Как быстро вычислить техническую компанию. Инструкция
Федеральная налоговая служба выпустила письмо, где описала детали применения ст. 54.1 НК РФ на практике. Особое внимание в нем уделили техническим компаниям, сделки с которыми чаще всего становятся предметом судебных споров с налоговой.
Речь идет не только о случаях, когда в цепочку поставщиков включают номинальные организации, чтобы получить необоснованную налоговую выгоду. С техническими компаниями (или фирмами-однодневками) также до сих пор сталкиваются и добросовестные налогоплательщики.
О том, как быстро вычислить техническую компанию и избежать налоговых рисков, рассказала руководитель проекта API Контур.Фокуса Елена Катаева.
Елена Катаева, руководитель проекта API Контур.Фокуса
Справка. В 2018 году ФНС зафиксировано рекордное падение количества фирм-однодневок до 7 % от общего числа всех компаний (309,5 тыс.). В 2019 году их число составило уже 120 тыс. В 2020 году налоговая провела 6 тыс. выездных проверок, которые принесли в бюджет 300 млрд руб. Средняя сумма доначислений на одну выездную проверку по Москве составила 38 млн руб.
Активно понятие «техническая компания» налоговики используют последние три года. В мартовском письме ФНС определяет их как организации, которые формально встраивают в документооборот, чтобы получить необоснованную налоговую выгоду. Такие юрлица существуют только на бумаге и не ведут реальную экономическую деятельность, а исполнением сделки занимаются другие лица. Ресурсов для выполнения обязательств по договору у «техничек» нет.
Допустим, застройщик получил заказ на возведение студенческого городка. Его основной подрядчик работал с субподрядчиками. Оказалось, что фирмы зарегистрированы по массовым адресам, отчисляли в бюджет минимальные средства, а в штате числился один человек, собственной техники у них не было. Это типичная ситуация, когда налоговая может усомниться в реальности сделки, заподозрить участие технических компаний и доначислить застройщику НДС.
Налоговые декларации по НДС и налогу на прибыль технические компании обычно представляют с минимальными суммами к уплате в бюджет. При этом они могут иметь многомиллионные обороты. Если в цепочке сделок где-то «теряется» НДС и налог на прибыль, ФНС старается «добрать» эти налоги с тех налогоплательщиков, которые могут покрыть сумму доначислений.
Помимо отказа в вычете и не возмещения НДС, налогоплательщика могут обязать выплатить штраф 40 % от неуплаченной суммы налогов, если будет доказан умысел.
Признаки технических компаний, на которые чаще всего обращают внимание налоговики:
- 1. Недостаточно ресурсов для выполнения сделки
Под «ресурсами» в первую очередь подразумевается количество сотрудников в штате организации. За производственными мощностями, складскими, офисными помещениями, на которые указывает инспекция, также стоят люди (если в компании есть реальные сотрудники, им нужно где-то работать и иметь оборудование).
- 2. Нет следов деятельности в интернете и реальном мире
В качестве «следов» могут выступать сайт организации, судебные дела, участие в торгах и т. д. Большинство компаний заводят сайт, чтобы общаться с клиентами и рекламировать свои услуги. Практически о любой фирме можно найти отзывы в интернете, особенно если она работает с потребителями. Если организация участвует в торгах или регистрирует товарный знак, это признак того, что она ведет реальную деятельность.
Нужно проверить, ведет ли компания реальную финансово-хозяйственную деятельность. Основные признаки можно условно разделить по степени опасности. Красный — сделки с такими компаниями без более глубокой проверки лучше не заключать, желтый — повод задуматься, зеленый — стоит присмотреться, но реальной опасности нет.
Недостоверность регистрационных сведений. Запросить выписку из ЕГРЮЛ можно на сайте ФНС. Если в ней есть пометка о недостоверности сведений, сотрудничать с такой компанией не стоит. Через полгода после появления этого маркера налоговая служба может исключить юрлицо из реестра как недействующее.
Список дисквалифицированных лиц. Если человек получил запрет на работу на руководящей должности или на занятие определенной деятельностью, информация об этом будет храниться в реестре ФНС.
Отсутствие лицензии. Если вид деятельности компании подходит под лицензируемый, нужно проверить ее на сайтах Росалкогольрегулирования, Росздравнадзора и т. д. Последствия работы с партнером без лицензии могут быть очень серьезными. Например, если оптовик отгрузит товар аптеке с отозванной лицензией, получит штраф или вовсе лишится разрешения на торговлю.
