Удержание как способ обеспечения исполнения обязательств

IX Международная студенческая научная конференция Студенческий научный форум — 2017

С развитием в нашей стране рыночных отношений, с развитием гражданско-правового оборота, на смену административным и уголовным способам «обеспечения обязательств» приходят гражданско-правовые аналоги такого обеспечения. Использование способов обеспечения исполнения обязательств способствует не только дисциплинированию контрагентов, но и позволяет в случае необходимости компенсировать негативные последствия неисполнения должником своих обязательств.

Актуальность данной курсовой работы обуславливается следующими обстоятельствами:

Во-первых, действующее законодательство крайне скупо в регулировании института удержания. Удержание непосредственно возникает из закона, но статьи ГК РФ, посвященные удержанию описывают только основание и сам принцип удержания (по сути эти статьи содержат законодательный минимум для описания данного вида обеспечения обязательств). Поэтому, как справедливо замечают исследователи, возникает ощущение, что этих норм явно недостаточно для качественного регулирования правоотношений сторон по поводу удержания.

Во-вторых, институт удержания переполнен дискуссиями. Дискуссионным является вопрос о предмете права удержания, который закрепляется законодателем как «вещь», дискуссии идут вокруг сроков удержания и порядка.

Все чаще в юридической литературе звучат мнения о том, что существует потребность расширения предмета удержания как способа обеспечения исполнения обязательств до категории «имущество».

В-третьих, институт удержания не является абсолютно новым для нашего права: он имел место в некоторых формах в дореволюционном праве, являлся объектом ряда исследований известных российских цивилистов. Поэтому большое значение имеет современный анализ на основе взаимосвязи с историей происхождения института.

Объектом исследованияданной курсовой работы являются общественные правоотношения удержания как способа обеспечения обязательств.

Предметом исследования является нормы гражданского права, регулирующие удержание.

Целью данной работы является исследование института удержания, анализ судебной практики по данному институту, а также выявление проблем, возникающих в связи с применением правовых норм удержания.

Задачами исследования являются: исследование исторических и теоретических аспектов, выявление правовых проблемы института удержания и предложение возможных путей их решения.

Методы исследования курсовой работы следующие:

1) анализ и синтез (представляет собой расчленение явления или процесса на составные части и их разностороннее изучение);

2) сравнение (представляет собой метод сопоставления объектов с целью выявления сходства или различия между ними);

3) мышления (представляет собой процесс моделирования закономерностей окружающего мира на основе аксиоматических положений);

4) логическая связь (представляет собой способ связи понятий о предмете, о свойствах предметов или отношений между предметами);

5) эмпирический метод (представляет собой способ получения знаний путем исследования практики)

Научная новизна заключается в постановке и решении приоритетных задач, комплексной оценки процессов формирования, развития и регулирования деятельности связанной с правовым удержанием через призму современного этапа гражданских правоотношений.

Практическая значимость работы состоит в том, что она может быть использована в государственном регулировании для повышения уровня правового регулирования, для улучшение уровня выполнения Конституционных прав и свобод человека.

Данная работа состоит из введения, двух глав, заключения и библиографического списка. В первой главе рассматривается возникновение и становление института удержания в России. Во второй главе описано правовое регулирование, проблемы и пути их решения. В заключении формулируются основные направления совершенствования законодательства: предложение о внесения дополнений в действующие законодательство, разъяснение правовой концепции удержания как вида обеспечения обязательства.

ГЛАВА 1 ИСТОРИКО-ТЕОРеТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ УДЕРЖАНИЯ , КАК ОДНОГО ИЗ ИНСТИТУТОВ ГРАЖДАНСКОГО ПРАВА В РОССИИ

§1.1 История развития правового регулирования института удержания

Институт удержания как способ обеспечения обязательств известен российскому праву довольно давно. Пришедший из римского права, он облачился в России в своеобразные национальные черты, и стал к периоду Российской Империи специфически национальным институтом гражданского права. Наибольший вклад в исследование генезиса права удержания внесли такие ученые-классики как С.В. Пахман, М.М. Катков, а из современных исследователей – С.В. Сарбаш 1 . Многие видные ученые-правоведы соглашаются во мнении, что работа С.В. Сарбаш на сегодняшний день является едва ли не единственным полновесным и доскональным исследованием данного института гражданского права, объединяя и историческую часть, и современное положение удержания в системе гражданского права.

Однако обратимся к некоторым аспектам развития права удержания.

Свод Законов Гражданских 2 (фактически сохранявший официальную юридическую силу вплоть до прихода к власти в России большевиков) к способам обеспечения обязательств относил 1) поручительство; 2) условие неустойки; 3) залог имуществ недвижимых; 4) заклад имуществ движимых (ст.1554).

Удержания в законе не упоминалось, однако применялось на практике. Долгое время удержание являлось своеобразной формой ненаказуемого самоуправства.

По римскому праву кредитору предоставлялось право самовольно отнять предмет своего требования. В нашем праве имелась возможность задержания вещи обязанного лица для понуждения к исполнению обязательства, также его задержания для установления «самоличности». Таким образом, по римскому праву разрешалась более серьезная мера к должнику, тогда как по нашему праву была лишь возможность задержания вещей в силу существующего обязательства между лицами и была необходимость уже наличия вещей во владении контрагента.

Самозащита и самоуправство разделялись в гражданско-правовом смысле. Самоуправство запрещалось, но как крайняя мера допускалась самозащита.

Самоуправство определялось как запрещенное внесудебное средство осуществления гражданских прав, оно характеризовалось как самовольное нападение на личность или имущество с целью осуществления своих прав. Более четко разграничение самоуправства и самозащиты будет проведено ниже в данном параграфе.

Справедливо отмечает Н.В. Южанин 3 , что в дореволюционных источниках часто обращалось внимание на «самовольность» действия. Это было связано с отсутствием четких и прямых норм общего характера об удержании. В цивилистике не было определенных позиций в отношении института удержания. Ситуация была вызвана тем, что отсутствовал в большинстве случаев отдельный раздел об обеспечении обязательств, а в отношении указанного права не было общих норм, а были лишь частные постановления по отдельным вопросам. Также сказалось влияние западных источников, например, Саксонского уложения 4 , которое разрешало более решительные меры самозащиты прав, а точнее, «самоуправные меры».

Таким образом, институт удержания в Российской Федерации прошел длительный исторический путь развития от дореволюционного периода до настоящего времени. До принятия нового Гражданского кодекса РФ 5 (далее ГК РФ) правила удержания как способа обеспечения обязательств отличались от общемировых.

Удержание как способ обеспечения обязательства предусмотрено ст. 160 Кодекса торгового мореплавания РФ 6 , п. 8 ст. 79 Кодекс внутреннего водного транспорта РФ 7 .

Действующее российское законодательство уделяет значительное внимание вопросам обеспечения обязательств и в частности институту удержания. Однако жизнь выдвигает насущное требование дальнейшего развития института удержания. Изменения в гражданском законодательстве России, наличие большого количества неразрешенных на законодательном уровне проблем, связанных с удержанием, необходимость во многих случаях подтверждать очевидное в судебном порядке в виду отсутствия соответствующих норм закона − все это приводит к острой необходимости совершенствования законодательства, регулирующего удержание как способа обеспечения обязательств.

В дореволюционный период удержание определялось как «самовольность» действия. Это было связано с отсутствием четких и прямых норм общего характера об удержании. В цивилистике не было определенных позиций в отношении института удержания.

В советский период удержания в законе не упоминалось, однако применялось на практике. Долгое время удержание являлось своеобразной формой ненаказуемого самоуправства.

В современный период действующее законодательство установило границы и основы института удержания, уделяет значительное внимание проблемным вопросам института удержания

§1.2 Теоретические аспекты института удержания

В настоящее время действие и применение удержания как способа обеспечения обязательств регулируется нормами ст.359-360 ГК РФ.

Согласно определению, данному в ст.359 ГК РФ, кредитор, у которого находится вещь, подлежащая передаче должнику либо лицу, указанному должником, вправе в случае неисполнения должником в срок обязательства по оплате этой вещи или возмещению кредитору связанных с ней издержек и других убытков удерживать ее до тех пор, пока соответствующее обязательство не будет исполнено. Удержанием вещи могут обеспечиваться также требования, хотя и не связанные с оплатой вещи или возмещением издержек на нее и связанных с ней других убытков, но возникшие из обязательства, стороны которого действуют как предприниматели.

Кредитор в период удержания фактически владеет имуществом, но волевого аспекта в таком владении нет, ибо владение вещью должника со стороны кредитора обусловлено не собственным желанием, хотением и стремлением обладать, а вынужденной необходимостью в целях обеспечения иных своих интересов. Поэтому если и можно назвать удержание владением, то только титульным владением, если мы говорим о конкретных обязательствах, таких как поручительство, подряд, комиссия, агентский договор и т.д., поскольку во всех этих ситуациях лицо владеет вещью в силу права, переданного от собственника.

Институт удержания применяется в российском праве в различных отраслях. Появившись изначально в отрасли гражданского права, удержание было заимствовано другими отраслями – как частного, так и публичного права. Важно помнить, что удержание в частном праве нельзя приравнивать к удержанию в публичном праве, поскольку это совершенно различные меры и способы воздействия.

Удержание в частном праве вытекает исключительно из обязательственных отношений.

Необходимо от гражданско-правового удержания отличать также право удержания, предусмотренное в таможенном законодательстве с целью обеспечения исполнения обязанностей по уплате таможенных пошлин и платежей и применяемое государством в лице уполномоченных органов. Удержание необходимо отличать от ареста и конфискации имущества. Удержание является именно ограничением права собственности и не влечет за собой его перехода.

В отличие от удержания, арест применяется только уполномоченными государственными институтами в случае нарушения стороной норм и правил, установленных законом. Соответственно, данный институт регулируется Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях 8 , Налоговым кодексом 9 , Арбитражным процессуальным кодексом РФ 10 , Гражданским процессуальным кодексом РФ 11 .

Таким образом, удержание – это гражданско-правовой институт, и его не нужно путать с удержание в иных отраслях права (публичным правом).

В главах ГК РФ, посвященных отдельным видам договоров, содержатся специальные отсылки к статье 359 ГК РФ. В частности, за комиссионером признано право удерживать находящуюся у него вещь комитента, за перевозчиком – перевозимые грузы и багаж, за подрядчиком – результаты работ, принадлежащее заказчику оборудование и переданную им для переработки вещь, остатки неиспользованных материалов и другое оказавшееся у подрядчика имущество заказчика (ст.712 ГК РФ).

Рассмотрим чем отличается удержание от иных видов обеспечения исполнения обязательств, указанных в ст.329 ГК РФ – залога, поручительства, банковской гарантии, задатка. В целях исследования будем оперировать удержанием исключительно как гражданско-правовым институтом обеспечения исполнения обязательств. О принадлежности института удержания к обязательственному праву свидетельствует ряд признаков. Прежде всего – структурное расположение норм об удержании в ГК РФ: правила об удержании помещены в параграфе 4 «Удержание» гл. 23 «Обеспечение исполнения обязательств» подраздела 1 «Общие положения об обязательствах» раздела III «Общая часть обязательственного права».

Далее, объектом воздействия обеспечительных средств является воля. Таким образом, суть обеспечительных средств – это воздействие на волю должника с целью понуждения его к исполнению обязательства. Удержание представляет собой институт обязательственного права и носит акцессорный характер к основному обязательству.

Неверно суждение, что удержание – это своеобразная мера ответственности, применяемая к должнику. Гражданско-правовая ответственность – это лишь такие санкции, которые связаны с дополнительным обременением правонарушителя, то есть являются для него наказанием, но удержание «наказанием» быть не может, поскольку удержание – это не дополнительно возлагаемое бремя.

Важно помнить на практике, что удержание – это институт обязательственного права, и область его применения – договорные отношения. Это принципиально для разграничения института удержания и самозащиты, на что указывают Н.В. Южанин и В.А. Рыбаков 12 .

Самозащиту следует рассматривать в широком и узком смысле. В широком смысле удержание можно отнести к мере самозащиты, в узком же – нельзя, и тому имеются несколько обоснованных причин.

