

Понятие «метаданные документа» определено в п. 79 ГОСТ Р 7.0.8-2013 как «данные, описывающие контекст, содержание, структуру документов, обеспечивающие управление документами в информационной системе». Как и в первом случае, нельзя не усомниться в необходимости введения дефиниции этого понятия в законопроект об использовании и хранении электронных документов.

Применительно к предложенному законопроектом пониманию конвертации электронных документов надо заметить, что согласно п. 80 ГОСТ Р 7.0.8-2013 под конвертированием (конвертацией) электронных документов понимаются, во-первых, процесс перемещения электронных документов с одного носителя на другой, и, во-вторых, процесс преобразования электронных документов из одного формата в другой. В законопроекте же необоснованно учтен только один из названных аспектов (в условиях существования серьезных сомнений в его надобности в законопроекте).

3. Для большинства отечественных юристов этическое регулирование – не слишком понятное, малозначимое явление. И в отечественном правосознании превалирует, в частности, понимание кодексов этики как неких сводов моральных норм, в которых закреплены представления о справедливости, добре, зле и т.п.

Между тем в зарубежных юрисдикциях практика разработки и использования кодексов этики получила широкое распространение, а само этическое регулирование в системе социального регулирования занимает теперь место, если не равное правовому регулированию, то весьма к нему приближенное. Наибольшее применение получили профессиональные кодексы этики, регулирующие отношения внутри профессиональных сообществ и закрепляющие правила (стандарты) поведения специалистов (известны кодексы бухгалтеров, аудиторов и др.), а также корпоративные кодексы этики, характеризуемые нередко в качестве «конституции» той или иной компании и устанавливающие принципы деятельности компании, стандарты корпоративного поведения сотрудников и т.д. Такие кодексы не дублируют законодательство, но не противоречат ему, устанавливая необходимые регламентирующие правила, далеко не все из которых вообще могут стать правовой нормой.

Таким образом, этическое регулирование сегодня представляет собой установление правил поведения для определенного сообщества, соблюдение которых обеспечивается не государством, а соответствующим сообществом (социальным, профессиональным и др.). При этом средствами такого регулирования становятся различные нормы, кроме действующих правовых, то есть это могут быть упомянутые корпоративные нормы, нормы морали, обычаи и т.д.

Такое регулирование, осуществляемое нередко в виде в виде закрепления основополагающих принципов и общих правил, рассчитано на определенное сообщество граждан и (или) юридических лиц; оно может регламентировать отношения как между участниками этого сообщества, так и вне его, а также иные вопросы, включая технические; оно разрабатывается и принимается соответствующим сообществом.

В качестве примера изложенному можно привести недавно принятый Кодекс этики использования данных[14] (далее – Кодекс данных), в разработке которого я принимала участие в качестве руководителя рабочей группы от Института развития Интернета (ИРИ). Этот Кодекс отличается от упомянутых выше кодексов тем, что он устанавливает общие правила для всей отрасли данных в целом, а не какого-либо профессионального сообщества, осуществляющего деятельность на рынке данных, или отдельных участников рынка данных, агрегирующих, обрабатывающих и иным образом использующих данные при осуществлении своей деятельности. Кодекс закрепляет общие принципы, а также ряд принципов профессиональной этики при сборе, хранении, аналитике и коммерческом использовании данных, в том числе в рекламе и маркетинге. Также Кодекс данных включает положения о порядке присоединения к нему и ответственности за несоблюдение его требований, порядок обобщения лучших практик (Белая книга), порядок изменения и толкования Кодекса. Названные положения были предложены самой отраслью и тщательно проработаны экспертами с целью исключить возможность противоречия / несоответствия предлагаемых правил законодательству, равно как и вероятность их двойного толкования.

Подводя итоги, следует признать, что для адекватного и эффективного применения новых технологий далеко не во всех случаях срочно требуется новое правовое регулирование. Современные технологии прежде всего нуждаются в техническом регулировании (в свою очередь обеспечиваемом правовыми нормами), что позволяет внедрить и полноценно использовать эти технологии. Кроме того, целесообразно обращение и к этическому регулированию – оно способствует тому, чтобы участники того или иного рынка, использующего цифровые технологии, могли выстраивать взаимоотношения с государством, с гражданами, между собой, в том числе и в условиях, пока ведется разработка и принятие соответствующего и необходимого законодательства.

P.S. лента новостей IP CLUB в сфере права интеллектуальной собственности и цифрового права (IP & Digital Law) в:

[1] Рожкова М.А. Цифровое право (Digital Law) — что это такое и чем оно отличается от киберправа / интернет-права / компьютерного права? [Электронный ресурс] // Закон.ру. 2020. 15 марта. URL: https://zakon.ru/blog/2020/3/15/cifrovoe_pravo_digital_law_-_chto_eto_takoe_i_chem_ono_otlichaetsya_ot_kiberpravainternet-pravakompy

[2] Как известно, изначально правила и образцы должного поведения людей складывались на основе обычаев, традиций и заповедей (норм морали), а только затем стали возникать собственно правовые нормы, специально предназначенные для упорядочивания отношений между людьми, а потом и юридическими лицами, государством.

[3] См. об этом: Рожкова М.А. Найти отличия: технические и правовые аспекты Интернета [Электронный ресурс] // сайт Журнала Суда по интеллектуальным правам. 2015.

[5] Активное обсуждение этой идеи привело к созданию прецедента признания за роботом, управляемым ИИ, правосубъектности – речь идет о известном человекоподобном роботе Софии, получившей гражданство Саудовской Аравии (Morby Alice. Saudi Arabia becomes first country to grant citizenship to a robot // URL: https://www.dezeen.com/2017/10/26/saudi-arabia-first-country-grant-citizenship-robot-sophia-technology-artificial-intelligence-ai/

[6] Подробнее см.: Рожкова М.А. Искусственный интеллект и интеллектуальные роботы – что это такое или кто это такие? [Электронный ресурс] // Закон.ру. 2019. 23 ноября. URL: https://zakon.ru/blog/2019/11/23/iskusstvennyj_intellekt_i_intellektualnye_roboty__chto_eto_takoe_ili_kto_eto_takie

[9] Крючкова П.В. Система технического регулирования в РФ: формирование, возможное и ожидаемое воздействие на конкуренцию // https://iq.hse.ru/data/342/610/1233/file3758.pdf

[10] Грудинский П. Г., Фаерман А. Л. 100-летие Правил устройства электротехнических установок // Журнал Электричество. 1983. № 12. С. 64. Данные правила были направлены для утверждения в министерство внутренних дел, которое перенаправило их в министерство почт и телеграфов, которое в свою очередь вместо утверждения разработала свою редакцию правил (так и не получившую поддержку). В итоге названные правила начали действовать в качестве утвержденных Советом Русского технического общества (РТО).