Задолженность по налогам. На сайте ФНС также можно найти информацию о задолженности по уплате налогов.Если контрагент не платит налоги, у инспекции возникнут вопросы и к вам тоже.
Массовые руководители или учредители/массовый юридический адрес. Нередки случаи, когда один и тот же человек оказывается учредителем сразу шести компаний и более. Проверить физлицо можно в реестре ФНС. Что касается массового адреса, этот признак срабатывает не всегда. Многие компании регистрируются в офисном здании или коворкингах, то есть по адресу массовой регистрации, потому что не могут позволить себе аренду, а не потому что являются техническими.
Исполнительные производства. Найти информацию можно на официальном сайте Федеральной службы судебных приставов.Если компания оказалась в базе, значит, она не платит долги.
Убыточность на протяжении трех лет. Посмотреть бухотчетность можно на сайте Федеральной службы статистики. Необходимо проанализировать данные и посмотреть, как менялись размер выручки и чистая прибыль компании.
Торги/товарные знаки. Если компания участвует в госзакупках и имеет товарный знак, это уже говорит о том, что она ведет реальную деятельность, а не является номинальной. Проверить участие в тендерах можно на сайте ЕИС. Узнать, на кого зарегистрирован товарный знак, в реестре Роспатента.
Разбирательства в арбитражном суде. Это как негативный, так и позитивный признак. Даже если компания выступает в качестве ответчика, это говорит о том, что она ведет реальную деятельность, хотя может и не исполнять свои обязательства. Найти данные о судебных разбирательствах можно в картотеке арбитражного суда.
Штат сотрудников. Численность персонала в технических компаниях, как правило, нулевая, либо в организации может быть трудоустроен один человек. Чаще всего он является и учредителем, и директором, и бухгалтером. Нередко компании с минимальным штатом выполняют функции посредника. Например, перепродают товар.
Сайт/публикации в СМИ. Практически все компании имеют свой сайт, но бывают и редкие исключения. Например, если у фирмы уже сложился круг постоянных клиентов и она не нуждается в новых. Обратите внимание, указаны ли на сайте контакты и можно ли по ним дозвониться до сотрудников. Также стоит проверить информацию об организации в СМИ. Если она есть, это говорит о том, что компания ведет реальную деятельность.
Совет. Данные можно верифицировать вручную или автоматически. Если компания работает с большим количеством контрагентов, ручная проверка может занять много времени. Проверить клиентов и поставщиков по всем критериям за минуты, используя только официальные источники, позволяют специальные программы по проверке контрагентов. Например, API Контур.Фокуса, API Спарка, API Сбиса.
Если ФНС запросит информацию, чтобы проанализировать случай с конкретным контрагентом, налогоплательщик сможет представить регламент. Это поможет обосновать, что он действительно сделал для проверки все, что было предусмотрено бизнес-процессами компании.
Задача руководителя в этом случае — следить, чтобы регламент исполнялся.
Критерии проявления должной осмотрительности зависят от уровня сделки. Они не могут быть одинаковыми для случаев рутинного пополнения материально-производственной базы и в ситуациях, когда налогоплательщик покупает дорогостоящий актив. На это обратил внимание Верховный суд РФ в деле «Звездочки» (определение от 14 мая 2020 г. по делу № А42-7695/2017).
Инспекторы отказались платить «Специализированной производственно-технической базе «Звездочка» вычеты по НДС. Речь шла о сумме 13 млн рублей. По мнению налоговой, компания заключила сделку с фирмой, которая напоминала техническую. Она вносила минимальные налоговые платежи, в штате числился один сотрудник.
Кроме того, контрагент не сообщил инспекции, что выручку от продажи товара он отразил в декларациях. В ответ «Звездочка» заявила, что не могла знать, насколько корректно ее контрагент ведет свой налоговый учет.
Компания обжаловала решение в Верховном суде РФ, который встал на сторону налогоплательщика. Суд согласился с тем, что инспекция предъявила «Звездочке» слишком высокие требования осмотрительности при выборе контрагента в рядовой сделке.
Границы проявления должной осмотрительности определяются доступностью сведений, которые налогоплательщик может получить о своих контрагентах (постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 14.11.2013 по делу № А34-6570/2012). К такому выводу пришел суд в деле «Роснефть — Курганнефтепродукт».