Во-первых, кредитор, применяя удержание на основании невыполнения должником обязательств по договору не должен оценивать, соответствует ли оно в данном случае нарушению и не причинит ли он должнику больший вред, чем размер его требований. При самозащите такая оценка соразмерности является необходимой.

Во-вторых, если действия удерживающего обусловлены договором – то речь идет об удержании, и здесь это правовое средство, направленное на обеспечение исполнения конкретного обязательства. В ситуациях, когда лицо другим способом самостоятельно защищает свое право, следует говорить о самозащите.

Удержание – единственный из поименованных в гл.23 ГК РФ способ обеспечения исполнения обязательств, возникающий непосредственно из закона. Для его применения кредитором не нужно заключать специального соглашения, даже если в договоре нет указаний на его применение.

Удержание обеспечивает обязательство между должником и кредитором независимо от его субъектного состава и от того, из чего оно возникает, – из договора, вследствие причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в ГК РФ.

Особенность данной обеспечительной меры заключается в том, что кредитор имеет право удержать имущество должника до момента исполнения последним своей обязанности. До настоящего времени еще не поставлена точка в вопросе о природе права удержания. С.В. Сарбаш 13 считает, что удержание является односторонней сделкой, в соответствии с которой кредитор, владеющий чужой вещью, вправе не выдавать ее должнику до того момента, когда должник не исполнит свое обязательство. С ним соглашается Д.Ю. Макаров 14 , мотивируя следующим:

— сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (ст.153 ГК РФ);

— из норм о праве удержания следует, что лицо, удерживающее имущество, осуществляет данное правомочие посредством действия, которое выражается в том, что кредитор не выдает вещь, то есть предпринимает определенные усилия, направленные на то, чтобы вещь не перешла в обладание другого лица;

— по форме совершения данной сделки наиболее характерной будет являться устная форма совершения сделки. Кредитор заявляет о том, что им не будет выдана вещь должника, однако возможно совершение данной сделки и в письменной форме,

— данные формы подпадают под действие п.1 ст.158 ГК РФ. В то же время сделка об удержании может быть совершена и в иной форме. Закон не требует для совершения сделки об удержании письменной формы, она может совершаться устно, и, соответственно п. 2 ст. 158 ГК РФ такая сделка считается совершенной и в том случае, если из поведения лица явствует его воля совершить сделку.

С подобным пониманием природы права удержания принципиально не соглашается Д.А. Торкин 15 , приводя следующие доводы:

— право удержания – это субъективное право, существующее в рамках правоотношения, возникающего в силу закона;

— сделка – это юридический факт, который влечет возникновение правоотношения, но сам таковым не является;

— поэтому отождествлять субъективное право с юридическим фактом, который по своей природе не может быть частью правоотношения, представляется ошибочным.

Кроме того, невыдача кредитором удерживаемого имущества является по своей природе законным бездействием, а бездействие не может порождать сделку, поэтому, по мнению исследователя, квалификация С.В. Сарбаша 16 вызывает серьезные сомнения.

Право удержания относится к числу правоохранительных мер обеспечительного характера, предусмотренных непосредственно законом. Иначе говоря, содержание этого права и основания его применения определяются законом, а не волей ретентора (лицо, удерживающее вещь). Волей ретентора определяется решение вопроса, использовать или не использовать право удержания при наличии основания для этого, а также действия по осуществлению права удержания вещи. Поэтому одностороннюю сделку представляет собой только действие по осуществлению права на удержание вещи, но никак не само право удержания.

Некоторые исследователи высказвают мнение, что удержание – это мера оперативного воздействия на должника, призванная стимулировать его к исполнению обязательства. Так, Б.М. Гонгало 17 не называет удержание способом обеспечения обязательств, но признает, что удержание является обеспечительной мерой, причем мерой, обеспечивающей исполнение обязанностей, входящих в содержание именно обязательственных отношений (а не любых юридических отношений).

Долгое время (в советском праве) именно с силу того, что данная обеспечительная мера не отвечала признакам способов обеспечения обязательств, она не включалась в систему таких способов, а признавалась одной из мер оперативного воздействия, чем и является, по мнению исследователя, до сих пор.

Аналогичного мнения придерживается и В.П. Грибанов 18 , относя удержание к мерам оперативного воздействия на основании следующих критериев: 1) неразрывная связь с обязательственным отношением; 2) направленность на охрану прав и интересов управомоченного; 3) характер одностороннего действия, осуществимого без обращения к компетентным органам; 4) специфические гарантии, предоставляемые обязанному лицу; 5) вероятность наступления неблагоприятных последствий для обязанного лица; 6) первоочередная направленность на побуждение другой стороны к надлежащему исполнению обязанностей – обеспечение надлежащего исполнения.

Тот факт, что право удержания вещи применяется ретентором (лицом, удерживающим вещь) к нарушителю его прав самостоятельно, без обращения за защитой права к компетентным государственным органам дает основание причислить его к разновидности мер оперативного воздействия, а именно к мерам оперативного воздействия, связанным с обеспечением встречного удовлетворения.

Позиция законодателя, когда мера оперативного воздействия была включена в статью ГК РФ может быть обусловлена тем, что, во-первых, во многих странах удержание признается способом обеспечения обязательств, а во-вторых, наделяя кредитора правом удерживать вещь должника в случае неисправности последнего, целесообразно решить вопрос о правовом режиме соответствующего имущества в случае, если, несмотря на его удержание, должник не исполняет обязательство. Правильнее всего удовлетворить требования кредитора за счет этого имущества. Такой подход отвечает принципу нормативной экономии и отражает тенденцию к унификации правовых норм. Поэтому правила об удержании имущества должника помещены в ГК РФ в главе, имеющей название «Обеспечение исполнения обязательств», вслед за нормами о залоге.

Рассмотрев природу и особенности удержания, мы приходим к выводу, что право удержания – это специфический способ обеспечения исполнения обязательств. Правильнее было бы сказать, используя терминологию Б.М. Гонгало, что это даже не «способ обеспечения исполнения обязательств», а «способ обеспечения обязательств», т.е. исключить из формулировки ключевое слово «исполнение», поскольку именно положительная реализация исполнения обязательства не является гарантированной. Неисполнение обязательства таким образом «подстраховывается» удержанием имущества должника.

Институтом удержания соотносится с конституционными нормами о том, что никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда. Противоречия нет: подписывая соглашение об удержании, должник заранее выражается свое согласие на применение кредитором удержания, а если удержание вытекает из закона – то здесь, тем более, не может быть никакого несоответствия, ибо должник не лишится своего имущества без судебного решения

Таким образом, удержание представляет собой порядок реализации прав кредитора, при котором переход имущества к кредитору определяется в соответствии с правилами законодательства. Следует отметить, что в нынешней ситуации правовое регулирование института удержания характеризуется чрезмерными возможным количеством трактовок и нет единообразия судебной практики. Одна из основных причин этого состоит в том, чтоб законодатель не определил четких границ института удержания.

Институт удержания находит свои истоки в древнеримском праве. Первоначально удержания как юридического института не существовало: кредитор, самоуправно, без законных оснований, изымал вещь у должника.

Последующее развитие института удержания, как в советский, так и в постсоветский период, свидетельствует о постепенном законодательном регулировании данного института. В действующем ГК РФ теперь закреплено основание удержание, дальнейшая судьба вещи. В соответствии со ст. 360 ГК РФ «Требования кредитора, удерживающего вещь, удовлетворяются из ее стоимости в объеме и порядке, предусмотренных для удовлетворения требований, обеспеченных залогом».

ГЛАВА 2 ПРОБЛЕМЫ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ИНСТИТУТА УДЕРЖАНИЯ

§ 2.1 Проблемы определения объектов и субъекты удержания

Действующее гражданское законодательство, закрепляет удержание как способ обеспечения исполнения обязательств, состоящий в праве кредитора удерживать оказавшуюся у него вещь должника до погашения долга под угрозой удовлетворения требований за счет стоимости удерживаемого имущества.

Таким образом, удержание оказывает двоякое влияние на правоотношения сторон по обеспеченному обязательству. Во-первых, в качестве меры оперативного воздействия удержание вещи до момента надлежащего исполнения оказывает стимулирующее воздействие на контрагента-должника, поскольку ограничивает его в пользовании собственным имуществом. Этот компонент права удержания может в принципе обеспечивать исполнение любого обязательства, особенно в отношениях между предпринимателями. Во-вторых, главное обеспечительное свойство удержания обусловливается возможностью удовлетворения требования из состава имущества должника.

Статьей 359 ГК РФ предусматриваются два вида удержания – общегражданское, используемое для обеспечения исполнения обязательств, субъектами которых являются все участники гражданского правоотношения, в том числе и лица, занимающиеся предпринимательской деятельностью, и предпринимательское, применяемое для обеспечения исполнения обязательств, обе стороны которых действуют как предприниматели.

Общегражданским удержанием обеспечиваются только требования, имеющие денежный характер. В роли кредитора по общегражданскому удержанию, правомерно удерживающего вещь должника, могут выступать: хранитель по договору хранения, если поклажедатель уклоняется от оплаты услуг по хранению; перевозчик по договору перевозки, не выдающий груз получателю до полного расчета за перевозку; подрядчик, не передающий заказчику созданную вещь до оплаты выполненной работы, и т.д.

Предпринимательское удержание в качестве основания возникновения имеет неисполнение должником требований, не обязательно связанных с оплатой вещи или возмещением издержек на нее, но возникших из обязательства, стороны которого действуют как предприниматели.

Независимо от вида права удержания суть удержания одна и состоит в том, что кредитор (ретентор), у которого находится вещь, подлежащая передаче должнику либо лицу, указанному должником, вправе удерживать ее до тех пор, пока соответствующее обязательство не будет исполнено. Требования кредитора, удерживающего вещь, удовлетворяются из ее стоимости в объеме и порядке, предусмотренных для удовлетворения требований, обеспеченных залогом (ст.360 ГК РФ).

Удержание, подобно залогу, обладает определенными признаками вещных правоотношений. Это, в частности, «следование за вещью». Соответственно лежащее на вещи обременение в виде удержания сохраняет свою силу также в случаях, когда удерживаемая кредитором вещь приобретается третьим лицом (п.2 ст.359 ГК).

Обратимся к определению объекта удержания. Статья 359 ГК РФ не содержит исчерпывающего перечня объектов удержания, равно как и его определения, закрепляя, что использование удержания возможно лишь в отношении вещей, а не иного имущества и других объектов гражданского права, названных в ст. 128 ГК РФ. При этом по смыслу ст.359 ГК РФ речь идет о любой не изъятой из оборота вещи. То есть, объектом отношений права удержания являются вещь как движимая, так и недвижимая, которая была передана кредитору.

Казалось бы простая легальная формулировка не вызывает вопросов, однако при ближайшем рассмотрении выясняется, что определение допустимых объектов удержания вызывает многочисленные теоретические дискуссии, а также ошибки на практике.

Большинство исследователей сходятся во мнении, что «вещь» по смыслу ст.359 ГК РФ трактуется не расширительно, а исключительно как материальный объект.

Таким образом, не могут быть предметом права удержания имущественные права, работы, услуги, результаты интеллектуальной деятельности, информация, нематериальные блага. Несмотря на определение объекта удержания как вещи, материального объекта, дискуссионными остаются вопросы об отнесении к числу объектов удержания – денег, ценных бумаг, недвижимого имущества.

Рассмотрим подробным образом каждый из вопросов.

Первый дискуссионный вопрос – включение в число объектов удержания денег. Сторонники такого включения (О.Н. Садиков 19 и др.) в подтверждение своей точки зрения отмечают, что «в частности, п.5 ст.875 ГК РФ предусматривает право банка или иного кредитного учреждения в случае исполнения инкассового поручения удержать из инкассированных сумм уплату своего вознаграждения, а также понесенные расходы».

Сторонники противоположной точки зрения считают, что «удержание» как способ обеспечения исполнения обязательств в силу ст.359 ГК РФ может применяться только к материальным объектам, но не к деньгам.