[11] Абзац 24 ст. 2 Закона о техническом регулировании: «Техническое регулирование — правовое регулирование отношений в области установления, применения и исполнения обязательных требований к продукции или к продукции и связанным с требованиями к продукции процессам проектирования (включая изыскания), производства, строительства, монтажа, наладки, эксплуатации, хранения, перевозки, реализации и утилизации, а также в области применения на добровольной основе требований к продукции, процессам проектирования (включая изыскания), производства, строительства, монтажа, наладки, эксплуатации, хранения, перевозки, реализации и утилизации, выполнению работ или оказанию услуг и правовое регулирование отношений в области оценки соответствия».

[12] Проект федерального закона № 657361-7 «О внесении изменений в Федеральный закон “О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма” и иные законодательные акты Российской Федерации» // https://sozd.duma.gov.ru/bill/657361-7

[13] Утв. приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 17 октября 2013 г. N 1185-ст.

определение управления где регулирование поведения осуществляется посредством норм и правил это

По характеру воздействия способы социального регулирования делятся на побуждение, понуждение и принуждение.

Побуждение – Способ, обращенный к психологической сфере человека, убеждающий в наличии пользы и выгоды от определенного социального поведения. Как правило, воплощается данный способ воздействием на индивидуальное либо групповое сознание и силой авторитета.

Понуждение – Способ, основывающийся зачастую на материальном либо моральном поощрении (вознаграждение, похвала), и прочем стимулировании, когда некая выгода определяет желаемое субъектом поведения.

Принуждение – Способ, обеспечивающийся посредством общественного либо государственного принуждения и посредством причинения определенного рода страданий (физических, психических), и возможности в случае надобности реализации этой угрозы.

То есть, побуждение вызывает у человека определенное поведение, понуждение исключает все другие виды поведения, а принуждение их запрещает (другие виды поведения).

Данные способы, обычно, задействованы вместе в разной интенсивности, позволяя гибко регулировать поведение индивидов и социальных групп в обществе. Контролирующими инстанциями могут быть государственные органы, общественные организации, политические партии, СМИ, специализированные контрольные органы.

Правоведение. (09.2020) Курс д.ю.н. Барабановой С.В.

1. Общая теория права

1.1. Понятие и сущность права.

1.2. Источники права. Нормы права.

1.3. Правоотношения. Правонарушения и юридическая ответственность.

1.4. Российское право и «правовые семьи».

11

1.1. Понятие и сущность права

Право представляет собой совокупность установленных и санкционируемых государством правил поведения, которые регулируют наиболее важные общественные отношения.

Одна из общих характеристик права заключается в том, что оно — способ установления объективной меры вещей, метод социальной регуляции. В различные исторические периоды те или иные социальные и политические структуры посредством понятия “право” стремятся утвердить в своих интересах определенные социальные отношения, принципы, порядки, действия, нормы, идеалы и обосновать их соответствие социальной правде, справедливости

В сущности, различные дефиниции понятия права являются выражением исторически конкретных социальных проблем и одновременно определенным вариантом их разрешения. Эти различия, в конечном счете, порождены не только многогранностью самого явления права, но и неадекватным применением термина. И ныне представляются актуальными слова И.Канта о том, что юристы все еще ищут определение для своего понятия права. Однако общепризнанным является понимание права как совокупности правовых норм, регулирующих общественные отношения.

Сущность права — это обусловленная материальными и социально-культурными условиями жизнедеятельности общества, характером классов, социальных групп населения, отдельных индивидов общая воля как результат согласования, сочетания частных или специфических интересов, выраженная в законе либо иным способом признаваемая государством и выступающая вследствие этого общим (общесоциальным) масштабом, мерой (регулятором) поведения и деятельности людей.

Признание общей воли сущностью права выделяет право среди иных нормативных регуляторов, придает ему качество общесоциального регулятора, инструмента достижения общественного согласия и социального мира в обществе. Понимание воли в праве в отстаиваемом подходе исключает сведение права, к орудию насилия, средству подавления индивидуальной воли. Воля, закрепляемая в праве, официально удостоверяется и обеспечивается государственной властью, отвечает требованиям нормативности, имеет специфические формы внешнего выражения (закон, судебный прецедент, нормативный договор, правовой обычай и т.д.), является результатом согласования интересов участников регулируемых отношений и в силу этого выступает именно общей волей, в той или иной мере, приемлема для них, соответствует прогрессивным идеям права и др. Соответствие общей воли этим требованиям придает ей характер всеобщей, государственной воли, вследствие чего право приобретает качество реально действующего феномена, утверждается в качестве господствующей системы нормативного регулирования.

Итак, по своей сущности право выражает согласованную волю участников регулируемых отношений, приоритеты и ценности личности и вследствие этого выступает мерой свободы и ответственности индивидов и их коллективов, средством цивилизованного удовлетворения ими разнообразных интересов и потребностей.

С учетом существенных свойств целесообразно отметить следующие признаки права.

Социальность. Этот признак характеризует первичное содержание права, обеспечивающее общесоциальную и классовую функции: организацию производства, распределение и перераспределение производимого или добываемого продукта, распределение и закрепление социальных ролей в обществе, должностей в государстве, организацию и осуществление государственной власти, регламентацию товарно-денежных отношений и отношений собственности, обеспечение эксплуатации и привилегий, а также другие сферы, связанные с организационно-трудовой и социальной жизнью общества.

Нормативность. Право выступает как система норм (правил поведения), характеризуемых логической структурой (“если-то-иначе”), установлением масштаба, меры поведения, определяющих границы, рамки дозволенного, запрещенного, предписанного (позитивное обязывание).

Обязательность. Правовые нормы обеспечиваются возможностью государственного принуждения, то есть наделяются не только идеологическим механизмом (авторитет, справедливость, религиозная поддержка), но и возможностью неблагоприятных последствий при их нарушении, имеющих характер имущественных ущемлений, физических, моральных страданий.