«Роснефть — Курганнефтепродукт» закупил тосол и антифриз у небольшой компании. Позже выяснилось, что с ее стороны документы по сделке подписал директор, который реально не участвовал в управлении компанией. Он оказался «массовым менеджером», на него было зарегистрировано еще шесть фирм. Инспекция сочла, что сделка была номинальной, и доначислила «Роснефть — Курганнефтепродукт» 16 тыс. руб.
Представитель «Роснефть — Курганнефтепродукт» заявил, что данные о директоре в официальных источниках и документах, представленных фирмой, полностью совпадали. Доказательств того, что налогоплательщик знал о номинальности директора, инспекция не представила.
Судом отмечено, что указанные налоговым органом критерии недобросовестности контрагента не могли быть установлены доступными для общества способами. Кроме того, законом не закреплена обязанность налогоплательщика проверять, находятся ли их контрагенты по месту регистрации и выполняют ли они обязательства перед бюджетом.
Суд согласился с тем, что, по сути, обязывать компанию проводить налоговый контроль, предъявляя фактически невыполнимые требования по проверке контрагента, инспекция «не может и не должна».
Решение вынесли в пользу налогоплательщика.
Даже если речь идет о пополнении деталей на складе, проверка не должна исчерпываться запросом базовых документов. Устав, протокол о назначении директора, выписка из ЕГРЮЛ, копия паспорта директора не свидетельствуют о реальности деятельности партнера. Все эти документы у технических компаний тоже есть.
Если сделка важна для бизнеса, составляет 30–40 % от оборота компании, то при выборе контрагента следует проявить максимально возможную осмотрительность.
Допустим, ваша компания покупает большой актив, имеющий стратегическое значение для бизнеса. Представить, что вы ни разу не провели личную встречу с продавцом, сложно. Нередко в таких случаях отношения настолько тесные, что бизнесмен может быть свидетелем на свадьбе своего контрагента.
Вы можете знать в лицо не только руководителя компании, но и начальника отдела продаж, производственных подразделений, главного бухгалтера. Для налоговой службы все это станет аргументом в вашу пользу.
Не лишним будет запросить свидетельство о праве собственности на складское помещение и документы на транспорт, на котором планируют доставлять товар. Если контрагент планирует обратиться к посреднику, то договор аренды с экспедиторской фирмой.
Общее правило сводится к тому, что проявления коммерческой осмотрительности много не бывает. Если через два-три года инспекция спросит, как именно вы вели переговоры с контрагентом, переписка с согласованием основных моментов по договору, протоколы встреч, записи телефонных разговоров станут весомым доказательством в пользу реальности сделки.
Часто даже юристы совершают ошибки, анализируя судебную практику, полагая, что если в следующий раз налогоплательщик сделает три телефонных звонка и направит коммерческое предложение, суд встанет на его сторону. На самом деле это не так.
Каждый случай индивидуален, и нередко исход дела зависит от внутреннего убеждения судей. Один из примеров — дело челябинской компании «Мэри». Ей удалось обжаловать решение о доначислении НДС в размере 43 млн рублей, но впоследствии налогоплательщик проиграл дело в вышестоящей инстанции.
Арбитражный суд пришел к выводу, что инспекции не удалось доказать, что операции в действительности не совершались (постановление от 23.10.2020 по делу № А76-46624/2019). Однако Верховный суд РФ посчитал, что, несмотря на это, контрагенты все-таки были техническими компаниями (определение от 12.05.2021 по делу № А76-46624/2019).
Решающим аргументом стало то, что фирмы не имели собственных ресурсов, платили минимальные налоги, а всю работу за них выполнял сам налогоплательщик, который потом обналичивал деньги.
Подробнее о деле «Мэри». Суд счел, что формальный документооборот с участием обществ был организован самим налогоплательщиком. С 2014 года компания перестала содержать собственный штат водителей и парк грузового транспорта. Она заказывала услуги перевозки у технических компаний. Но фактически готовую продукцию перевозили не контрагенты, а физические лица (водители). Договоров с налогоплательщиком у них не оказалось.
В постановлении говорится, что большую часть средств, перечисленных на оплату транспортных услуг, обналичивали через цепочку взаимозависимых лиц, а затем они приходили обратно «Мэри» в виде векселей. В случаях, когда средства возвращаются на счет компании, оспорить решение в суде практически невозможно.