Учитывая сказанное, отдельные исследователи предлагают внести изменения в ст.359 ГК РФ. Так, Н.В. Южанин, В.А. Рыбаков отмечают 20 , что если учесть, что большинство всех расчетов осуществляется в безналичной форме, применять удержание, например, денежных средств, находящихся на счете в кредитном учреждении, было бы весьма эффективно. Поэтому необходимо расширить предмет удержания на законодательном уровне. Удержание должно быть максимально эффективным средством, активно используемым на практике. Определение законодателем предмета удержания только как «вещи» сужает область применения данного способа обеспечения исполнения обязательств до упрощенного гражданского оборота, когда передаются по обязательству только материальные предметы. Получается, что удержание – это простейшее средство защиты своих прав в рамках большей части «элементарных» договорных обязательств. Существует явная потребность расширения предмета удержания как способа обеспечения исполнения обязательств до категории «имущество».

При всей видимой эффективности данного предложения, позволим себе с ним не согласиться. При встречных денежных требованиях удержание как способ обеспечения обязательств использовано быть не может. На основании ГК РФ (ст.410-412) стороной может быть произведен зачет, касается это правило и п.5. ст.875 ГК РФ о банковском удержании.

Вывод основан на том, что право удержания применяется в отношении вещей, находящихся в собственности другого лица. Право же собственности и иное вещное право может распространяться лишь на индивидуально-определенные вещи. При возникновении обязанности по возврату денег или иных вещей, определяемых родовыми признаками, можно вести речь о зачете встречного требования. Этот вывод подтверждается и позицией ВАС РФ относительно правомерности прекращения обязательства комитента перед комиссионером зачетом встречного однородного требования (п. 16 Обзора практики разрешения споров, связанных с прекращением обязательств зачетом встречных однородных требований, от 29 декабря 2001 г. № 65 21 ). Именно зачет имеет место и в случае, предусмотренном п. 5 ст. 875 ГК РФ о праве банка, исполнившего инкассовое поручение, удержать из инкассированных сумм причитающиеся ему суммы.

Таким образом, из круга предметов права удержания необходимо исключить также вещи, определяемые родовыми признаками, в том числе деньги в силу их заменяемости.

Второй дискуссионный вопрос – включение в число объектов удержания ценных бумаг. Отдельные исследователи тактично обходят стороной вопрос включения ценных бумаг в число объектов удержания, другие исследователи не аргументировано исключает их из числа таких объектов. Между тем данный вопрос заслуживает пристального внимание в виду его практической значимости.

Необходимо обратить внимание на различие правового режима имущественных прав, закрепленных в документарной и бездокументарной ценной бумаге. Как верно замечают Н.В. Южанин, В.А. Рыбаков такое различие заключается в различии правовых средств, которые необходимо использовать для их осуществления и передачи. Документ, который находится у реестродержателя, не является оборотоспособным. Поэтому удержать такой документ весьма проблематично.

Таким образом, в настоящее время удержание ценных бумаг возможно только в отношении документарных ценных бумаг, бездокументарные ценные бумаги не могут быть предметом удержания.

Третий дискуссионный вопрос – включение в число объектов удержания недвижимого имущества.

Не согласимся с исследователями, считающими, что удержание возможно в отношении недвижимости. Как считают Н.В. Южанин, В.А. Рыбаков любое удержание недвижимости должно происходить по какому-либо договору, например, аренды, подряда и только чужой вещи.

Между тем, как справедливо замечает С.В. Сарбаш 22 «допущение возможности удерживать недвижимость может привести к появлению большого количества объектов недвижимости, обремененных, по сути, залоговыми требованиями (см. ст. 360 ГК РФ), о которых участники оборота не смогут получить достоверной информации, воспользовавшись сведениями публичной регистрации».

Таким образом, недвижимое имущество не может служить предметом удержания, поскольку сделки с ним подлежат обязательной государственной регистрации. Требование же государственной регистрации противоречит существу правоотношений, возникающих при осуществлении кредитором права удержания имущества. Да и ст. 131 ГК РФ, а также Закон о регистрации прав на недвижимое имущество 23 не включают право удержания в перечень обременений недвижимого имущества, подлежащих государственной регистрации.

Подводя итог вышесказанному, сформулируем понятие объекта удержания. Таковым может быть только индивидуально определенная вещь, материальный объект, не ограниченный и не изъятый из оборота.

Субъектом права удержания является по общему правилу кредитор. Однако есть все основания полагать, что таким правом может обладать и законный представитель. Поскольку способы обеспечения всегда применяются и используются кредитором, а не какими-либо лицами, в обязательстве не участвующими, так как обязательство, по общему правилу, связывает лишь лиц, в нем участвующих. В то же время право удержания есть сделка, ее совершение возможно и представителем. Поэтому совершенная представителем сделка по удержанию, при соблюдении соответствующих требований закона, должна признаваться законной.

ГК РФ установил, что субъектами права удержания являются граждане и предприниматели, которыми могут быть как организации, так и индивидуальные предприниматели. При этом ст. 359 ГК РФ устанавливает специальный правовой режим для предпринимателей. Данное право может принадлежать Российской Федерации, субъектам РФ, муниципальным образованиям, если оно возникло в связи с осуществлением предпринимательской деятельности. Таким образом, еще раз подчеркнем, что субъектом удержания является субъект частноправовых отношений.

На практике встает вопрос могут ли субъектом удержания выступать малолетние и несовершеннолетние. С.В. Сарбаш 24 отмечает, малолетние и несовершеннолетние во всех случаях вправе реализовать удержание. В соответствии со ст. 26 ГК РФ несовершеннолетний совершает сделки самостоятельно либо с письменного согласия , либо без такового. Даже в случае применения п. 4 ст. 26 ГК РФ, стипендией или иными доходами и в этом случае ничего не меняется. Дело заключается в том, что применение права удержания не направлено на распоряжение заработком, стипендией или иным доходом. Если несовершеннолетний выступает в качестве кредитора то реализация права удержания направлена на сохранение его имущества, что обеспечивает его права по исполнению в отношении него обязательства. Пункт 4 ст. 26 ГК РФ направлен на защиту интересов несовершеннолетнего, сохранение его имущества.

Малолетние также имеют право осуществлять удержание. Причем как своими собственными действиями, когда для них допускается заключение соответствующих сделок, так и действиями законных представителей.

Субъектами рассматриваемых отношений могут выступать иностранные граждане, лица без гражданства и иностранные юридические лица. В соответствии с ч. 4 п. 1 ст. 2 ГК РФ правила, установленные российским гражданским законодательством, применяются к отношениям с участием иностранных граждан, лиц без гражданства и иностранных юридических лиц, если иное не предусмотрено федеральным законом РФ.

Таким образом, рассматривая вопрос об объектах и субъектах удержания, следует выделить большое количество неопределенностей и неточностей как в понятиях, так и в объектах, и в субъектах. Законодатель не ставит точные рамки закона в этих понятиях и не дает исчерпывающий перечень объектов удержания, что порождает проблемы правового регулирования.

§2.2 Проблемы совершения удержания: анализ судебно-арбитражной практики

Анализ арбитражной практики применения удержания как способа обеспечения исполнения обязательств позволяет выделить проблемные вопросы и некоторые практические выводы.

Зачастую на практике удержание осуществляется при отсутствии долга, во всяком случае, наличие долга не доказывается надлежащим образом сторонами. При нынешнем законодательном закреплении общих правил об удержании (ст. ст. 359, 360 ГК РФ) невозможно его применение в отношении имущества, которое принадлежит должнику не на праве собственности, а находится у него в ином законном владении. В частности, арендатор не смог удержать товар, который находился у должника-комиссионера по договору комиссии. Судоремонтная организация не смогла обеспечить удержанием требования, поскольку судно отдавалось в ремонт не собственником, а его законным владельцем – иностранной компанией. Препятствием явилась ст. 237 ГК РФ, в которой говорится об обращении взыскания на имущество по обязательствам собственника. В нормах об удержании не содержится правил, в которых бы закреплялась возможность удержания имущества, находящегося у должника не только на праве собственности, но и находившегося в ином законном владении, что подчеркивает малую эффективность обеспечительного средства и необходимость предания «силы» посредством законодательной поправки.

Как уже нами отмечалось, необходимо внести соответствующие изменения в ст.237 ГК РФ, тем самым, разрешить данный проблемный вопрос.

Анализ арбитражной практики показывает, что прослеживается тенденция «исковой активности» лица, против которого применено удержание, то есть должника. Лицо, которое считает, что обязательство не исполнено, не проявляет активности в отношении обеспечения своих требований за счет удерживаемого имущества. Скорее всего, такая ситуация вызвана тем, что удерживаемое имущество значительно превышает по своей стоимости долговые требования. К тому же оно обеспечивает возмещение пеней и процентов, о чем объективно свидетельствует Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 30 сентября 1999 года дело № А42-2486/99-9: «Утверждение суда о том, что применение истцом к ответчику ответственности в виде взыскания пеней при наличии у истца признаков удержания имущества не может быть признано правомерным, поскольку неустойка и удержание относятся к различным гражданско-правовым институтам» 25 .

Анализ практики показывает, что зачастую публичные органы совершают фактическое удержание материальных объектов предпринимателей не состоя с ними в обязательственных отношениях. Так, по одному из дел суд установил: «Городской центр размещения рекламы не вправе удерживать демонтированную вывеску, поскольку право кредитора на удержание вещи является способом обеспечения исполнения обязательства, а между Городским центром и собственником вывески, разместившим ее над входом в свой магазин с нарушением установленных правил, какие-либо обязательства отсутствуют» 26 .

Интересный пример можно привести, связанный с «пересечением» интересов судебных приставов-исполнителей и организации удерживающей имущество:

«Как следует из материалов дела, 26.08.2004 г. судебным приставом-исполнителем М.С. Сидоренко составлен акт ареста имущества должника – ФГУП «Дальтехфлот». В числе другого имущества аресту подвергнуто и судно ДШ «Олюторская». В акте имеются записи о том, что ДШ «Олюторская» находится в ремонте (место нахождения судна не указано), судно принято на хранение И.В. Баглаевым, исполняющим обязанности генерального директора должника.

22.09.2004 г. судебным приставом-исполнителем М.С. Сидоренко вынесено постановление о передаче на реализацию арестованного имущества ФГУП «Дальтехфлот», в том числе и ДШ «Олюторская», в Дальневосточное отделение Российского фонда федерального имущества. 06.10.2004 г. судебным приставом-исполнителем М.С. Сидоренко вынесено постановление об установлении режима беспрепятственного доступа хранителя к арестованному и переданному ему на хранение имуществу. В резолютивной части постановления указано, что в связи с отключением судна от энергоснабжения и необеспечением сохранности судна место хранения судна изменяется на порт Находка (база ФГУП «Дальтехфлот»).

08.10.2004 г. по распоряжению судебного пристава-исполнителя указанное судно было выведено морским буксиром «Ведущий» с территории судоремонтной организации.

ООО РПК «Посейдон» полагая, что действиями ответчиков нарушено его право на удержание судна ДШ «Олюторская», которое возникло на основании ст. 359 ГК РФ, 373 КТМ РФ в связи с невыполнением ФГУП «Дальтехфлот» обязательств по договору ремонта судна от 20.08.2003 г. № 11/90, обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

В соответствии со ст. 712 ГК РФ подрядчик имеет право на удержание согласно ст. ст. 359, 360 ГК РФ результата работ при неисполнении заказчиком обязанности уплатить установленную цену либо иную сумму, причитающуюся подрядчику в связи с выполнением договора подряда.

Кроме того, для обеспечения требований судоремонтной организации, возникающих в связи с ремонтом судна, статьей 373 КТМ РФ также предусмотрено право удержания.

При исследовании и оценке имеющихся в деле доказательств арбитражным судом установлено, что во исполнение договора № 11/90 от 20.08.2003 г. ООО РПК «Посейдон» (подрядчик) производило ремонт судна ДШ «Олюторская». Заказчиком ремонтных работ выступал ответчик – ФГУП «Дальтехфлот». По условиям названного договора подрядчик обязался по заданию заказчика выполнить работы по ремонту судна на сумму 1496238 рублей.

Согласно дополнительному соглашению стоимость работ увеличилась до 6975518 рублей. Заказчик обязался оплатить работы поэтапно в порядке, определенном разделом 4 договора.

08.06.2004 г. заказчик и подрядчик подписали акт сверки взаиморасчетов, из которого следует, что задолженность ФГУП «Дальтехфлот» истцу составляет 3597221 рубль 50 копеек.