Формализм. Правовые нормы, как правило, фиксируются в письменном виде в специальной форме — законы и их сборники, прецеденты и т.д. Формализм составляет особую ценность права, защищая право от произвольного изменения, закрепляя необходимую обществу устойчивость этого регулятора. Формализм права определяется порядком создания законов, их изменением, отменой, что действительно “работает” на стабилизацию общества, на точность применения, исполнения, соблюдения и использования правил поведения.

Процедурность. Право как система норм включает в себя четкие процедуры создания, применения, защиты

Неперсонифицированность. Этот признак подчеркивает то качество права, что его нормы не имеют, как правило, конкретно определенного, индивидуального персонифицированного адресата, а направлены неопределенному, абстрактному кругу лиц. С этим признаком связана и неоднократность действия нормы права, ее протяженность во времени.

Объективность. Этот признак характеризует закономерный характер появления права на этапе перехода общества к производящей экономике, естественный результат внутреннего развития регулятивной системы. Право, таким образом, не даруется какой либо внешней силой обществу, не появляется по велению каких-либо культурных героев. Оно, как и государство, одно из условий существования политически организованного общества на этапе производящей экономики и так же, как государство, имеет большую социальную ценность.

Право в различных теоретико-юридических концепциях наделяется и иными признаками, но теоретически обобщенные новые исторические данные позволяют именно в системе указанных признаков определить право. При этом следует подчеркнуть, что правильную характеристику новому основному пласту регулятивной системы раннеклассового общества дает только совокупность этих признаков. Только в совокупности они определяют социальную ценность права.

Функции права производны от его сущности и определяются назначением права в обществе.

Функции права — это основные направления юридического воздействия на общественные отношения, определяемые сущностью и социальным назначением права в жизни общества. В известной степени условно можно выделить две группы критериев, которые лежат в основе дифференциации функций права:

1) внешние, в соответствии с которыми выделяют так называемые социальные функции права (политическую, экономическую, воспитательную),

2) внутренние – вытекают из самой природы права, способов его воздействия на поведение людей, особенностей форм реализации. Внутренние функции права принято подразделять на регулятивные и охранительные.

Регулятивную функцию права можно определить как обусловленное социальным назначением направление правового воздействия, выражающееся в установлении позитивных правил поведения, предоставлении субъективных прав и возложении юридических обязанностей на субъектов права в целях закрепления и содействия развитию отношений, соответствующих интересам общества, государства и граждан.

Охранительная функция права — это обусловленное социальным назначением направление правового воздействия, нацеленное на охрану общезначимых, наиболее важных экономических, политических, национальных, личных отношений, их неприкосновенность и сообразно этому на вытеснение отношений, чуждых данному строю. Характерные черты охранительной функции права прослеживаются более четко, если ее сравнить с правоохранительной деятельностью государства. Общее назначение последней сводится к тому, чтобы обеспечить неуклонное выполнение субъектами права требований закона, т.е. обеспечить режим законности. Достигается это выявлением правонарушений, их расследованием, привлечением к ответственности виновных.

Следует выделить также следующие функции права:

Оценочная функция проявляется в том, что право, регулируя общественные отношения, одновременно оценивает и поведение их участников. Нормы права, дозволяя одни поступки людей и запрещая другие, оценивают их как правомерные или неправомерные, как желательные или нежелательные для государства и общества.

Воспитательная функция. связана с тем, что право не только регулирует общественные отношения, но и выступает в качестве образца поведения участников регулируемых отношений. Нормы права как бы показывают людям, как они могут или должны вести себя в той или иной ситуации.

Информационная функция. Правовые нормы в результате закрепления их в различных официальных документах приобретают письменную форму и становятся источниками информации.

Понятие и общая характеристика системы социального регулирования

Общество не может существовать без регулирования общественных отношений. Термин «регулирование» означает определение поведения людей и их объединений, придание ему конкретного направления, введение в определенные рамки.

Другими словами, процесс регулирования представляет собой упорядочение поведения людей в различных сферах их жизнедеятельности. Данный процесс основывается на объективных и субъективных факторах.

Объективными факторами являются закономерности, действующие в природе и обществе, без учета которых процесс регулирования может оказаться неэффективным. К субъективным следует отнести сознательно-волевой фактор, благодаря которому происходит осмысление объективных закономерностей, осознание необходимости регламентации определенных общественных отношений и выработка направления регулирующего воздействия.

Процесс регулирования общественных отношений может носить индивидуальный и общий (нормативный) характер.

Индивидуальное регулирование осуществляется в отношении конкретного субъекта (адресата), путем выработки предписания, значимого только для этого субъекта. Например, приказ о приеме на работу конкретного лица, приговор суда в отношении конкретного подсудимого и т.д.

Нормативное регулирование – это упорядочение общественных отношений посредством создания общезначимых правил поведения (социальных норм), адресатом которых выступает все общество, либо большие группы людей (категории людей), объединяемые по какому-либо критерию – пенсионеры, студенты, военнослужащие, сотрудники органов внутренних дел и т.д. Данные нормы рассчитаны не только на большой круг субъектов, но и на многократное их применение (всякий раз, когда в жизни различных субъектов будет складываться ситуация, регламентированная определенной нормой, они должны будут руководствоваться правилом, зафиксированным в данной норме).

Процесс регулирования общественных отношений может осуществляться различными субъектами (обществом в целом, отдельными социальными группами, государством, посредством деятельности сложного государственного механизма).

Учитывая изложенное, можно сформулировать определение понятия социальное регулирование.

Социальное регулирование – процесс упорядочения общественных отношений, осуществляемый определенными субъектами (обществом в целом, государством, определенными социальными общностями и т.д.) с целью придания им желаемого направления развития и осуществляемый посредством индивидуальных или нормативных регуляторов.

Целью данного раздела является характеристика права как социального регулятора (а право относится к нормативным регуляторам), более подробно остановимся на характеристике системы нормативного регулирования.

Итак, нормативное регулирование осуществляется посредством норм (социальных норм), т.е. установлением общих масштабов, стандартов, образцов поведения участников общественных отношений.

Социальная норма – это определенный образец, стандарт, модель общезначимого поведения участников общественных отношений.

Вся совокупность социальных норм, осуществляющих регулирование поведения людей, их общностей составляет систему социального регулирования.