Деловая цель, технические контрагенты, необоснованная выгода и реконструкция налоговых обязательств: что все это значит
Говоря о построении грамотной концепции налоговой безопасности, необходимо отталкиваться от условий внешней среды, в которых компании приходится существовать и развиваться. В это связи важно определиться с правовым контекстом налоговой безопасности. Конструкции: «должная осмотрительность», «деловая цель», «расчётный метод», «технические контрагенты» и другие, должны быть понятны налогоплательщику, поскольку без понимания принципов их применения разработать эффективный механизм налоговой и, как следствие, имущественной безопасности — невозможно.
С учётом разъяснений ФНС России по состоянию на март 2021 года разбираемся с новыми возможностями и ограничениями.
Правила счастливой жизни налогоплательщика
Статья 54.1 НК РФ содержит три условия для уменьшения суммы налогов:
- налогоплательщик не допустил искажений в бухгалтерской и налоговой отчётности;
- обязательство по сделке исполнено именно тем лицом, которое заявлено стороной договора, либо лицом, к которому обязательство перешло по закону или договору (например, по договору цессии, в порядке правопреемства и т.п.);
- снижение размера налоговых обязательств не является основной целью сделки.
Соблюдение этих правил в схематичном виде выглядит следующим образом:
Искажение
Под «искажением» ФНС понимает:
- Отражение в отчётности нереальных операций;
- Отражение операций, имеющих иной действительный экономический смысл, нежели тот, который «указан» в отчётности.
Реальность имеет ключевое значение и потому выступает первым тестом, проводимым ИФНС при оценке операций налогоплательщика. Если сделка в действительности не исполнялась, а лишь имела место на бумаге, учесть её в целях налогообложения нельзя, независимо от результатов других тестов.
Второй аспект искажения заключается в выявлении действительного экономического смысла операции. То есть необоснованную налоговую выгоду получают не только учитывая нереальные сделки, но и выдавая одни за другие. Например, под видом займа предоставляют невозвратные инвестиции, учитывая при этом начисленные проценты в расходах. В этом случае налоговые последствия корректируются путём переквалификации сделки в соответствии с её реальным экономическим смыслом. То есть заём условно переведут во вклад в имущество , который не подразумевает начисление процентов, а значит и уменьшения налоговой базы по налогу на прибыль.
Контрагенты, должная осмотрительность и умысел
Налоговая служба вводит термин «технические компании»Компании, не ведущие реальной экономической деятельности и не исполняющие налоговые обязательства в связи со сделками, оформляемыми от их имени (см. п. 4 письма ФНС № БВ-4-7/3060@), под которым подразумеваются «фирмы-однодневки». Налоговые последствия сотрудничества с ними зависят от нескольких факторов. При этом даже самые отпетые уклонисты могут учесть реально уплаченные налоги и реально понесённые затраты.
0) В качестве преамбулы, отметим, что дальнейшее повествование касается исключительно реальных сделок. Нереальные операции в налоговых целях не учитываются.
1) Первоочередное значение имеет вывод о техническом характере контрагента. Его ФНС предполагает обосновывать известным арсеналом доказательств: недостоверный адрес, отсутствие персонала и основных средств, отсутствие необходимых субподрядчиков, «странные» банковские операции и т.д.
2) Далее, важно определить форму вины налогоплательщика в содеянном. Раскрывается данный аспект через знание о техническом характере контрагента.
ФНС выделяет две формы вины: умысел и неосторожность.
- Умысел имеет место в тех случаях, когда налогоплательщик знал, что работает с технической компанией, потому что не мог этого не знать. Такое знание очевидно при выявлении схемы обналичивания денег. Например, когда «подозреваемая» компания возвращает полученные средства в виде наличных участникам налогоплательщика. Кроме того, осведомлённость предполагается в случае выявления подконтрольности таких контрагентов налогоплательщику.
- Неосторожность заключается в непроявлении должной осмотрительности, под которой ФНС понимает — коммерческую осмотрительность. То есть ту степень проверки контрагентов, которая свойственна деловому обороту. Подобная позиция была высказана в 2020 году в деле «Звёздочки». (См. определение ВС РФ по делу № А42-7695/2017)
В обычной ситуации, обычный предприниматель тщательным образом проверяет потенциального поставщика или подрядчика, чтобы удостовериться сможет ли он выполнить условия договора. Выясняет какой у контрагента опыт, есть ли у него склады или необходимое оборудование, обладает ли он человеческим ресурсом, с помощью которого успеет выполнить работы в срок. Аналогичный подход предлагается использовать и в отношении налогов.