Решением Арбитражного суда Приморского края по делу № А51-12548/04-12-221 27 требования ООО РПК «Посейдон» удовлетворены в сумме 3397575 рублей.

Следовательно, обоснован вывод суда о том, что, поскольку оплата за ремонтные работы не была произведена в полном объеме, истец в силу статей 712, 359 ГК РФ, 373 КТМ РФ правомерно воспользовался правом на удержание имущества ответчика до уплаты заказчиком суммы долга.

Согласно статье 48 Федерального закона «Об исполнительном производстве» 28 обращение взыскания на имущество должника, находящееся у других лиц, производится в присутствии понятых и только по определению суда.

Понятие обращения взыскания на имущество должника определено статьей 46 Федерального закона «Об исполнительном производстве» и представляет собой совокупность действий – арест (опись имущества), его изъятие и принудительная реализация.

Таким образом, арбитражный суд, установив факт того, что 08.10.2003г. судно выбыло из владения ООО РПК «Посейдон» в связи с обращением на него взыскания, сделал правильный вывод о том, что указанные действия нарушают гражданские права и охраняемые законом интересы ООО РПК «Посейдон» на удержание судна и на преимущественное удовлетворение своих требований, обоснованно удовлетворил исковые требования» 29 .

Как видно из примера, поскольку удерживаемое судно выбыло из владения судоремонтной организации в связи с обращением на него взыскания и указанными действиями нарушены права организации на удержание судна и на преимущественное удовлетворение своих требований, правомерно удовлетворен иск о восстановлении права на удержание и об обязании ответчиков возвратить судно. Таким образом, поставлена точка в вопросе пересечения интересов.

В заключение данного параграфа заметим, что нормы КТМ РФ, регулирующие порядок удержание имеют приоритет над положениями ст.359 ГК РФ, что подтверждается и арбитражной практикой: «Правило пункта 2 статьи 160 КТМ РФ, так же как и правило пункта 4 статьи 790 ГК РФ, носит специальный характер по отношению к правилу статьи 359 ГК РФ о праве удержания» 30 .

Итак, в данной главе рассмотрены основные дискуссионные вопросы, касающиеся совершения удержания, «пересечения» интересов кредиторов и государственных организаций, и выявлены проблемы его правового регулирования. Для решения указанных проблем предлагается внести изменения в ГК РФ и изложить ст.237 в следующей редакции: «Изъятие имущества путем обращения взыскания на него по обязательствам должника производится на основании решения суда, если иной порядок обращения взыскания не предусмотрен законом или договором.» и внести статью 359.1 в ГК РФ изложив в следующей редакции «Объектом удержания может быть только индивидуально определенная вещь, материальный объект, не ограниченный и не изъятый из оборота.»

В ходе работы мы подошли к выводам о том, что удержание оказывает двоякое влияние на правоотношения сторон по обеспеченному обязательству. Во-первых, в качестве меры оперативного воздействия удержание вещи до момента надлежащего исполнения оказывает стимулирующее воздействие на контрагента-должника, поскольку ограничивает его в пользовании собственным имуществом. Этот компонент права удержания может в принципе обеспечивать исполнение любого обязательства, особенно в отношениях между предпринимателями. Во-вторых, главное обеспечительное свойство удержания обусловливается возможностью удовлетворения требования из состава имущества должника. В целях совершенствования действующего законодательства предлагается внести в законодательство соответствующие изменения:

1. Предложение об изменении статуса должника в п.1 ст. 237 ГК РФ:

Законодательно установлено:

ГК РФ Статья 237. Обращение взыскания на имущество по обязательствам собственника

1. Изъятие имущества путем обращения взыскания на него по обязательствам собственника производится на основании решения суда, если иной порядок обращения взыскания не предусмотрен законом или договором.

Недостатки:

В нормах об удержании не содержится правил, в которых бы закреплялась возможность удержания имущества, находящегося у должника не только на праве собственности, но и находившегося в ином законном владении, что подчеркивает малую эффективность обеспечительного средства.

Предложение:

Изложить п. 1 ст. 237 ГК РФ в следующей редакции: «Изъятие имущества путем обращения взыскания на него по обязательствам должника производится на основании решения суда, если иной порядок обращения взыскания не предусмотрен законом или договором».

Обоснование:

Применение такой формулировки вышеуказанной статьи поможет повысить уровень эффективности обеспечительного средства.

2. Предложение о внесении статьи 359.1 в ГК РФ и изложить ее в следующей редакции :

Законодательно не установлено.

Недостатки:

Отсутствие единого толкования предмета удержания, единого понимания предмета удержания и единообразия судебной практики, что приводит к неправильному применению норм гражданского и гражданско-процессуального закона.

Предложение:

Внести ст. 359.1 ГК и изложить ее в следующей редакции: «Объектом удержания может быть только индивидуально определенная вещь, материальный объект, не ограниченный и не изъятый из оборота».

Обоснование:

Определив объекты удержания, мы даем четкое разграничение прав кредитора и должника, позволяя сторонам реализовывать свои права на равных основаниях. Приводим судебную практику к единообразию благодаря пониманию объектов удержания.

Законы и иные нормативные акты

Гражданский Кодекс Российской Федерации от 30 ноября 1994 года № 51-ФЗ // Российская газета.  1994.  № 238239.

Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 29 декабря 1995 года № 223-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации. 1996.  № 1.  Ст. 16.

Федеральный закон Российской федерации «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» от 21 июля 1997 года № 122-ФЗ // Российская газета.  1997.  № 145.

Налоговый кодекс Российской Федерации от 11 февраля 1993 года № 4462-1 // Российская газета.  1993.  № 49.

Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации от 11 июня 1964 года // Российская газета.  2002.  № 137.

Кодекс торгового мореплавания Российской Федерации от 02 апреля 1999 года № 81-ФЗ // Российская газета.  1999.  № 334.

Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 11 ноября 1997 года № 51-ФЗ // Российская газета.  1994.  № 311.

Кодекс внутреннего водного транспорта Российской Федерации от 07 Марта 2001 года № 24-Ф // Российская газета.  2001.  № 654.

Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 29 декабря 2001 года № 65 // Российская газета.  2001.  № 701.

Гражданский кодекс РСФСР (утв. ВС РСФСР 11.06.1964 г.) // СПС КонсультантПлюс.

Гражданский кодекс Франции (Кодекс Наполеона) 1804 года // СПС КонсультантПлюс.

Германское гражданское уложение 1896 года // СПС КонсультантПлюс.

Закон СССР от 08.12.1961 г. «Об утверждении Основ гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик» // СПС КонсультантПлюс.

Основы законодательства Российской Федерации о нотариате от 11 февраля 1993 года № 4462 // Российская газета.  1993.  № 49.

Свод законов Российской Империи 1832 года // СПС КонсультантПлюс.

Торговый кодекс Германии 1897 года // СПС КонсультантПлюс.

Постановление ВЦИК от 11.11.1922 г. «О введении в действие Гражданского кодекса Р.С.Ф.С.Р.» // СПС КонсультантПлюс.

Постановление ФАС Северо-Западного округа. Дело № А42-2486/99-9. URL: https://rospravosudie.ru (дата обращения 10.05.2016).

Постановление ФАС Северо-Западного округа. Дело № А56-13236/03. URL: https://rospravosudie.ru (дата обращения 10.05.2016).

Решение Арбитражного суда Приморского края. Дело № А51-12548/04-12-221. URL: https://rospravosudie.ru (дата обращения 10.05.2016).

Апелляционное определение Московского городского суда. Дело № 11-6282. URL: https://rospravosudie.ru (дата обращения: 10.05.2016).

Учебники, учебные пособия, комментарии

Сарбаш, С.В. Право удержания как способ обеспечения обязательств / С.В. Сарбаш.  М.: Статут, 2012.  220 с.

Южанин, Н.Л. Удержание как способ обеспечения обязательств / Н.Л. Южанин.  М.: «Юрайт», 2002.  320 с.

Макаров, Д.Ю. Право удержания как новый способ обеспечения исполнения обязательств / Д.Ю. Макаров.  М.: Юринформцентр, 2010.  340 с.

Торкин, Д.А. Способы обеспечения обязательства / Д.А. Торкин.  М.: Статут, 2013.  319 с.

Гонгало, Б.М. Обеспечение исполнения обязательств / Б.М. Гонгало.  М.: Статут, 2009.  152 с.

Вавилин Е.В. Принцип справедливости как основа осуществления обязательств / Е.В Вавилин.  М.: Законность, 2006.  С. 505.

Власов Ю.Н. Обязательственное право Российской Федерации / Ю.Н Власов.  М.: Статут, 2007.  С 318.

Волкова Н.А. Гражданское право / Н.А. Волкова.  М.: Статут, 2013.  С. 400.

Грудцына Л.Ю. Как правильно распорядиться своим имуществом / Л.Ю. Грудцына.  М.: Статут, 2006.  С. 338.

Гущин В.В. Институт удержания в России / В.В. Гущин.  М.: Статут, 2009.  С. 711.

Закиров Р.Ю. Способы обеспечения обязательств / Р.Ю. Закиров.  М.: Статут, 2009.  С. 512.

Курбанов Р.А. Наследственное право / Р.А. Курбанов.  М.: Юринформцентр, 2015.  С. 298.

Брагинский, М.И. Договорное право / М.И. Брагинский.  М.: Статут, 2000.  329 с.

Маковский, А.Л. Комментарий к Гражданскому Кодексу Российской Федерации / А.Л. Маковский.  М.: «Юрайт», 2008.  714 с.

Масевич, М.Г. Комментарий к Гражданскому Кодексу Российской Федерации / М.Г. Масевич.  М.: Юринформцентр, 2000.  448 с.

Мейер, Д.И. Русское гражданское право / Д.И. Мейер.  М.: Статут, 2005.  636 с.

Некрасов, С. А. Обязательства, возникающие из договора дарения / С.А. Некрасов.  М.: Лаборатория книги, 2010.  133 с.

Новицкий, И.Б. Римское частное право. Учебник / И.Б. Новицкий.  М.: Зерцало, 1972.  250 с.

Пиляева, В.В. Гражданское право / В.В. Пиляева.  М.: Кнорус, 2004.  350 с.

Победоносцев, К.П. Курс гражданского права / К.П. Победоносцев.  М.: Статут, 2004.  428 с.

Сергеев, А.П. Гражданское право / А.П. Сергеев.  М.: Проспект, 2011.  387с.

Шершеневич, Г.Ф. Учебник русского гражданского права / Г.Ф. Шершеневич.  М.: Статут, 2005.  238 с.

Статьи, научные публикации

«История развития гражданского права».  URL: http://www.gpravo.ru/text/ (дата обращения: 18.03.2016).

«История российских кодификаций Гражданского права».  URL: http://lecu.ru/grazhdanskoe-pravo/527-istoriya-rossijskikh-kodifikatsij-grazhdanskogo-prava (дата обращения: 11.04.2016).

1 Сарбаш С.В. Право удержания как способ обеспечения исполнения обязательств Учебник. М., 2012. С. 220.

2 Законы гражданские с разъяснениями Правительствующего Сената и комментариями русских юристов. Составил И.М. Тютрюмов. Книга четвертая. М.: Статут, 2004.

3 Южанин Н.В., Рыбаков В.А. Удержание как способ обеспечения обязательств. Учебник. М., 2002. С. 320.

4 Саксонское гражданское уложение 1863г. // СПС КонсультантПлюс.

5 Гражданский Кодекс Российской Федерации от 30.11.1994 г. № 51-ФЗ // Российская газета. 1994. № 238.

6 Кодекс торгового мореплавания Российской Федерации" от 30.04.1999 г. № 81-ФЗ // Российская газета. 1999. № 8586.

7 Кодекс внутреннего водного транспорта Российской Федерации от 07.03.2001 г. № 24-Ф // Парламентская газета. 2001. № 45.

8 Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30.12. 2001 г. № 195-ФЗ // Российская газета. 2001. № 256.

9 Налоговый кодекс Российской Федерации от 31.06.1998 г. № 146-ФЗ // Российская газета. 2001. № 256.

10 Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации от 24.07. 2002 г. № 95-ФЗ // Российская газета. 2002. № 301.