Общество выработало множество разновидностей социальных норм: нормы морали, обычаи, традиции, корпоративные нормы, религиозные нормы, правовые нормы и др.

Несмотря на большое разнообразие социальных норм, все они имеют общие черты (признаки).

Признаки социальных норм:

— имеют социальный характер (регулируют отношения между людьми);

— является результатом исторического развития общества;

— определяют границы возможного, либо должного поведения;

— регламентируют деятельность субъектов, наделенных сознанием и волей;

— носят неперсонифицированный характер;

— поддерживаются определенными мерами обеспечения;

Среди многочисленных социальных норм, существующих в каждом обществе, особое место занимают нормы морали. Термин «мораль» в переводе с латинского moralis – нравственность. Она является одной из форм общественного сознания. В морали отражаются представления людей о добре и зле, справедливости и несправедливости, достойном и недостойном и т.д.

640 1

Таким образом, мораль представляет собой совокупность правил поведения, выработанных обществом и основанных на представлениях людей о добре и зле, чести и достоинстве, справедливости, долге и т.д.

Ввиду этого, мораль является мощнейшим структурным элементом системы социального регулирования в любом обществе.

Обычаи – это правила поведения, которые складываются стихийно, в процессе общественной практики и повседневной жизнедеятельности людей, в результате длительного, регулярного повторения людьми одних и тех же действий и обеспечивающиеся мерами общественного воздействия.

Традиции – это правила поведения, которые определяют порядок, процедуру проведения каких-либо мероприятий, связанных с торжественными, знаменательными или значительными событиями в жизни общества, либо определенной социальной группы.

К данной разновидности социальных норм, в частности, относятся: традиции устраивать свадьбу по случаю заключения брака, отмечать дни рождения и юбилеи, устраивать в трудовом коллективе торжественные проводы сотрудника на пенсию и др. Большую роль традиции играют в международных отношениях, при дипломатическом протоколе.

В отличие от обычаев традиции имеют сравнительно более короткий период и возникают в силу какого-либо единичного примера, поддержанного общественным мнением и признаваемого им в качестве образца поведения в конкретной ситуации.

Религиозные нормы – разновидность социальных норм, установленных различными вероисповеданиями и являющихся значимыми для субъектов, исповедующих ту или иную религию.

Данные нормы содержатся в таких религиозных книгах, как Ветхий завет, Новый завет, Коран, Сунна, Иджма, Кияс, Талмуд и др.

В настоящее время религиозные номы выступают источником права в ряде государств, исповедующих ислам. С их помощью регулируются гражданские, брачно-семейные отношения, рассматриваются и разрешаются уголовные дела.

Корпоративные нормы – это правила поведения, создаваемые в общественных организациях, объединениях, регулирующие отношения между членами этих организаций и поддерживаемые мерами организационного воздействия.

Корпоративные нормы регулируют только внутренние отношения: цели и задачи определенной общественной организации; компетенцию и порядок формирования руководящих органов; порядок приобретения и утраты членства данной организации; источники формирования денежных средств и иного имущества; порядок реорганизации и ликвидации и др.

В пределах отдельной организации корпоративные нормы динамичны и образуют единую систему. Сфера действия корпоративных норм обусловлена тем, что они выражают волю участников общественных объединений и фиксируются в их уставах, положениях, решениях. Особенность данной разновидности социальных норм заключается в том, что они носят локальный характер (т. е. действуют в пределах конкретной организации) и поддерживаются специфическими мерами общественного воздействия.

Правовые нормы, являясь разновидностью социальных норм, на протяжении многих столетий бессменно удерживают лидирующую роль в системе социального регулирования. Явный приоритет права над другими социальными регуляторами объясняется тем, что посредством права регулируются наиболее важные для социума на конкретном этапе его развития общественные отношения. Ввиду этого, правовые нормы приобретают особую социальную значимость для общества.

Правовое регулирование

Правово́е регули́рование — процесс целенаправленного воздействия государства на общественные отношения при помощи специальных юридических средств и методов, которые направлены на их стабилизацию и упорядочивание.

Правовое регулирование следует отличать от правового воздействия. Под ним понимается весь процесс влияния права на социальную жизнь общества. Предмет правового воздействия намного шире предмета правового регулирования, который содержательно входит в него. Помимо собственно правового регулирования правовым воздействием также охватываются экономические, политические и социальные отношения, которые правовом напрямую не регулируются, но на которые оно так или иначе оказывает влияние (информационно-правовое и воспитательно-правовое воздействие).

Содержание

Предмет и пределы регулирования

Предмет правового регулирования — это совокупность общественных отношений, на которые направлено воздействие правовых средств и методов.

240px Sphere of the Legal Regulation

magnify clip

Предмет существует как у каждого отдельно взятого правого средства (норма права, институт права, отрасль права, правоприменительный акт), так и в целом предмет представляет собой совокупность всех общественных отношений, на которые целенаправленно воздействует право. Посредством права невозможно урегулировать абсолютно все общественные отношения, поэтому должна быть достаточно точно определена сфера их регулирования. В сферу правового регулирования должны входить все те отношения, которые уже урегулированы правом — они составляют собственно предмет, а также те, которые только нуждаются в таком регулировании.

В сферу правого регулирования принято включать три группы общественных отношений [2] :

Также в теории выделяются пределы правового регулирования, которые являются условными границами вмешательства в общественные отношения при помощи правовых средств. За их рамками общественные отношения не подлежат и не нуждаются в правовом регулировании.

Пределы правового регулирования подразделяются на:

Характеристика

Способы

Способы правового регулирования представляют из себя основные пути регулирующего воздействия права на общественные отношения, характеризующиеся следующими предписаниями, зафиксированными в норме права:

Методы

Методы образуют совокупность способов, приёмов и средств, используемые в процессе правового регулирования, и свойственные какому-либо институту, отрасли права или иному элементу системы права.

300px Legal Regulation %28types%29

magnify clip

Типы сочетают в себе способы правового регулирования в зависимости от их целевой направленности и свойственны определённой совокупности отраслей права.

Классификация

В зависимости от средств правового регулирования:

В зависимости от субъекта, осуществляющего правовое регулирование:

В зависимости от степени централизации:

В зависимости от сферы действия права:

Стадии и механизм регулирования

Стадии

Первая стадия (правотворчество) — создаётся норма права, имеющая общее воздействие на общественные отношения, путём обозначения ориентиров о возможности наступления либо позитивных, либо негативных последствий, которое оказывает влияние на волю и сознание людей. Правовыми средствами являются норма права и источники права.