При этом ФНС вполне разумно разделяет сделки по значимости, указывая, что, например, приобретение канцелярских товаров на небольшую сумму (ординарная сделка) не требует такой же тщательной проверки контрагента, как покупка недвижимости или дорогостоящего оборудования.
Форма вины имеет принципиальное значение для налоговых последствий. Так, при доказанном умысле, налогоплательщику будут вменять штраф в размере 40% от суммы доначислений (в соответствии с п. 3, ст. 122 НК РФ) , против 20% при неосторожности. Однако наиболее важным выступает её влияние на определение размера самих доначислений.
3) Выше мы упомянули возможность скорректировать налоговые обязательства даже при умышленной оптимизации налогов, например, при сознательном включении в цепочку подконтрольной технической компании.
ИФНС учтёт реально понесённые на сделку затраты и предоставить вычеты в сумме уплаченного контрагентом НДС, но только если налогоплательщик раскроет реального исполнителя по сделке. В противном случае отказ в вычетах и расходах в полном объёме.
Для «неосторожных» налогоплательщиков, условия мягче. В случае выявления реального исполнителя, налоговый орган учтёт уплаченные ему суммы в качестве расходов и предоставит вычеты по НДС, если контрагент является его плательщиком. В иной ситуации, расходы определяются расчётным методом, то есть исходя из рыночных цен по аналогичным сделкам. Вычеты по НДС при этом не предоставляются.
Интересно, что ФНС настаивает на раскрытии реального исполнителя именно в ходе налоговой проверки. Закономерно возникает вопрос, а что же будет в ситуации, если налогоплательщик представит доказательства, раскрывающие фактического исполнителя, в ходе обжалования решения в вышестоящем органе или в суде? Полагаем, что этот вопрос разрешится только на практике, тем не менее, мы считаем, что такие доказательства должны быть учтены.
За того парня…
Не оставила ФНС без внимания и ситуацию взаимодействия с контрагентами, оптимизирующими НДС, не подходящими под определение технической компании. Это, например, компания, которая ведёт реальную предпринимательскую деятельность, но сама пользуется услугами технических контрагентов для оптимизации налогов. Либо компания, которая формально имеет необходимые ресурсы, но встраивается в цепочку сделок для переноса налоговых рисков с основной компании.
Последствия неуплаты налога такими компаниями могут быть переложены на налогоплательщика при условии, что он знал о нарушениях своего контрагента.
Для доказывания факта осведомлённости, налоговая служба в первую очередь рекомендует устанавливать подконтрольность таких контрагентов налогоплательщику либо согласованность действий с ними. Здесь имеет место попытка пресечь создание подконтрольных буферных компаний, наделённых необходимыми ресурсами, которые аккумулируют на себе риски взаимодействия с техническим контрагентами.
Помимо указанной ситуации, в отношении подобных контрагентов, письмо ФНС содержит следующий посыл:
Вероятно, здесь подразумевается, что налогоплательщик должен догадаться о нарушениях самостоятельного контрагента, поскольку тот предоставил ему очень низкие цены, получить которые можно лишь за счёт уклонения от уплаты налогов. Вывод неоднозначный, так как определение цены зависит от массы факторов, и отклонения от рыночного уровня могут быть обусловлены разными причинами.
Предполагаем, что на этой почве в будущем возникнет масса споров с налоговыми органами, ведь, по сути, налогоплательщик понесёт потери за выбор контрагента, предлагающего наиболее выгодные условия сотрудничества. То есть вполне нормальное желание бизнеса снизить затраты может стать наказуемым.
ФНС предлагает выход из ситуации: налогоплательщик может взыскать с контрагента убытки в виде недополученных вычетов. Однако, на сегодня, подобные судебные споры относятся к категории наиболее сложных, соответственно предложенный механизм вряд ли заработает на одном уровне с административным ресурсом налоговой службы, позволяющем взыскать недополученные налоги напрямую с нарушителя.