11 Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14.11.2002 г. № 138-ФЗ // Российская газета. 2002. № 317.

12 Южанин Н.В., Рыбаков В.А. Удержание как способ обеспечения обязательств. Учебник. М., 2002. С. 320.

13 Сарбаш С.В. Право удержания как способ обеспечения исполнения обязательств Учебник. М., 2012. С. 220.

14 Макаров Д.Ю. Право удержания как новый способ обеспечения исполнения обязательств. Учебник. М., 2010. С. 340.

15 Торкин Д.А. Способы обеспечения обязательства. Учебник. М., 2013. С. 319.

16 Сарбаш С.В. Право удержания как способ обеспечения исполнения обязательств Учебник. М., 2012. С. 220.

17 Гонгало Б.М. Обеспечение исполнения обязательств. Учебник. М., 2009. С. 152.

18 Грибанов В.П. Право удержания. Учебник. М., 2011. С. 201.

19 Садиков О.Н. Гражданское право. Учебник. М., 2007. С. 359.

20 Южанин Н.В., Рыбаков В.А. Удержание как способ обеспечения обязательств. Учебник. М., 2002. С. 320.

21 Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 29.12.2001 г. № 65 // СПС КонсультантПлюс.

22 Сарбаш С.В. Право удержания как способ обеспечения исполнения обязательств Учебник. М., 2012. С. 220.

23 ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» от 21.07.1997 г.№ 122-ФЗ // СПС КонсультантПлюс.

24 Сарбаш С.В. Право удержания как способ обеспечения исполнения обязательств Учебник. М., 2012. С. 220.

25 Постановление ФАС Северо-Западного округа. Дело № А42-2486/99-9. URL: https://rospravosudie.ru (дата обращения 10.05.2016).

26 Постановление ФАС Северо-Западного округа. Дело № А56-13236/03. URL: https://rospravosudie.ru (дата обращения 10.05.2016).

27 Решение Арбитражного суда Приморского края. Дело № А51-12548/04-12-221. URL: https://rospravosudie.ru (дата обращения 10.05.2016).

28 ФЗ «Об исполнительном производстве» от 02.10.2007 г. № 229-ФЗ // Российская газета. 2007. № 223.

29 Решение Арбитражного суда Приморского края. Дело № А51-12548/04-12-221. URL: https://rospravosudie.ru (дата обращения 10.05.2016).

30 Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 13.09.2004 г. № 81 // СПС КонсультантПлюс.

28. Удержание как способ обеспечения исполнения обязательства

Удержание как способ обеспечения исполнения обязательства представляет собой субъективное право кредитора удерживать вещь, подлежащую передаче должнику либо лицу, им указанному, в случае неисполнения должником в срок обязательства по оплате этой вещи или по возмещению кредитору связанных с нею издержек и других убытков. Правила об удержании сформулированы в ст. 359-360 ГК РФ.

Право удержания возникает при наличии предусмотренных законом оснований (ст. 359 ГК РФ) независимо от того, существуют ли на этот счет какие-либо указания в законодательстве применительно к тому или иному виду гражданско-правовых обязательств. Реализация права удержания осуществляется посредством собственных действий кредитора, не требует какого-либо согласования, специальной процедуры или обширных юридических познаний. Удержание весьма эффективно стимулирует должника к исполнению своих обязательств. Наконец, кредитор психологически склонен при наличии к тому фактической возможности использовать против неисправного должника такую меру. Кроме того, удержание обеспечивает защиту интересов кредитора в случае, если должник окажется неплатежеспособным.

Отмеченные обстоятельства свидетельствуют о доступности рассматриваемого способа, его демократичности, высокой степени эффективности и, в конечном счете, универсальном характере.

Право удержания характеризуется следующими чертами:

а) производностью. Оно может возникнуть постольку, поскольку существует обязательство и данное обязательство должником не исполняется;

б) неделимостью предмета удержания. Кредитор вправе удерживать всю вещь целиком (все имущество, подлежащее передаче). Однако учитывая, что удержание имущества есть право (а не обязанность) кредитора, вполне допустимо частичное удержание;

в) незаменимостью предмета удержания. Соответствующее имущество находится у кредитора (а не передается с целью обеспечить исполнение обязательства).

Кроме того, право кредитора удерживать вещь должника характеризуется правом следования: во-первых, кредитор сохраняет право удержания вещи и в том случае, если права на нее приобретены третьим лицом (п. 2 ст. 359 ГК РФ); во-вторых, при переходе права требования к другому лицу новый кредитор одновременно получает и право удержания (ст. 384 ГК РФ).

Основаниями возникновения права удержания являются юридические факты:

а) неисполнение должником в срок обязательства по оплате вещи;

б) неисполнение должником в срок обязательства по возмещению кредитору связанных с данной вещью издержек и других убытков (например, право удержания вещи возникает у хранителя, если поклажедатель по договору о безвозмездном хранении отказывается возместить необходимые расходы хранителя);

в) неисполнение обязательства в иных случаях, если его стороны действуют как предприниматели (например, право удержания возникает у поставщика, если покупатель по договору поставки не производит оплату ранее поставленной партии товара).

При наличии указанных юридических фактов право удержания имущества должника возникает непосредственно из закона (в отличие от большинства других способов обеспечения обязательств, возникающих на основании договора). Право удержания возникает при том непременном условии, что вещь находится у кредитора, ибо невозможно удерживать то, чего нет. Причем кредитор должен быть законным владельцем. В содержание данного права не входят полномочия по истребованию (изъятию) вещи у должника (у третьих лиц), чтобы обеспечить исполнение обязательства. Субъектами права удержания могут быть любые субъекты гражданского права (юридические и физические лица и т. д.).

Однако в случае, если неисполнение обязательства не связано с оплатой вещи или возмещением издержек на нее и других убытков, то право удержания возникает только при условии, что стороны данного обязательства действуют как предприниматели. Предметом удержания может быть вещь, подлежащая передаче должнику либо лицу, им указанному. При этом не имеет значения, является ли должник собственником данной вещи или его право требовать передачи базируется на иных основаниях.

Все изложенные правила об удержании применяются в случаях, если иное не предусмотрено соглашением сторон (п. 3 ст. 359 ГК РФ). Ограничить или расширить право удержания возможно на основании договора кредитора и должника. Соответствующие условия могут быть предусмотрены в договоре, исполнение которого обеспечивается удержанием, либо впоследствии. Удовлетворение требований кредитора, удерживающего вещь, производится из ее стоимости в объеме и порядке, предусмотренных законом для удовлетворения требований, обеспеченных залогом (ст. 360 ГК РФ).

29. Поручительство как способ обеспечения исполнения обязательства

Ст361 ГК РФ: По договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части. Договор поручительства может быть заключен также для обеспечения обязательства, которое возникнет в будущем. Ст. 362 — договор поручительства должен быть совершен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность договора поручительства.

Ответственность поручителя (ст.363):

1. При неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя.

2. Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства.

3. Лица, совместно давшие поручительство, отвечают перед кредитором солидарно, если иное не предусмотрено договором поручительства.

Ст. 364 — Поручитель вправе выдвигать против требования кредитора возражения, которые мог бы представить должник, если иное не вытекает из договора поручительства. Поручитель не теряет право на эти возражения даже в том случае, если должник от них отказался или признал свой долг.

Ст. 365-Права поручителя, исполнившего обязательство:

1. К поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора. Поручитель также вправе требовать от должника уплаты процентов на сумму, выплаченную кредитору, и возмещения иных убытков, понесенных в связи с ответственностью за должника.

2. По исполнении поручителем обязательства кредитор обязан вручить поручителю документы, удостоверяющие требование к должнику, и передать права, обеспечивающие это требование.

3. Правила, установленные настоящей статьей, применяются, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором поручителя с должником и не вытекает из отношений между ними.

Статья 366- Должник, исполнивший обязательство, обеспеченное поручительством, обязан немедленно известить об этом поручителя. В противном случае поручитель, в свою очередь исполнивший обязательство, вправе взыскать с кредитора неосновательно полученное либо предъявить регрессное требование к должнику. В последнем случае должник вправе взыскать с кредитора лишь неосновательно полученное.

Статья 367. Прекращение поручительства:

1. Поручительство прекращается с прекращением обеспеченного им обязательства, а также в случае изменения этого обязательства, влекущего увеличение ответственности или иные неблагоприятные последствия для поручителя, без согласия последнего.

2. Поручительство прекращается с переводом на другое лицо долга по обеспеченному поручительством обязательству, если поручитель не дал кредитору согласия отвечать за нового должника.

3. Поручительство прекращается, если кредитор отказался принять надлежащее исполнение, предложенное должником или поручителем.

4. Поручительство прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано. Если такой срок не установлен, оно прекращается, если кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства не предъявит иска к поручителю. Когда срок исполнения основного обязательства не указан и не может быть определен или определен моментом востребования, поручительство прекращается, если кредитор не предъявит иска к поручителю в течение двух лет со дня заключения договора поручительства.

30. Банковская гарантия – способ обеспечения исполнения обязательства

В силу банковской гарантии банк, иное кредитное учреждение или страховая организация (гарант) дают по просьбе другого лица (принципала) письменное обязательство уплатить кредитору принципала (бенефициару) в соответствии с условиями даваемого гарантом обязательства денежную сумму по представлении бенефициаром письменного требования о ее уплате (ст. 368 ГК).

Субъектами отношений по банковской гарантии являются гарант, принципал и бенефициар.

Гарант — это лицо, которое выдало письменный документ, содержащий обязательство выплатить

денежную сумму в случае представления бенефициаром письменного требования об оплате, составленного в соответствии с условиями банковской гарантии. Принципал — лицо, являющееся должником по обязательству, исполнение которого обеспечивается банковской гарантией, выданной гарантом по его просьбе. Бенефициар — лицо, в пользу которого как кредитора принципала выдается банковская гарантия.

По действующему законодательству в качестве гарантов могут выступать только банки, иные кредитные учреждения и страховые организации, т.е. юридические лица, обладающие специальной правосубъектностью.

Выдача банковской гарантии есть односторонняя сделка, поскольку, во-первых, для ее совершения достаточно волеизъявления одной стороны — гаранта; во-вторых, выдача банковской гарантии юридически связывает гаранта возможностью предъявления бенефициаром требования исполнения обязательства, вытекающего из нее.

По общему правилу юридическая связанность гаранта возникает с момента выдачи банковской гарантии, ибо она вступает в силу со дня выдачи, если в гарантии не предусмотрено иное (ст. 373 ГК).

Под выдачей банковской гарантии следует понимать передачу гарантом надлежащим образом оформленной гарантии принципалу или бенефициару тем или иным способом (почтой, телетайпом, непосредственно на руки и т.д.). Главный юридический признак банковской гарантии как обеспечительной сделки состоит в независимости банковской гарантии от основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана.

Выдача банковской гарантии является результатом удовлетворения гарантом просьбы принципала о выдаче банковской гарантии (ст. 368 ГК). Таким образом, основанием выдачи банковской гарантии является именно просьба принципала. В развитом коммерческом обороте просьба принципала о выдаче гарантии и условия удовлетворения этой просьбы определяются соглашением гаранта и принципала о порядке и условиях выдачи банковской гарантии.

Форма соглашения между гарантом и принципалом подчиняется общим нормам о форме сделок.

Поскольку гарантами могут выступать только банки, кредитные учреждения и страховые организации, являющиеся юридическими лицами, все их соглашения с принципалами должны совершаться в простой письменной форме (ст. 161 ГК).

Содержание гарантии составляют следующие условия:

1) наименование гаранта;

2) наименование принципала;

3) наименование бенефициара;

4) ссылка на основной договор, в котором предусмотрена необходимость выдачи гарантии;

5) максимальная денежная сумма, подлежащая выплате гарантом;

6) срок, на который выдана гарантия, или иной юридический факт, при наступлении которого прекращается гарантийное обязательство;

7) правила осуществления платежа;

8) перечень обстоятельств, при наступлении которых возможно сокращение суммы гарантийных выплат;

9) возможность или невозможность передачи бенефициаром права требования третьему лицу.