Вторая стадия (юридический факт + правоотношение) — происходит индивидуализация и конкретизация нормативных предписаний после наступления юридических фактов, то есть воплощение нормы права применительно к конкретному общественному отношению, где она начинает работать. На этой стадии правовыми средствами являются субъективные права и юридические обязанности.

Третья стадия (реализация права) — правовые предписания воплощаются в жизнь и имеют конкретный правовой результат, в том числе посредством правообеспечительной и правоохранительной функций. Правовыми средствами здесь являются акты использования права, исполнения обязанности или соблюдения запрета.

Четвёртая стадия (правоприменение) — деятельность компетентных органов, связанная с индивидуализацией предписаний нормы права и оформленная в виде акта применения права. Является факультативной стадией, субъекты прибегают к ней только в случае возникновения такой необходимости, когда реализация правовых предписаний невозможна без вмешательства со стороны компетентных органов (в основном сфере регулятивных и охранительных отношений: регистрация брака, принятие судебного решения). Правовым средством здесь является правоприменительный акт.

Механизм

Механизмом правового регулирования является совокупность специальных юридических средств, при помощи которых осуществляется регулирование общественных отношений. Правовые средства выступают в качестве инструментов, используемых в процессе правового регулирования.

Основные правовые средства (являются основными на конкретной стадии правового регулирования):

Вспомогательные правовые средства (состоят в неразрывной связи с основными):

Нормативное регулирование (правовое, техническое, этическое) – что это такое и каким образом его разграничивать?

Закон.Ру – официально зарегистрированное СМИ. Ссылка на настоящую статью будет выглядеть следующим образом: Рожкова М.А. Нормативное регулирование (правовое, техническое, этическое) – что это такое и каким образом его разграничивать? [Электронный ресурс] // Закон.ру. 2020. 21 апреля. URL: https://zakon.ru/blog/2020/4/21/normativnoe_regulirovanie_pravovoe_tehnicheskoe_eticheskoe__chto_eto_takoe_i_kakim_obrazom_ego_razgr

(настоящая работа представляет собой первую часть статьи: Рожкова М.А. О правовых аспектах использования технологий: RegTech и SupTech // Хозяйство и право. 2020. № 6).

Занимаясь разработкой цифрового права[1] и его особенностей, не могу обойти вниманием вопрос разновидностей нормативного регулирования. К сожалению, сегодня не только технические специалисты, но и юристы нередко затрудняются в том, чтобы четко разграничить правовое, техническое и этическое регулирование. Это приводит к горячим спорам там, где они не возникли бы, будь у спорящих более-менее единообразное понимание того, о чем идет речь.

Нормативное регулирование в широком смысле представляет собой установление общеобязательных правил (требований, стандартов) для целенаправленного воздействия на определенную сферу. Причем на сегодняшний день выделяют, прежде всего, две основные разновидности нормативного регулирования – социальное и техническое.

1. Под социальным (нормативным) регулированием принято понимать установление обязательных для применения правил, воздействующих на поведение людей. К средствам такого регулирования относят различные социальные нормы: это не только правовые, но и корпоративные нормы, и нормы морали, и обычаи, и судебные правовые позиции, и т.д.[2]

При этом основная роль в системе социального регулирования традиционно признается за правовым регулированием. Говоря о правовом (нормативном) регулировании, под ним обычно понимают установление общеобязательных правовых норм, которые призваны упорядочить общественные отношения, возникающие между гражданами, юридическими лицами и государством. И ключевыми здесь являются несколько общеизвестных постулатов: во-первых, правовое регулирование рассчитано на неопределенный круг субъектов права (граждан, юридических лиц, государство); во-вторых, это регулирование предназначено для регламентации отношений между субъектами права; в-третьих, они разрабатываются государством, которое обеспечивает их принудительной силой.

Примечательно, что бурное развитие технологий все чаще создает ловушки отступлений от перечисленных постулатов.

Попытки отступления от первого постулата наблюдались на заре становления Интернета вещей (The Internet of Things, IoT), под которым понимается технология объединения сетью физических предметов («вещей»), техническое и программное оснащение которых позволяет им взаимодействовать друг с другом и внешней средой. При описании этой технологии особо отмечалось, что посредством Интернета теперь связываются не только и не столько люди, сколько неодушевленные предметы: можно подключить к сети Интернет любую вещь, «научить» ее отправлять sms-сообщения, электронные письма или твитты. Отсюда делался вывод о том, что в сфере технологий взамен «устаревшего» взаимодействия «человек – человек» приходит новое взаимодействие «человек – физический объект», причем не за горами переход к системе межмашинной коммуникации «физический объект – физический объект», в рамках которой различные устройства будут включаться, выключаться, отслеживаться, контролироваться вовсе без вмешательства человека. Следствием широкого обсуждения техническими специалистами этого заключения стала сумятица в правовой среде, повлекшая утверждения, что физические объекты, включенные в Интернет вещей, становятся таким образом квази-субъектами права.

Между тем возможность подключения физических объектов к сети Интернет и их электронное взаимодействие в сети никоим образом не влияют на правовой постулат, допускающий возникновение правовых отношений только между субъектами права, но никак не объектами прав. Отклонение от этого постулата, исходя только из технической возможности взаимодействия «человек – физический объект», способно привести к абсурдным попыткам возложения деликтной ответственности на объекты прав и, например, взыскания компенсации причиненного вреда непосредственно с «умной» стиральной машины, которая, отвлекшись на отправление sms-сообщений своему владельцу, не уследила за сливом воды, что привело к заливу соседской квартиры[3].

Еще более резонансной попыткой отступления от обозначенного постулата о субъектном составе правоотношения стало предложение признать искусственный интеллект (далее – ИИ) и интеллектуальных роботов самостоятельными субъектами права. В 2017 г. Европейский парламент[4] инициировал разработку нормативных актов, регулирующих использование и создание ИИ, а также наиболее «продвинутых» роботов, озвучив предложение о введении нового субъекта права – «электронной личности» – для обеспечения прав и обязанностей ИИ[5]. При этом было оставлено без внимания то, что ИИ – это информационно-вычислительная система (включающая в свой состав базы данных, решатель (специальную компьютерную программу, призванную разрешать поставленные задачи) и интеллектуальный интерфейс, представляющий собой совокупность средств, позволяющих ИИ общаться с человеком), а интеллектуальный робот – устройство, управляемое все тем же ИИ[6].