Деловая цель
Статья 54.1 указывает, что основой целью сделки не может быть экономия на уплате налогов. В своих разъяснениях ФНС предлагает механизм определения основной цели через постановку вопроса: а совершил бы налогоплательщик такую сделку, если бы налоговые преимущества ему не были бы предоставлены?
В целом, новизны в этом подходе нет. Мы не раз указывали, что гарантией налоговой безопасности является понятная деловая цель , которая должна превалировать над налоговым эффектом.
Однако, анализируемое письмо не просто говорит о необходимости деловой цели, оно повышает требования к ней. Так налоговая служба указывает на необходимость оценки конкретной операции и её деловой цели в совокупности с другими операциями налогоплательщика. То есть сама по себе операция может иметь понятную деловую цель, однако, её сопоставление с другими операциями указывает на то, что выполнена она была преимущественно для получения налогового эффекта.
В качестве примера, ФНС приводит ссылку на дело «Мон'дэлис Русь». (См. дело А11-6203/2016) В данном деле уплата процентов по долгу, возникшему из-за приобретения доли в организации, была переквалифицирована в перечисление прибыли. В отрыве от общего контекста, операция имела понятную деловую цель: приобреталась доля в ООО, высокая ценность которой не оспаривалась. Однако, при сопоставлении данной сделки с другими действиями других организаций, налоговый орган доказал, что, в сущности, покупатель уже владел приобретаемым юр лицом, а значит в сделке не было смысла. Кроме того, налоговый орган определил, что перечисленные денежные суммы, полностью соотносились с размером дивидендов, которые продавец доли распределил в пользу конечного бенефициара бизнеса. В результате суды пришли к выводу, что налоговая цель доминировала.
Искусственное дробление
ФНС выделяет три признака искусственного дробления:
- отсутствие реальной самостоятельности субъектов группы, в том числе контроль финансовых потоков налогоплательщиком и отсутствие нормальных предпринимательских расходов;
- использование общих работников и других ресурсов;
- искусственное разделение единого производственного процесса, включая выполнение хоть и разных, но неразрывно связанных между собой процессов (видов деятельности), направленных на получение общего результата.
Ранее налоговый орган уже выделял данные признаки в числе прочих (См. Письмо ФНС РФ от 11 августа 2017 г. № СА-4-7/15895@), новые разъяснения акцентируют внимание на, так называемых, «снайперских» признаках , выявление которых практически гарантирует победу инспекции в суде.
Как определить сумму доначислений
Ещё один важный комментарий касается порядка определения суммы доначислений при выявлении искусственного дробления.
ФНС указывает, что при определении налоговых обязательств, будут учитываться не только совокупные доходы объединяемой группы, но и соответствующие расходы, уплаченный поставщикам НДС и суммы налогов, оплаченные в рамках применения спецрежимов. То есть в зачёт пойдёт всё то, что реально было уплачено.
Такая позиция поможет исключить возможные споры с зачетом и возвратом уплаченных налогов, в том числе теми налогоплательщиками, которые признаны несамостоятельными и подконтрольными по результатам претензий в искусственном дроблении бизнеса.
Технический момент: почему письмо ФНС может запутать бизнес
Еще в 2017 году в российском Налоговом кодексе появилась статья 54.1, которая должна была установить четкие правила, позволяющие отличить налоговые злоупотребления при сделках с использованием так называемых технических компаний (они же «однодневки») от соответствующего закону поведения.
С тех пор и бизнес, и правоприменители бьются над разгадкой того, как должна применяться эта норма на практике. Единого понимания не сложилось ни у налоговых органов, ни у судов. В результате страдают налогоплательщики, которым отказывают в вычетах по НДС и налогу на прибыль при обнаружении признаков неуплаты налогов хотя бы одним из участников цепочки поставок. К началу марта 2021 года суды рассмотрели 1013 дел с применением статьи 54.1. Требования налогоплательщиков были удовлетворены в полном объеме лишь в 75 случаях, частично — в 140.
Признание проблемы
Растущее число налоговых споров при применении статьи вынудило Федеральную налоговую службу (ФНС) выступить с разъяснениями в специальном письме. Экспертное сообщество и бизнес ждали, что оно расставит все точки над «i». Однако этого, к сожалению, не произошло. Хорошо, что в некоторых случаях ФНС фактически вернулась к более удобным для бизнеса правилам, действовавшим до 2017 года. Например, вновь признается возможность так называемой налоговой реконструкции, когда восстанавливается весь ход сделки, чтобы выяснить — где налогоплательщик мог получить необоснованную выгоду, а где все делалось по закону. Такой механизм позволяет избежать ситуаций, когда сумма доначисления превышает величину реального ущерба, понесенного бюджетом, или даже всю выручку компании.