Объем и детали перечисленных условий, входящих в содержание банковской гарантии, должны соответствовать требованиям, содержащимся в соглашении между гарантом и принципалом о выдаче гарантии. Однако в тексте банковской гарантии всегда должны быть указаны: наименование гаранта; сумма, на которую выдана гарантия; срок, на который она выдана.

Объем обязательства гаранта по банковской гарантии определен ст. 377 ГК, согласно которой предусмотренное банковской гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром ограничивается уплатой суммы, на которую выдана гарантия. Однако следует иметь в виду, что ответственность гаранта перед бенефициаром за невыполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по гарантии не ограничивается суммой, на которую выдана гарантия, если в гарантии не предусмотрено иное (п. 2 ст. 377 ГК).

Банковские гарантии можно классифицировать по различным признакам. В зависимости от характера обязательств, исполнение которых обеспечивается выдачей банковской гарантии, выделяют: тендерные гарантии; гарантии исполнения; гарантии возврата платежа.

В зависимости от того, имеет ли гарант право отозвать выданную гарантию или нет, банковские гарантии можно разделить на отзывные и безотзывные. По общему правилу надлежащим образом выданная банковская гарантия не может быть отозвана гарантом, если в ней не предусмотрено иное (ст. 371 ГК). Право на отзыв гарантии может быть безусловным или зависеть от наступления определенных условий (например, признания принципала неплатежеспособным, изменения содержания обеспечиваемого обязательства). В зависимости от того, имеет или не имеет бенефициар право передавать другому лицу свои требования к гаранту, предусмотренные в банковской гарантии, банковские гарантии подразделяются на передаваемые и непередаваемые.

Исполнение банковской гарантии. Гарант обязан исполнить обязательство по получении требования бенефициара о платеже.

Гарант обязан платить при соблюдении двух формальных условий:

а) требование заявлено до истечения срока банковской гарантии;

б) оно соответствует условиям банковской гарантии (приложены требуемые документы и т. д.). Гарант работает только с документами, оценивая их исключительно по формальным признакам. Он не имеет права ориентироваться на фактические отношения и руководствоваться пусть даже весьма убедительными доводами принципала о неосновательности требования.

Единственное исключение из принципа формализма — норма п. 2 ст. 376 ГК: если гаранту до удовлетворения требования бенефициара стало известно, что основное обязательство, обеспеченное банковской гарантией, полностью или в соответствующей части уже исполнено, прекратилось по иным основаниям либо недействительно, он должен немедленно сообщить об этом бенефициару и принципалу. В такой ситуации гарант имеет право задержать платеж по гарантии. При этом он не будет считаться просрочившим должником. В то же время гарант обязан проинформировать бенефициара и принципала. Соответственно, неисполнение этой обязанности влечет ответственность гаранта. Данное правило не является отступлением от принципа независимости банковской гарантии, поскольку по получении повторного требования бенефициара гарант обязан к безусловному платежу.

Основания прекращения обязательства гаранта. В соответствии со ст. 378 ГК к ним относятся:

1) уплата бенефициару суммы, на которую выдана гарантия. Если по банковской гарантии осуществлялись частичные платежи, они суммируются до достижения размера, обозначенного в гарантии;

2) окончание определенного в гарантии срока, на который она выдана;

3) отказ бенефициара от своих прав по гарантии и возвращение ее гаранту. Это единственный случай, когда прекращение обязательства гаранта зависит от возврата ему подлинника гарантии;

4) отказ бенефициара от своих прав по гарантии путем письменного заявления об освобождении гаранта от его обязательств.

31. Задаток как способ обеспечения исполнения обязательства, отличие задатка от аванса

В силу ст. 380 ГК задатком признается денежная сумма, выдаваемая одной из договаривающихся сторон в счет причитающихся с нее по договору платежей другой стороне, в доказательство заключения договора и в обеспечение его исполнения.

Уже из самого определения задатка видно, что помимо обеспечительной этот инструмент выполняет еще две функции: доказательственную и платежную.

Задаток передается в доказательство заключения договора. По общему правилу, договор считается заключенным в момент достижения соглашения по его существенным условиям. Если же условием договора стороны назвали передачу задатка, то для заключения договора, помимо соблюдения общего правила, требуется вручение кредитору задатка. Если задаток не передан, считается, что договор не заключен. Хотя соглашение о задатке должно быть совершено в письменной форме, несоблюдение ее не влечет недействительности сделки. А значит, как факт соглашения о задатке, так и факт его передачи могут подтверждаться любыми доказательствами, кроме свидетельских показаний.

Задаток дается в счет платежа, т. е. выполняет платежную функцию. Эта функция задатка предопределяет два очевидных вывода. Задаток выдается только в денежной форме. Задаток выдается должником, обязанным к платежу (задаткодателем).

Раз задаток выдается в счет платежа, его можно зачесть при исполнении денежного обязательства. Но сама по себе передача задатка не является исполнением основного обязательства: в ст. 381 ГК говорится о том, что задаток должен быть возвращен при прекращении обязательства до начала его исполнения по соглашению сторон либо вследствие невозможности исполнения.

Задаток, наряду с неустойкой, относится к обеспечительным мерам, которые одновременно являются мерами ответственности. Если договор не исполнен и за это ответственна сторона, давшая задаток, он остается у другой стороны (задаткодателя). Если за неисполнение договора ответственна сторона, получившая задаток, она обязана уплатить другой стороне двойную сумму задатка (ст. 381 ГК). В конечном счете сторона, которая отвечает за неисполнение договора, несет имущественные потери в размере суммы задатка.

Задаток и обеспечиваемое им обязательство.

1) Если договор исполнен, то задаток зачитывается в счет исполнения.

2) Если договор не исполнен и за это отвечает одна из сторон, то она теряет сумму задатка (передавшая задаток сторона не может требовать его обратно, а получившая задаток — обязана уплатить другой двойную сумму задатка).

3) При прекращении обязательства до начала его исполнения по соглашению сторон либо вследствие невозможности исполнения, о которой говори; ст. 416 ГК, задаток должен быть возвращен стороне, выдавшей его.

4) При прекращении обязательства до начала его исполнения по иным основаниям задаток остается у того, кому он передан.

5) При ненадлежащем исполнении договора следует исходить из того, что задаток стал частью исполнения, а значит, он должен рассматриваться как частичный платеж.

Задаток и аванс. От задатка следует отличать аванс. Аванс является платежом, осуществляемым во исполнение договора до исполнения встречной обязанности другой стороной. Часто вместо слова аванс используют выражение «предварительная оплата». Выдача аванса не влияет на вступление договора в силу. Судьба аванса подчиняется общим правилам об исполнении обязательств. При неисполнении обязательства аванс всегда подлежит возврату. Суммы аванса, оставшиеся у стороны, не выполнившей свои обязательства, расцениваются как неосновательное обогащение. Часто стороны нечетко выражают свою волю относительно природы соответствующих платежей. В случае сомнения в отношении того, является ли уплаченная сумма задатком или авансом, она считается уплаченной в качестве аванса. Обратная презумпция неоправданна, так как могла бы привести к обременению сторон (в отличие от аванса, задаток является обременением) помимо их воли. Кроме того, законодатель резонно исходит из того, что оборот стремится к простоте. А потому, если не доказано обратное, предполагается, что стороны исходили из более простого и привычного (аванс), а не из сложного и необычного (задаток).

Правовая природа удержания как способа обеспечения исполнения обязательств Текст научной статьи по специальности «Право»

Deduction of the debtor's property is a new (in comparison with the 1964 Civil Code) way of carrying out civil-law obligations. The author, analyzing various opinions ventured by civil legislation experts on the legal nature of deduction, proves the approach according to which deduction cannot be considered as the unilateral transaction In this work the author maintains that any transaction is directed at establishing, changing or terminating civil rights and duties. Functional orientation of deduction is different: its aim is to stimulate the debtor to appropriate execution of the duties. Besides, actions on deduction of property of the debtor do not result in a change of legal communication between the creditor and the debtor: there are no new rights and duties between them, the existing rights and duties, the nature of their legal relations remains unchanged. Giving reason for the position, the author allocates the basic lines of deduction which allow to understand more deeply the nature and features of the specified way of carrying out civil-law obligations. The article focuses on controversial questions connected with the characteristic of deduction as the subjective right, on the one hand, and as the unilateral act, carried out at the creditor's own will, on the other hand

Похожие темы научных работ по праву , автор научной работы — Коршикова Е. В.

Текст научной работы на тему «Правовая природа удержания как способа обеспечения исполнения обязательств»

в силу того, что они регулируют отношения только контрагентов, следует применять термин «нормативный», но не правовой акт.

Л.В. Соцуро, определяя гражданско-правовой договор, попытался отказаться от употребления таких неоднозначных терминов, как «соглашение», «правовой акт», «набор обещаний» и т.д. У него договор предстает как «многоуровневая и многоплановая система юридических обязательств, в которой свободно выражается воля сторон, облеченная в предусмотренную законом форму, направленную на установление, изменение и прекращение гражданских прав и обязанностей в общественно полезных целях»1. На наш взгляд, неуместным в приведенном определении является определение цели, в соответствии с которой заключается договор. Стороны договора, устанавливая его условия, стремятся реализовать свои личные интересы и потребности, в некоторых случаях — интересы третьих лиц, которые строго определены, но никак не потребности общества.

Таким образом, можно прийти к выводу, что, несмотря на существование различных концепций понимания договора, единая так и не выработана ни в законодательстве РФ, ни в законодательстве других государств. Одна из причин этого видится в самом понятии договора, который имеет несколько значений, в результате чего нельзя выработать и применить к нему одно универсальное определение.

ПРАВОВАЯ ПРИРОДА УДЕРЖАНИЯ КАК СПОСОБА ОБЕСПЕЧЕНИЯ ИСПОЛНЕНИЯ ОБЯЗАТЕЛЬСТВ

Ключевые слова: право удержания, предмет удержания, функции удержания, основания удержания, признаки удержания, удовлетворение требований кредитора за счет удерживаемого имущества, ретентор (кредитор, удерживающий вещь должника).

Deduction of the debtor's property is a new (in comparison with the 1964 Civil Code) way of carrying out civil-law obligations. The author, analyzing various opinions ventured by civil legislation experts on the legal nature of deduction, proves the approach according to which deduction cannot be considered as the unilateral transaction.

1 Соцуро Л.В. Гражданско-правовой договор как объект толкования // Арбитражный и гражданский процесс. 2000. № 1. С. 51.

* Аспирантка Московской государственной юридической академии имени О.Е. Кутафина. [departlena@yandex.ru]

In this work the author maintains that any transaction is directed at establishing, changing or terminating civil rights and duties. Functional orientation of deduction is different: its aim is to stimulate the debtor to appropriate execution of the duties. Besides, actions on deduction of property of the debtor do not result in a change of legal communication between the creditor and the debtor: there are no new rights and duties between them, the existing rights and duties, the nature of their legal relations remains unchanged.

Giving reason for the position, the author allocates the basic lines of deduction which allow to understand more deeply the nature and features of the specified way of carrying out civil-law obligations.

The article focuses on controversial questions connected with the characteristic of deduction as the subjective right, on the one hand, and as the unilateral act, carried out at the creditor's own will, on the other hand.

Право удержания (jus retentionis) — институт древнего происхождения, известный римскому праву и применяемый в настоящее время во многих правовых системах.

Для современного гражданского законодательства РФ институт удержания имущества должника является новым. После принятия ГК РФ, несмотря на внешнюю простоту изложения норм об удержании (всего две статьи, ст. 359—360), тем не менее уже высказаны различные точки зрения о правовой природе удержания, его предмете и пределах, о самой сути удержания как способе обеспечения исполнения обязательств. Вместе с тем, как показывает анализ судебно-арбитражной практики, отсутствие четко выраженного доктринального толкования создает немало проблем для правоприменения.

В самом деле, достаточно часто в юридической литературе можно встретить мнение, согласно которому удержание кредитором (ретентором) имущества должника следует рассматривать как одностороннюю сделку 1. На наш взгляд, соответствующие действия кредитора нельзя считать сделкой.