2. Под техническим (нормативным) регулированием следует понимать установление технических требований и стандартов, которые предъявляются к продукции, а также к производственным, технологическим, логистическим и иным процессам. То есть в отличие от правового регулирования, рассчитанного на субъектов права, здесь регламентации подвергаются объекты: в технических нормах раскрывается терминология и содержится описание свойств и характеристик продуктов и процессов.

Так, для биометрических технологий на сегодняшний день разработан большой массив регламентирующих документов, включающий более 80 действующих международных стандартов (более 20 проектов находятся в разработке), более 40 действующих национальных стандартов (более 20 проектов находятся в разработке), три действующих межгосударственных стандарта (один проект в разработке)[7]. К областям стандартизации в этой сфере отнесены, в частности, терминология, форматы обмена биометрическими данными, биометрические интерфейсы и проч. И, например, с 1 июля 2017 г. на территории РФ действует стандарт на термины и определения в области биометрии ГОСТ ISO/IEC 2382-37–2016 «Информационные технологии. Словарь. Часть 37.
Биометрия». При этом на уровне федерального законодательства отношения по поводу биометрических технологий урегулированы довольно скромно: в частности, первое упоминание о биометрии содержалось в Федеральном законе от 15 августа 1996 г. № 114-ФЗ «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию», где говорилось, что паспорта граждан «могут содержать электронные носители информации с записанными на них персональными данными владельца паспорта, включая биометрические персональные данные»; Федеральный закон от 27.07.2006 № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» в 2017 г. пополнился ст. 14.1 «Применение информационных технологий в целях идентификации граждан Российской Федерации»; самим биометрическим персональным данным посвящена ст. 11 Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных».

Не будучи правовыми, технические нормы, содержащиеся в требованиях или стандартах, разрабатываются и утверждаются в соответствующих случаях государственными органами (обязательные стандарты и технические регламенты) или неправительственными организациями (причем нередко добровольные отраслевые стандарты применяются в качестве обязательных). В современных публикациях специально отмечается, что требования и стандарты для продуктов и процессов имеют различные функции – это может быть безопасность окружающей среды, здоровье человека, взаимозаменяемость и совместимость продуктов и программ, распространение и передача технологий, улучшение управлением процессами и проч.[8], но «фактически речь идет об установлении минимально необходимых требований, обеспечивающих различные виды безопасности продукции и процессов»[9].

В качестве классического примера можно привести упоминаемые в статье «100-летие Правил устройства электротехнических установок» первые технические стандарты, касающиеся электрической энергии, – «Правила для безопасного общественного и частного пользования электричеством» (1883). В статье указывалось: «Правила состояли из 28 пунктов, разделенных на четыре части. В первой части приведены указания о помещениях (ширина проходов, вентиляция) электрических установок, во второй части – меры пожарной безопасности и защиты людей, в третьей – технические требования к нагреванию и изоляции проводников, к способам их прокладки, в четвертой – требования к «коммутаторам», выключателям, приборам, а также к шкафам, ящиками и колодцам, в которых они размещаются» [10]. Причем нормативные разработки в данной области предполагали создание не только правил безопасности и правил устройств для электротехнических сооружений, но и технических правил и норм для взаимосвязанных сфер (например, правила об измерениях в метрических единицах, в том числе времени, электрических величин, света, температуры; нормы на изоляционные масла и на трансформаторы – выключатели, магнитную сталь), а также поправки и добавления к уже разработанным нормам и правилам.

В то же время является очевидным, что техническое регулирование в целях его соблюдения и исполнения нуждается в обеспечении правовыми нормами. Потребность в законодательной регламентации возникает применительно к отношениям:

– во-первых, по поводу принятия, изменения, отмены, вступления в силу технических стандартов, требований, правил (компетентные органы, сроки действия, порядок принятия, внесения изменений, отмены, вступления в силу, переходные периоды и проч.);

– во-вторых, ответственности за несоблюдение установленных технических стандартов, требований, правил (определение мер и круга субъектов ответственности, контролирующих органов, порядка возложения ответственности и проч.).

И вот тут возникает вероятность смешения собственно технического регулирования с правовым и подмены правовых норм техническими.

Это обстоятельство, к сожалению, было упущено при проведении реформы технического регулирования. И в результате в ст. 1 Федерального закона от 27.12.2002 № 184-ФЗ «О техническом регулировании» (далее – Закон о техническом регулировании) четко очерчен круг отношений, подпадающих под действие этого закона. Это отношения, возникающие: (1) при разработке, принятии, применении и исполнении обязательных требований к продукции или продукции и связанными с ней процессами (производства, эксплуатации, хранения и т.д.); (2) при применении и исполнении на добровольной основе требований к продукции и процессам, а также к выполнению работ или оказанию услуг в целях добровольного подтверждения соответствия; (3) в области оценки соответствия. В то же самое время в ст. 2 Закона о техническом регулировании закреплено, что техническое регулирование – это и есть правовое регулирование обозначенных общественных отношений[11]. Таким образом, по смыслу Закона понятием «техническое регулирование» охватываются и собственно техническое регулирование, и обеспечивающее его исполнение правовое регулирование.

Результатом неразграничения технического и правового регулирования становится то, что многие носящие технический характер вопросы внедрения и использования цифровых технологий в настоящее время стремятся урегулировать в законодательном порядке. Иными словами, технические нормы, в которых раскрывается терминология или описываются свойства и характеристики продуктов и процессов, теперь встраиваются в законодательные акты (причем нередко без учета уже обозначенных в технических регламентах и стандартах определений, свойств и характеристик). Тем самым нарушается второй из названных постулатов правового регулирования, согласно которому правовой регламентации подвергаются общественные отношения субъектов права, но никак не свойства и характеристики объектов.

Например, законопроект об использовании и хранении электронных документов[12] предполагает введение в Федеральный закон от 27.07.2006 № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» (далее – Закон об информации) таких положений: «21) реквизит документа – элемент оформления документа, позволяющий отличить документ от другого документа… 22) метаданные электронного документа – данные, которые обеспечивают управление электронными документами, в том числе их учет, хранение и использование, и могут содержать информацию о реквизитах электронного документа. Конвертацией электронного документа является его преобразование из одного формата в другой формат…».