Но письмо не ответило на ряд ключевых для налогоплательщика вопросов.
Например, документ поясняет: если налогоплательщик не знал и не должен был знать о том, что его контрагент — «техническая» компания, а «фактическим исполнителем» сделки является третье лицо, налоговые претензии не могут быть предъявлены. Воспользоваться этой нормой хотели бы многие, но на практике это очень сложно и зависит от субъективной оценки поведения налогоплательщика (умысел, неосторожность) сотрудником ФНС и возможности документального установления фактического исполнителя сделки и уплаченных им налогов.
Поэтому особое значение для бизнеса, стремящегося избежать налоговых претензий, имеют четкие ответы на два ключевых вопроса:
Как отличить «техническую» компанию от «нетехнической»?
Кто понимается под «фактическим исполнителем» сделки?
Дело «техники»
Термин «техническая» компания пришел на смену прежним «однодневкам» и «недобросовестным» контрагентам. Какие отличительные признаки «технической» компании использует ФНС? Указано, что это компания, которая не ведет реальной экономической деятельности, не исполняет налоговые обязательства в связи со сделками, оформляемыми от ее имени, не осуществляет деятельность в своем интересе и на свой риск, не обладает необходимыми активами, не выполняет реальных функций.
К сожалению, мы видим, как один неопределенный термин раскрывается через другие, столь же размытые. Что такое «реальные функции» или «реальная экономическая деятельность»? Да и возможно ли по этим признакам отличить компанию, которая при проверке будет восприниматься налоговиками как «техническая», от компании, в отношении которой бизнес может быть спокоен? Особенно, если учесть несравнимо больший, чем у бизнеса, доступ ФНС к различным информационным системам и базам данным («Налог-3», АСК НДС-2, реестр граждан, таможенные и банковские данные, запросы в госорганы, данные допросов и экспертиз и т. д.).
Поиски исполнителя
Здесь ситуация еще более драматична. Требование статьи 54.1 о необходимости исполнения обязательства по сделке стороной договора,либо иным лицом, которому обязательство передано по договору или закону, выглядит крайне неопределенным. Разъяснение ФНС тоже оставляет вопросы. При каких условиях налоговым органом будет сделан вывод о том, что обязательство по сделке исполнено ненадлежащим лицом, а значит, имело место стремление уйти от налогов? Идет ли речь о юридическом исполнении или о фактическом?
На практике едва ли можно уверенно сказать, что фактическим исполнителем было то или это юридическое лицо. В качестве примера можно привести дело компании «Центррегионуголь» — решенное, кстати, Верховным судом в пользу бизнеса. Поставка угля осуществлялась с угольного разреза (производитель) по железной дороге напрямую конечному покупателю, который был клиентом «Центррегионугля». Промежуточные участники цепочки, включая саму компанию, последовательно перепродавали сырье, не являясь его производителями, не обладая складской и транспортной инфраструктурой.
Кто в этом случае для конечного покупателя будет фактическим исполнителем сделки:
Продавец по договору («Центррегионуголь»)?
Угольный разрез (производитель и грузоотправитель угля)?
Собственник вагонов, в которых уголь был доставлен?
Оператор железнодорожной инфраструктуры?
Ответ неясен, а ведь речь идет о критерии, который определяет налоговую судьбу сделки. Согласно письму ФНС, документы, полученные от ненадлежащего исполнителя, не могут учитываться для налоговых целей. Реально ли бизнесу проследить корректность договоров по всем звеньям цепочки?
Впрочем, не будем слишком строги. Как уже заявил замглавы ФНС Виктор Бациев, служба понимает, что письмо должно выдержать проверку практикой, в нем возможны изменения и дополнения. Важно, что ФНС стремится к диалогу с налогоплательщиками. Поэтому то, как будет дальше решаться проблема, зависит в том числе и от активности бизнеса.
«Технические» и «сущностные» компании в цепочке НДС-расчетов
В системе проверки НДС-деклараций произошли изменения. Всем знакомая АСК НДС-2 заменена на «Контроль НДС». Новая система позволяет «диагностировать» компании, которые участвуют во всей цепочке расчетов по НДС, и выяснять роль каждой. Так, теперь компании может присваиваться категория «технической» и «сущностной». Причем и то, и другое означает: у компании есть проблемы.