Известно, что правила ст. 359 ГК РФ, закрепляющие возможность удерживать кредитором вещь до исполнения обязательства должником, образуют правовые основания изменения соответствующего обязательственного правоотношения между кредитором и должником. Очевидно, что предусмотренные законодателем нормативные основания создают лишь абстрактную возможность изменения существующего правоотношения. И только при наличии определенного юридического факта — неисполнении

1 См.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Общие положения. М., 1998. С. 448—449; Гражданское право / отв. ред. Е.А. Суханов. В 4 т. Т. 3: Обязательственное право. М., 2006. С. 159.

должником в срок обязанностей по оплате вещи или возмещению кредитору связанных с ней издержек и других убытков, абстрактная возможность удержания превращается в конкретную возможность — право удерживать кредитором вещь должника.

На указанное обстоятельство следует обратить особое внимание, поскольку в цивилистике порой можно встретить подход, согласно которому «основанием удержания является долг, срок уплаты которого наступил»1.

На наш взгляд, данная позиция С.В. Сарбаша страдает определенной сущностной неточностью, поскольку основаниями динамики изменения правоотношения признаются юридические факты. Именно они реализуют создаваемую нормативными (а также материальными и правосубъектными) предпосылками возможность движения правоотношения 2. Следовательно, не сам долг должника, а его неправомерное действие, точнее, само бездействие — неисполнение должником своей обязанности и является тем конкретным жизненным обстоятельством, с которым законодатель и связывает конкретную возможность удержания вещи.

В этой связи напомним, что в теории права юридические факты классифицируются по различным основаниям. По критерию связи с волей участников правоотношений они разделяются на события (обстоятельства, не зависящие от воли субъекта) и действия (обстоятельства, связанные с волей участников правоотношений). В нашем случае, как отмечалось, речь идет о конкретном обстоятельстве, связанным с волей должника, а именно: его бездействии по выполнению своей обязанности. А это означает, что рассмотрение долга должника в качестве основания удержания противоречит сути классификации юридических фактов.

Следовательно, на основании ст. 359 ГК РФ (нормативная предпосылка) и указанного юридического факта (неисполнение обязанностей должника) у кредитора в дополнение к имеющимся правам, вытекающим из конкретного правоотношения между ним и должником, появляется еще одно право — не передавать вещь должнику. Очевидно, существующее правоотношение не прекращается, а изменяется с появлением этой конкретной возможности — субъективного права кредитора на удержание вещи. Это новое субъективное гражданское право кредитора есть мера юридически возможного поведения, позволяющая кредитору удовлетворить его собственный интерес — получение определенной денежной суммы за вещь. Реализация этого права зависит от усмотрения управомоченного лица — кредитора.

1 Сарбаш С.В. Право удержания как способ обеспечения исполнения обязательств. М., 1998. С. 146.

2 См.: Красавчиков O.A. Юридические факты в советском гражданском праве. М., 1958. С. 27; Гонгало Б.М. Учение об обеспечении обязательств. М., 2002. С. 193.

Представляется, что соответствующие действия кредитора нельзя рассматривать как сделку. Известно, что любая сделка направлена на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (ст. 153 ГК РФ). В этом состоит основное назначение сделки. Указанная направленность сделки является ее основным конститутивным признаком, отсутствие которого не позволяет квалифицировать действие как сделку.

Совершенно иное назначение имеет удержание: оно призвано стимулировать должника к исполнению своих обязанностей в рамках существующего между ним и кредитором обязательственного правоотношения. Это — во-первых.

Во-вторых, действия по удержанию имущества должника не прекращают обязательства, не изменяют установленные в его рамках права и обязанности сторон. Появление нового субъективного права — удержание вещи должника — является дополнительным правом кредитора, которое не устраняет основные права и обязанности сторон. Наличие этого дополнительного (факультативного) права кредитора свидетельствует о том, что оно лишь порождает возможность частично изменить базовое правоотношение, не затрагивая его сути. И реализация этого права кредитора, т.е. действие кредитора по удержанию вещи должника не прекращает обязанности должника, не прекращает обязательства, существующего между ними. Но указанное действие, совершаемое по воле кредитора, не прекращая существующего обязательственного правоотношения, побуждает должника выполнить свою основную обязанность в рамках установленного обязательства. Вот почему действия кредитора нельзя рассматривать как одностороннюю сделку, поскольку такая квалификация удержания противоречит учению о сделках.

Это позволяет сделать вывод о том, что удержание как способ обеспечения гражданско-правовых обязательств необходимо рассматривать в двух основных «плоскостях»: во-первых, как субъективное гражданское право кредитора, порождаемое неисполнением должника своей основной обязанности в рамках существующего обязательства, и, во-вторых, как осуществление кредитором данного права, являющееся односторонним актом ретентора.

Удержание вещи во втором значении как акт осуществляется по воле кредитора и стимулирует должника к исполнению обязанности в рамках существующего между ним и ретентором обязательства.

Такая квалификация удержания дает возможность не согласиться с мнением авторов, рассматривающих его или как одностороннюю сделку 1

1 См.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Указ. соч. С. 448—449; Гражданское право. В 4 т. Т. 3: Обязательственное право. С. 159; Южанин Н.В. Удержание как способ обеспечения исполнения обязательств: дис. . канд. юрид. наук. Рязань, 2001. С. 13; Южанин Н.В. Удержание имущества — сделка? // Нотариус. 2008. № 1. С. 2; Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации (части первой) / отв. ред. Т.Е. Абова, А.Ю. Кабалкин. М., 2007. С. 345.

или как договор 1 В последнем случае, как справедливо отмечает Б.М. Гонга-ло, «выстраивается некая "конструкция", противоречащая сути удержания и нормам закона»2.

На наш взгляд, В.Н. Белов не учитывает следующее обстоятельство. Особенностью этого способа обеспечения исполнения обязательства является то, что субъективное право кредитора возникает в силу закона. Следовательно, в основании удержания налицо отсутствие такого юридического факта, как предварительно достигнутого соглашения сторон об удержании вещи. Не следует забывать, что положения ГК РФ об удержании носят дис-позитивный характер (п. 3. ст. 359). Поэтому стороны вправе предусмотреть в договоре условия и сроки удержания, отличающиеся от предусмотренных в законе, а также удержание в случаях, не указанных в законе. Но такая возможность, предоставленная законом сторонам обязательства, вовсе не означает необходимость заключения самостоятельного договора удержания, о чем пишет В.Н. Белов.

Немало споров в цивилистике возникает и по вопросу предмета удержания, которым согласно ст. 359 ГК РФ могут быть только вещи. Это означает, что имущественные права не могут быть предметом удержания.

Закон не содержит никаких ограничений права удержания в зависимости от вида вещей, находящихся у кредитора. Так, по мнению М.И. Брагинского, «существует возможность удержания любой, не изъятой из оборота вещи, включая деньги»3. Аналогичной позиции придерживается и О.Н. Садиков 4.

Другие цивилисты (например, В.В. Витрянский, С.В. Сарбаш) предметом удержания рассматривают только вещи за исключением денег 5. Противоположной позиции придерживается Б.М. Гонгало, утверждая, что «гражданское законодательство, относя деньги к вещам, частично пользуется фикцией: безналичные деньги в виде вещи реально не существуют, однако признаются ею (ст. 128, 140 ГК)»6.

На наш взгляд, законодатель, ограничивая предмет удержания только вещами, выводит безналичные денежные средства, являющиеся по своей юридической природе правами требования, из перечня объектов предмета удержания.

1 См.: Белов В.Н. Финансовые договоры. М., 1997. С. 120—131.

2 Гонгало Б.М. Указ. соч. С. 194.

3 Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный). М., 1997. С. 612.

4 См.: Гражданское право / отв. ред. О.Н.Садиков. Т. 1. М., 2006. С. 187.

5 См.: Брагинский М.И, Витрянский В.В. Договорное право. Общие положения. С. 448—449; Сарбаш С.В. Указ. соч. С. 157.

6 Гонгало Б.М. Указ. соч. С. 202. К аналогичному выводу приходит Л.Г. Ефимова (см.: Ефимова Л.Г. Правовые проблемы безналичных денег // Хозяйство и право. 1997. № 2. С. 39—49).

Вместе с тем неясным остается вопрос: может ли недвижимое имущество служить предметом удержания? По мнению В.В. Витрянского и С.В. Сарбаша, предметом удержания могут быть только движимые вещи 1. С указанной позицией не соглашается Б.М. Гонгало, считая, что «поскольку закон не содержит ограничений в отношении возможности удержания недвижимости, постольку оно должно допускаться на общих основаниях»2.

На наш взгляд, недвижимость не следует исключать из круга объектов предмета удержания. Более того, отметим, что в ряде государств континентальной правовой системы законодательно закрепляются отдельные случаи удержания недвижимости. Например, Гражданский кодекс Нидерландов предоставил арендатору недвижимости право удерживать ее в случае невыплаты собственником причитающегося в определенных случаях арендатору возмещения (ст. 100 книги 5 Гражданского кодекса Нидерландов).

Безусловно, удержание недвижимости может стать весьма эффективным способом обеспечения, однако коммерсанты зачастую не решаются использовать этот механизм обеспечения обязательств, так как попросту не знают, какими правами и обязанностями будут обладать, как оформить соответствующие отношения.

Известно, что юридическим актом признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество является государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним (п. 1 ст. 2 Федерального закона от 21 июля 1997 г. № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним».

В соответствии с п. 1 ст. 4 данного Закона наряду с государственной регистрацией вещных прав на недвижимое имущество подлежат государственной регистрации ограничения (обременения) прав на него, в том числе сервитут, ипотека, доверительное управление, аренда. Как видим, удержание среди ограничений прав на недвижимое имущество не указывается. Перечень обреме-нений законодатель оставил открытым. Следовательно, по заявлению собственника может быть зарегистрировано любое обременение вещного права, в том числе и удержание, тем более, что оно вполне соответствует определению понятия ограничения (обременения) как «условия, запрещения, стесняющего правообладателя при осуществлении права собственности либо иных вещных прав на конкретный объект недвижимого имущества» (ст. 1 Закона).

В связи с этим отметим, что В.А. Микрюков вполне обоснованно задается вопросом, почему «забытыми» остались право удержания, право поль-

1 См.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Общие положения. С. 448—449; Сарбаш С.В. Указ. соч. С. 157.

2 Гонгало Б.М. Указ. соч. С. 203.

зования имуществом, предоставленное завещательным отказом? Почему нельзя открыто признать вещными и законодательно закрепить в качестве таковых права, обладающие необходимыми для этого характеристиками?1

Судебная практика, касающаяся удержания недвижимости, весьма ограничена, что, несомненно, является следствием отсутствия четкого законодательного регулирования. Следует отметить, что в целом суды не отрицают возможности удержания недвижимого имущества. В качестве примера можно привести спор между кооперативом и Краснодарским краевым учреждением юстиции по государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним о признании недействительным зарегистрированного права собственности открытого акционерного общества на объект недвижимости. Одним из доводов истца было заявление о том, что регистрация права собственности за ОАО нарушает право кооператива, являвшегося подрядчиком при строительстве спорного объекта, на удержание результата выполненных, но не оплаченных работ. В решении по этому делу суд указал: «. интересы кредитора, не воспользовавшегося своим правом на удержание результата подрядных работ и не получившего своевременного исполнения денежного обязательства по судебному акту, подлежат защите путем применения мер принудительного исполнения этого судебного ак-та»2.

Как видим, суд, не удовлетворяя требований истца, допускает возможность использования кредитором права удержания недвижимости.

Рассмотрение правовой природы удержания предполагает выделение его основных признаков, среди которых можно отметить следующие:

а) производность. Удержание может возникнуть при условии существующего обязательства между кредитором и должником. При этом право удержания обеспечивает обязательство между кредитором и должником, независимо от того, что является основанием его возникновения — договор, причинение вреда, неосновательное обогащение или иные юридические факты, указанные в ГК РФ. В этой связи отметим, что не все авторы согласны с этим. Так, Н.В. Южанин утверждает, что «удержание является способом обеспечения исполнения обязательств по договору и не применяется во внедоговорных обязательствах»3. Ограничивая сферу применения удержания договорными обязательствами, автор не приводит убедительной аргументации своей позиции. На наш взгляд, законодатель не регламентирует сферу применения данного способа обеспечения обязательств и тем самым

1 См.: Микрюков В.А. Ограничения и обременения гражданских прав. М., 2007. С. 84.