Критически оценивая названный законопроект, нужно отметить, что термин «реквизиты документа» – общеизвестный термин, издавна используемый в делопроизводстве. При этом в п. 36 Национального стандарта РФ ГОСТ Р 7.0.8-2013 «Система стандартов по информации, библиотечному и издательскому делу. Делопроизводство и архивное дело. Термины и определения»[13] (далее – ГОСТ Р 7.0.8-2013) реквизит документа определен как «элемент оформления документа». Предложение о введении данного понятия в Закон об информации лишено смысла в силу отсутствия какой-либо специфики реквизитов применительно к электронным документам.

Понятие «метаданные документа» определено в п. 79 ГОСТ Р 7.0.8-2013 как «данные, описывающие контекст, содержание, структуру документов, обеспечивающие управление документами в информационной системе». Как и в первом случае, нельзя не усомниться в необходимости введения дефиниции этого понятия в законопроект об использовании и хранении электронных документов.

Применительно к предложенному законопроектом пониманию конвертации электронных документов надо заметить, что согласно п. 80 ГОСТ Р 7.0.8-2013 под конвертированием (конвертацией) электронных документов понимаются, во-первых, процесс перемещения электронных документов с одного носителя на другой, и, во-вторых, процесс преобразования электронных документов из одного формата в другой. В законопроекте же необоснованно учтен только один из названных аспектов (в условиях существования серьезных сомнений в его надобности в законопроекте).

3. Для большинства отечественных юристов этическое регулирование – не слишком понятное, малозначимое явление. И в отечественном правосознании превалирует, в частности, понимание кодексов этики как неких сводов моральных норм, в которых закреплены представления о справедливости, добре, зле и т.п.

Между тем в зарубежных юрисдикциях практика разработки и использования кодексов этики получила широкое распространение, а само этическое регулирование в системе социального регулирования занимает теперь место, если не равное правовому регулированию, то весьма к нему приближенное. Наибольшее применение получили профессиональные кодексы этики, регулирующие отношения внутри профессиональных сообществ и закрепляющие правила (стандарты) поведения специалистов (известны кодексы бухгалтеров, аудиторов и др.), а также корпоративные кодексы этики, характеризуемые нередко в качестве «конституции» той или иной компании и устанавливающие принципы деятельности компании, стандарты корпоративного поведения сотрудников и т.д. Такие кодексы не дублируют законодательство, но не противоречат ему, устанавливая необходимые регламентирующие правила, далеко не все из которых вообще могут стать правовой нормой.

Таким образом, этическое регулирование сегодня представляет собой установление правил поведения для определенного сообщества, соблюдение которых обеспечивается не государством, а соответствующим сообществом (социальным, профессиональным и др.). При этом средствами такого регулирования становятся различные нормы, кроме действующих правовых, то есть это могут быть упомянутые корпоративные нормы, нормы морали, обычаи и т.д.

Такое регулирование, осуществляемое нередко в виде в виде закрепления основополагающих принципов и общих правил, рассчитано на определенное сообщество граждан и (или) юридических лиц; оно может регламентировать отношения как между участниками этого сообщества, так и вне его, а также иные вопросы, включая технические; оно разрабатывается и принимается соответствующим сообществом.

В качестве примера изложенному можно привести недавно принятый Кодекс этики использования данных[14] (далее – Кодекс данных), в разработке которого я принимала участие в качестве руководителя рабочей группы от Института развития Интернета (ИРИ). Этот Кодекс отличается от упомянутых выше кодексов тем, что он устанавливает общие правила для всей отрасли данных в целом, а не какого-либо профессионального сообщества, осуществляющего деятельность на рынке данных, или отдельных участников рынка данных, агрегирующих, обрабатывающих и иным образом использующих данные при осуществлении своей деятельности. Кодекс закрепляет общие принципы, а также ряд принципов профессиональной этики при сборе, хранении, аналитике и коммерческом использовании данных, в том числе в рекламе и маркетинге. Также Кодекс данных включает положения о порядке присоединения к нему и ответственности за несоблюдение его требований, порядок обобщения лучших практик (Белая книга), порядок изменения и толкования Кодекса. Названные положения были предложены самой отраслью и тщательно проработаны экспертами с целью исключить возможность противоречия / несоответствия предлагаемых правил законодательству, равно как и вероятность их двойного толкования.

Подводя итоги, следует признать, что для адекватного и эффективного применения новых технологий далеко не во всех случаях срочно требуется новое правовое регулирование. Современные технологии прежде всего нуждаются в техническом регулировании (в свою очередь обеспечиваемом правовыми нормами), что позволяет внедрить и полноценно использовать эти технологии. Кроме того, целесообразно обращение и к этическому регулированию – оно способствует тому, чтобы участники того или иного рынка, использующего цифровые технологии, могли выстраивать взаимоотношения с государством, с гражданами, между собой, в том числе и в условиях, пока ведется разработка и принятие соответствующего и необходимого законодательства.

P.S. лента новостей IP CLUB в сфере права интеллектуальной собственности и цифрового права (IP & Digital Law) в:

[1] Рожкова М.А. Цифровое право (Digital Law) — что это такое и чем оно отличается от киберправа / интернет-права / компьютерного права? [Электронный ресурс] // Закон.ру. 2020. 15 марта. URL: https://zakon.ru/blog/2020/3/15/cifrovoe_pravo_digital_law_-_chto_eto_takoe_i_chem_ono_otlichaetsya_ot_kiberpravainternet-pravakompy

[2] Как известно, изначально правила и образцы должного поведения людей складывались на основе обычаев, традиций и заповедей (норм морали), а только затем стали возникать собственно правовые нормы, специально предназначенные для упорядочивания отношений между людьми, а потом и юридическими лицами, государством.

[3] См. об этом: Рожкова М.А. Найти отличия: технические и правовые аспекты Интернета [Электронный ресурс] // сайт Журнала Суда по интеллектуальным правам. 2015.