Новые операции в системе «Контроль НДС»
Программный комплекс АСК НДС-2 ушел в прошлое. Теперь ФНС проверяет НДС-декларации в системе «Контроль НДС». Он имеет гораздо больше возможностей для выявления нарушений и, что греха таить, сбора информации и доказательной базы для будущих споров с налогоплательщиками по статье 54.1 НК РФ «Пределы осуществления прав по исчислению налоговой базы и (или) суммы налога, сбора, страховых взносов».
Статья 54.1 возлагает на налоговую инспекцию бремя доказывания в суде обстоятельств правонарушения, а именно получения необоснованной налоговой выгоды. А налогоплательщику – предоставляет шанс опровергнуть их.
Читайте в бераторе «Практическая энциклопедия бухгалтера»
Система «Контроль НДС» проверяет и собирает данные на всех: контрагентов второго, третьего звена, а также и тех, кто самостоятельно не применяет схемы, но работает с теми, кто применяет.
«Техническая» компания – начало
«Техническая» компания – это та, на которой налоговая инспекция обнаружила разрыв. И если раньше именно такая компания признавалась виновником, то теперь при обнаружении разрыва начинается отработка цепочки всех деловых контактов этой фирмы.
В новую систему заносится вся информация, характеризующая роль каждого звена, которая содержится:
- в протоколах допросов;
- в ЕГРЮЛ о недостоверности сведений;
- в материалах, передаваемых в правоохранительные органы;
- в документах на аннулирование электронной подписи;
- в ответах налогоплательщиков по встречным проверкам или вне проверок.
Всем контрагентам налоговая разошлет требования о даче пояснений. То есть теперь виновник разрыва станет началом для выхода на выгодоприобретателя.
Кого относят к «сущностным» компаниям
«Сущностная» компания – это главный подозреваемый в получении необоснованной выгоды. То есть это и есть выгодоприобретатель.
Для установления выгодоприобретателя введена система баллов. Эти баллы присваиваются компании на основе анализа множества ее показателей: об имуществе, штате, движении средств на расчетном счете, IP-адресах, с которых отправляется отчетность, доле вычетов по контрагенту и др.
Чем больше баллов набрала компания в системе «Контроль НДС», тем больше риска, что ее признают выгодоприобретателем.
Также сущностную компанию система «Контроль НДС» проверит по критерию платежеспособности. Это процентное соотношение уплаченного НДС и суммы заявленного вычета за период. Большие вычеты и низкая оплата могут вызвать подозрения о фиктивной деятельности фирмы.
Таким образом, в налоговой инспекции формируется база по выгодоприобретателям и доказательствам нарушений по статье 54.1 НК РФ.
Выгодоприобретателю теперь будет проблематично добровольно ликвидироваться. Если раньше выездная проверка при добровольной ликвидации была возможна, но не обязательна, то теперь в отношении выгодоприобретателя, если он «засветился» в таком качестве, она будет обязательна.
Новые обязанности инспекций
По новому регламенту контроля НДС территориальные инспекции должны ежемесячно проводить анализ уточненных НДС-деклараций на предмет выявления случаев замены контрагента.
Негативных последствий не будет, если:
- сумма налога к уплате увеличена;
- сумма НДС-вычета уменьшена;
- характер этих изменений по сравнению с данными исходной декларации пропорционален.
Если вас хотят признать выгодоприобретателем
К сожалению, риск попасть в зону внимания системы «Контроль НДС» есть у всех, включая тех, кто не использует никаких схем.
Если вы относитесь именно к ним, то вам самим и придется отстаивать свои интересы – шанс оспорить претензии налоговиков у вас есть по праву.
Обязательно отвечайте на все требования инспекции. Но знайте меру, старайтесь не давать излишней информации. Помните, она вся попадет в базу. Уделяйте особое внимание реальности ваших сделок.
Начинайте собирать доказательства реальности сделки и правомочности ваших действий не в момент назначения выездной проверки, а при получении от инспекции первого требования по НДС.
Как снизить риски на каждом этапе работы с НДС? Главное, правильно подготавливать декларацию. Не допускать ошибок и расхождений в счетах-фактурах. Быстро отвечать на требования инспекции.