2 См.: Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 21 апреля 2004 г. № Ф08-5000/2004 // СПС «КонсультантПлюс».

3 Южанин Н.В. Указ. дис. С. 7 и сл.

допускает возможность его применения к самым разнообразным гражданско-правовым обязательствам. Это дает возможность рассматривать удержание как универсальный способ защиты прав кредитора, в том числе и в случае, если должник окажется неплатежеспособным;

б) неделимость предмета удержания. Право удержания в соответствующих случаях распространяется на имущество, находящееся у кредитора (а не передаваемое ему с целью обеспечения исполнения обязательства). Отмечая универсальный характер указанного способа обеспечения, подчеркнем, что удержанием вещи должника могут обеспечиваться любые обязательства, в том числе и такие, которые не связаны с оплатой удерживаемой вещи или возмещением издержек на нее и других убытков. В качестве примера следует привести частный случай такого удержания по договору подряда, предусмотренного ст. 712 ГК РФ. В соответствии с правилом указанной статьи подрядчик при неуплате заказчиком обусловленной цены вправе удерживать не только результат работы, но и другое оказавшееся у подрядчика имущество заказчика: принадлежащее ему оборудование, вещи, переданные для переработки, остаток неиспользованного материала 1;

в) право следования. Согласно п. 2 ст. 359 ГК РФ, кредитор сохраняет право удержания вещи, несмотря на то, что после того, как эта вещь поступила во владение кредитора, права на нее приобретены третьим лицом. Это — во-первых. Во-вторых, при переходе права требования к другому лицу новый кредитор одновременно получает и право удержания. В-третьих, де-тентор, в случае нарушения права удержания, вправе истребовать вещь из чужого незаконного владения, а также защиту права удержания от нарушений, не связанных с лишением владения (ст. 305 ГК РФ)2. Иной позиции придерживается В.В. Витрянский. Сравнивая удержание с залогом, он указывает: «. удержание не обладает таким неотъемлемым признаком залога, как право следования, напротив, выбытие имущества из фактического владения кредитора прекращает право удержания, поэтому субъект права удержания, в отличие от залогодержателя при закладе, не наделен правом истребовать предмет удержания у третьих лиц»3.

Очевидно, чтобы ответить на вопрос: является ли право следования основным признаком удержания, необходимо уяснить:

1 В настоящее время позиция Высшего Арбитражного Суда РФ в отношении правомерности завладения удерживаемой вещью определяется, в частности, положением, выраженным в Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 11 января 2002 г. № 66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой» // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 2002. № 3. С. 17.

2 Аналогичной позиции в отношении указанного признака придерживается и Б.М. Гон-гало (см.: Гонгало Б.М. Указ. соч. С. 189).

3 Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Общие положения. С. 449.

1. является ли обладание кредитором вещью должника владением?

2. если можно говорить о владении кредитором вещью должника, то какова природа, характер данного владения?

3. вправе ли кредитор в случае нарушения права удержания истребовать вещь из чужого незаконного владения, т.е. вправе ли он пользоваться вещно-правовыми способами защиты как владелец чужой вещью?

На наш взгляд, обладание кредитором вещью должника, безусловно, является владением, поскольку оно (в отличие от большинства других способов обеспечения исполнения обязательств, возникающих на основании договора) возникает из закона, основано на нем. Наделение кредитора правом удержания на основании закона и позволяет рассматривать владение ретентора как законное владение, а самого ретентора считать законным владельцем. Вот почему утверждение Н.И. Южанина о том, что «владение предметом удержания является фактическим беститульным владением»1 ошибочно по своей сути.

Поэтому вряд ли можно согласиться с мнением К.И. Скловского и A.A. Рубанова о том, что владение удерживаемой вещью является незаконным 2. В.В. Витрянский справедливо в связи с этим отмечает: «Остается неясным, как можно признавать незаконным владение вещью, если право кредитора ее удерживать прямо предусмотрено Кодексом»3.

Итак, можно сделать вывод о том, что ретентор как законный (титульный) владелец чужого имущества в силу закона вправе защищать свое право владения имуществом даже против его собственника (должника). Защита законного владения ретентора вещно-правовыми способами возможна и в отношении третьих лиц. В этом смысле можно говорить об абсолютной (вещно-правовой) защите права удержания ретентора, поскольку защищается право владения чужой вещью как абсолютное по своей юридической природе правомочие кредитора. Это значит, что право следования — один из основных признаков права удержания.

Такой вывод позволяет согласиться с мнением E.A. Суханова, что «право удержания представляет собой ограниченное вещное право»4. Такая классификация права удержания, на наш взгляд, не противоречит правовой сути удержания. В этой связи отметим, что это право отнесено к ограниченным вещным правам в ст. 895 Швейцарского гражданского кодекса и в ст. 151s—151v Гражданского кодекса Чехии. В § 1000 Германского гражданско-

1 Южанин Н.В. Указ. дис. С. 8, 127.

2 См.: СкловскийК.И. Собственность в гражданском праве. М., 1999. С. 294; Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть первая. Научно-практический комментарий / отв. ред. Т.Е. Абова, А.Ю. Кабалкин, В.П. Мозолин. М., 1996. С. 565.

3 Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Общие положения. С. 445.

4 Гражданское право / отв. ред. Е.А. Суханов. В 4 т. Т. 2. М., 2005. С. 159.

го уложения право владельца на удержание рассматривается в разделе 4 книги третьей, посвященной вещным правам.

Итак, ретентору в рамках права на удержание вещи принадлежат два правомочия:

1. как титульный владелец вещи ретентор может совершать фактические действия по обеспечению сохранности удерживаемой вещи (ст. 14 ГК РФ) и защищать владение чужой (должника) вещью, используя весь арсенал вещно-правовых способов защиты (ст. 305 ГК РФ);

2. обладает правом на получение удовлетворения своих требований из стоимости удерживаемой вещи в объеме и порядке, предусмотренном для удовлетворения требований, обеспеченных залогом (ст. 360 ГК РФ).

Для применения удержания в качестве средства, побуждающего должника к исполнению своих обязанностей, не требуется обширных юридических познаний. Удовлетворение интересов должника находится в прямой зависимости от исполнения им своих обязанностей. Поэтому само законодательное определение удержания дает основание для отнесения его к разновидности мер оперативного воздействия, а именно к мерам оперативного воздействия, связанным с обеспечением встречного удовлетворения.

Анализ правовой природы удержания свидетельствует о достаточно высокой степени эффективности рассматриваемого способа обеспечения исполнения гражданско-правовых обязательств, его доступности и универсальном характере.

ПРАВОВАЯ ПРИРОДА ОБЕСПЕЧИТЕЛЬНОЙ УСТУПКИ ДЕНЕЖНОГО ТРЕБОВАНИЯ

Ключевые слова: основные черты обеспечительной уступки денежного требования, договор финансирования под уступку денежного требования, договор обеспечительной уступки, способы обеспечения исполнения обязательств, финансовый агент, клиент.

Since norms about secured assignment are included in Chapter 43 of Civil Code of Russian Federation (Financing Against the Assignment of a Monetary Claim), instead ofChapter 23 of Civil Code ofRussian Federation (Providingfor the Discharge ofObligations), arises a problem of definition of secured assignment position in system of ways of maintenance. It is necessary to define, whether the execution may be carried

* Аспирант Московской государственной юридической академии имени О.Е. Кутафина.

Обеспечение исполнения обязательств при заключении сделки

Способы обеспечения исполнения обязательства при заключении сделки — это предусмотренные законом или договором специальные меры имущественного характера.Данные меры должны стимулировать должника исполнять обязательства надлежащим образом.

Для кредитора создаются условия для удовлетворения его интереса и наделения дополнительными правами по предупреждению или устранению неблагоприятных последствий в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства.

Способы обеспечения исполнения обязательств

В зависимости от характера обеспечительных мер способы обеспечения можно подразделить на четыре группы.

Обеспечительный характер одних проявляется в том, что при неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства должник несет дополнительные имущественные потери в виде уплаты определенной денежной суммы (неустойка, задаток).

Другие заранее определяют имущество, на которое кредитор вправе обратить взыскание (залог). Третья группа включает способы обеспечения, которые дают возможность кредитору обратить взыскание не только на имущество должника, но и на имущество третьих лиц (банковская гарантия, поручительство).

Особую группу представляет собой такой способ обеспечительных мер, как удержание имущества должника (удержание). То есть закон предоставляет кредитору право на самозащиту в виде возможности удержать у себя вещь должника до того момента, пока тот не исполнит свою обязанность.

«Банкротный тест» в обеспечении обязательств

В обеспечение особенно важен «банкротный тест»: когда должник нормальный, когда он состоятельный – он платит, и значит, кредитор счастлив, потому что он получает свое. Когда должник не платит и у него не хватит средств, чтобы удовлетворить всех кредиторов – то он банкрот.

Банкротство это тот главный этап в жизни обязательства, когда мы начинаем понимать, а есть ли у кредитора что-то дополнительное для обеспечения обязательства. Если должник не платит, но у него очень много активов, то кредитору обеспечение, по сути, и не нужно.

Понятие обеспечения исполнения обязательств

Преимущественная вещь залога предусматривает приоритет залогового кредитора в деле о банкротстве перед другими кредиторами.

Обеспечительный эффект обеспечения обязательств

Обеспечительный эффект поручительства заключается в том, что кредитор получает дополнительную имущественную массу,из которой он может удовлетворяться.

Обеспечение исполнения обязательства банковской гарантией

Обеспечительный эффект независимой (ранее банковской) гарантии заключается в том же самом – подключается еще одна имущественная масса гаранта.

Залог как способ обеспечения исполнения обязательств

Залог третьего лица – подключается еще одна имущественная масса и кредитору устанавливается приоритет при удовлетворении из этой массы, т.е. получается двойное обеспечение (двойное преимущество – еще одна имущественная масса плюс приоритет).

Удержание как способ обеспечения исполнения обязательств

Обеспечительный эффект удержания в том, что ты получаешь имущественную массу, из которой ты удовлетворишься преимущественно перед другими кредиторами. Потому что в Кодексе написано, что при удовлетворении требования из удерживаемого имущества, применяется правило о залоге.

Неустойка как способ обеспечения исполнения обязательств

Обеспечительный эффект неустойки: кредитор не получает ничего, а только увеличивает право требования (больше денег).

При других способах обеспечения обязательств кредитор получает дополнительный юридический инструментарий обеспечения (способы удовлетворения, источники удовлетворения), а при неустойке – страх должника. Неустойка одновременно является и компенсацией, и ответственностью, и обеспечением (ст. 329 ГК РФ).

Неустойка не голосует и не включается в реестр требований кредиторов. И неустойку в банкротстве никогда не получишь. Если не хватает на всех для удовлетворения основных требований, то раздавать неустойки было бы совсем неправильно. На всех не хватает, поэтому надо хотя бы основные долги раздать пропорционально.

Задаток как способ обеспечения исполнения обязательств

Единственная ситуация, когда у задатка будет обеспечительная функция, это когда у кредитора, который присвоил задаток, возникли реальные убытки в виде требования о возмещении вреда к тому, кто дал задаток.Тогда, присваивая задаток, я тем самым восполняю свои убытки.

Негативный залог

Титульное обеспечение

Титульное обеспечение, как непоименованное в статье, но существующее на практике обеспечение. Это вещное обеспечение, которое заключается не в том, что кредитору предоставляется специальное право (залог), а кредитор получает собственность, та, которая будет выкуплена потом должником, с учетом суммы процентов (встречная обеспечительная купля-продажа). Когда кредитор получает не залог, а собственность на предмет, которым обеспечивается исполнение обязательств.

Отличие титульного обеспечения от залога

Отличие от залога в том, что кредитор и должник меняются ролями, у кредитора здесь пассивная роль. Кредитор затем из альтернативного источника (перепродав предмет собственности) получает свой долг. Такие сделки обычно совершают банки. Это дешевый способ в присвоении предмета залога.

Купля-продажа товара с удержанием титула за продавцом до полной оплаты обычно совершают промышленники, когда реализуют производимые ими товары. Данные сделки распространены в Германии, для защиты прав кредиторов-промышленников в делах о банкротстве перед финансистами.