[5] Активное обсуждение этой идеи привело к созданию прецедента признания за роботом, управляемым ИИ, правосубъектности – речь идет о известном человекоподобном роботе Софии, получившей гражданство Саудовской Аравии (Morby Alice. Saudi Arabia becomes first country to grant citizenship to a robot // URL: https://www.dezeen.com/2017/10/26/saudi-arabia-first-country-grant-citizenship-robot-sophia-technology-artificial-intelligence-ai/

[6] Подробнее см.: Рожкова М.А. Искусственный интеллект и интеллектуальные роботы – что это такое или кто это такие? [Электронный ресурс] // Закон.ру. 2019. 23 ноября. URL: https://zakon.ru/blog/2019/11/23/iskusstvennyj_intellekt_i_intellektualnye_roboty__chto_eto_takoe_ili_kto_eto_takie

[9] Крючкова П.В. Система технического регулирования в РФ: формирование, возможное и ожидаемое воздействие на конкуренцию // https://iq.hse.ru/data/342/610/1233/file3758.pdf

[10] Грудинский П. Г., Фаерман А. Л. 100-летие Правил устройства электротехнических установок // Журнал Электричество. 1983. № 12. С. 64. Данные правила были направлены для утверждения в министерство внутренних дел, которое перенаправило их в министерство почт и телеграфов, которое в свою очередь вместо утверждения разработала свою редакцию правил (так и не получившую поддержку). В итоге названные правила начали действовать в качестве утвержденных Советом Русского технического общества (РТО).

[12] Проект федерального закона № 657361-7 «О внесении изменений в Федеральный закон “О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма” и иные законодательные акты Российской Федерации» // https://sozd.duma.gov.ru/bill/657361-7

[13] Утв. приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 17 октября 2013 г. N 1185-ст.

Правовое регулирование

Правовое регулирование — это процесс нормативно-организационного, целенаправленного упорядочения общественных отношений, который осуществляется посредством применения системы юридических норм, индивидуальных предписаний, правовых отношений и т. п.

Термин «правовое регулирование» означает воздействие на общественные отношения, осуществляемое с помощью правовых норм и иных юридических средств. Право и правовые нормы играют одну из наиболее важных ролей в системе социальных регуляторов, моральных, религиозных, корпоративных норм.

Наиболее распространенным является понимание реализации права, как процесса и результата практического осуществления юридических предписаний в правомерных действиях должностных лиц, граждан, организаций, органов, учреждений и других участников общественных отношений. Началом правового регулирования считается формирование юридических обязанностей и правовых возможностей, а завершением — использование их в процессе социальной практики. Понятие «правовое регулирование» охватывает деятельность компетентных должностных лиц и органов власти по принятию правовых норм.

Предмет правового регулирования — это совокупность общественных отношений, на которые направлено воздействие правовых средств и методов. Непосредственным предметом правового регулирования выступает волевое поведение людей в различных областях жизнедеятельности. Правовое регулирование, являясь компонентом социального управления, носит выраженный управленческий характер. Непрерывно взаимодействующими между собой составляющими подсистемами правового регулирования являются управляемая и управляющая подсистемы, где управляемая представляет собой социальный объект воздействия, а управляющая — это субъект управления.

Относительное разграничение подсистем позволяет предположить, что объектом и субъектом управления применительно к конкретному общественному отношению выступают отдельные лица или различные социальные организации.

Правовое регулирование связано с деятельностью управляемого объекта и субъектов управления, оно не замыкается в рамках функционирования управляющей подсистемы. Определяющим фактором выступает то, что и объектом, и субъектом управления могут быть отдельные коллективные образования или отдельные граждане. То, что в одном общественном отношении является полноценным управляющим субъектом, в другом общественном отношении превращается в объект управления. К субъектам управления относятся должностные лица, применяющие и принимающие нормы права, а также лица, на чье поведение оказывают прямое влияние акты применения права и юридические нормы.

Виды и стадии правового регулирования

Виды правового регулирования:

  • правоприменительное регулирование, осуществляемое государственными юрисдикционными, распорядительными органами и уполномоченными общественными организациями;
  • автономное регулирование, осуществляемое организациями и гражданами самостоятельно, независимо от государства, включающее определение ими взаимных субъективных прав и обязанностей.

При любом нормативном или властном индивидуальном решение юридического характера присутствует правовое регулирование общественных отношений. Правовое регулирование направлено на определение модели поведения субъектов посредством субъективных обязанностей, прав, запретов, установление их правового положения.

В правоведении нет однозначного определения сколько и какие стадии проходит в своем развитии правовое регулирование.

Одна группа исследователей считает, что правовое регулирование проходит следующие стадии развития:

  • регламентация общественных отношений;
  • действия юридических норм.

Регламентация общественных отношений предполагает урегулирование определенных областей общественных отношений с помощью права, осуществляемое посредством закрепления круга общественных отношений в юридических нормах, в определении субъектов права, их обязанностей, прав, свобод, установлении за их нарушение определенных видов ответственности.

Действие юридических норм проявляется в реализации правовых норм, действующих в рамках закона.

Вторая группа исследователей указывает, что правовое регулирование включает три основных этапа:

  • формирование и действие правовых норм;
  • возникновение правоотношений или субъективных прав и обязанностей;
  • реализация прав и юридических обязанностей.

Обязательным самостоятельным этапом правового регулирования является стадия возникновения прав и обязанностей, то есть правоотношений, в ходе которых происходит индивидуализация положений правовой нормы применительно к конкретной жизненной ситуации посредством формирования образной модели поведения субъектов правоотношения.

Между правовым воздействием на общественные отношения и результатом правового воздействия (актами реализации права) существует тесная связь. Разница в существующих мнениях определена необходимостью выделения стадии возникновения правоотношений в качестве самостоятельного этапа правового регулирования.

Изменение правоотношений, их развитие начинается с наступления юридического факта, когда правоотношение складывается в виде взаимной индивидуализированной юридической связи субъектов, образной модели поведения, которая осуществляется посредством определенных обязанностей и прав. Правоотношения, находящиеся на этом этапе развития, обладают самостоятельной социальной ценностью. На следующих этапах развития, когда права и обязанности начинают проявляться в поведении субъектов, правоотношения оформляются в объективно конкретные общественные отношения и наполняются реальным живым содержанием.

При определенных обстоятельствах правовое отношение может остаться образной моделью поведения, «застыть» в идеальной фазе существования. Это происходит, если его участники, обладающие юридическими обязанностями и субъективными правами, не сделают для их реализации никаких фактических действий.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *