Постановления пленума как источник права
Перейти к содержимому

Постановления пленума как источник права

  • автор:

Судебная практика как источник российского права

Правотворчество органов судебной власти традиционно является предметом научных споров в рамках романо-германской правовой традиции. При этом обычно обсуждаются такие вопросы, как понятие судебной практики, обязательность выработанных ею правоположений, возможность осуществления правотворческой деятельности судами разного уровня, признание судебной практики, пусть и с рядом оговорок, источником права.В странах романо-германской правовой системы относительно судебной практики придерживаются иных установок, чем в странах общего права. В основном они сводятся к следующему:

— формально все суды наделены равными полномочиями и не связаны решениями друг друга;

— решения одного суда не является обязательными для другого суда, в том числе в рамках одной подсистемы судебных органов;

— решения вышестоящих судов, не являются обязательными для нижестоящих судов при рассмотрении аналогичных дел;

— использование судом и сторонами по делу ссылок на позиции вышестоящих судебных инстанций не является обязательным и осуществляется в силу их убедительности;

— судьи не формулируют право, а лишь корректируют его, давая то или иное толкование закона.

В России, в общем и целом относящейся к романо-германской правовой семье, доминирующая правовая доктрина отрицает судебное правотворчество. Компетенция суда сводится исключительно к применению права.

Советская теория права всегда исходила из постулата, что судебная практика не является источником права. С.Л. Зивс подчеркивал, что обратное противоречило бы «принципу подзаконности судебной деятельности. Правотворческая деятельность суда с неизбежностью умаляет значение закона» . По мнению И.Б. Новицкого, «в советском государстве не может быть места для судебного прецедента.

Советский суд является проводником и стражем законности, он должен строго следить за тем, чтобы общие нормы закона (и подзаконных актов) неукоснительно соблюдались всеми гражданами, должностными лицами, учреждениями и прежде всего самим судом» . Считалось, что в законодательного процесса при формировании правовых норм есть возможность учесть гораздо больше факторов, чем это способен сделать суд при рассмотрении конкретного дела, а высшие судебные органы осуществляют исключительно надзор за деятельностью нижестоящих судов, обеспечивая единство применения законов.

В современных условиях данный подход сохраняет свои доминирующие позиции, подкрепляясь новым доводом: судебная практика не может являться источником права, ибо это противоречит принципу разделения властей. Однако, представляется, что правотворческая функция судов вполне совместима с конституционным принципом разделения властей. Судебная власть формирует правоприменительную практику (соответствующие правила) в процессе разрешения конкретных спорных ситуаций, рассматриваемых в рамках общих норм закона, и не претендует на узурпацию прерогатив законодательной власти по установлению абстрактных общеобязательных норм. Напротив, признание за отдельными органами судебной власти правотворческой функции способно обеспечить большую «эластичность» и эффективность законодательных предписаний.

Однако статус источника права не может признаваться за решение суда любой инстанции (содержащимися в нем правоположениями). Правотворческой функцией должны обладать только высшие суды Российской Федерации.

В последние годы российская судебная практика демонстрирует функционирование актов высших судебных органов в качестве источников права. Суды нижестоящих инстанций в своих решениях постоянно ссылаются на судебные акты, разъяснения и постановления пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ.

Е.Б. Абросимова отмечает, что «…постановления Пленума Верховного Суда РФ обладают признаками источника права:

1) являются способом внешнего выражения права;

2) выступают способом закрепления нормы;

3) принимаются уполномоченным на то органом Российского государства;

4) содержат именно нормы права, выраженные в абстрактной форме, адресованные неограниченному числу лиц;

5) рассчитаны на многократное применение;

6) подлежат обязательному опубликованию, иными словами обладают признаками нормативного акта, подзаконного характера».

В связи с этим целесообразно законодательно признать правотворческие функции за высшими судебными органами, в частности за Верховным Судом РФ и Высшим Арбитражным судом РФ. Такое правотворчество уже фактически существует. Косвенно нормотворческая функция судов закреплена в АПК, где указано, что судебное решение может быть отменено судом надзорной инстанции в случае нарушения единообразия толкования и применения норм права . Кроме того, в соответствии ФЗ «Об арбитражных судах в Российской Федерации» по вопросам своего ведения Пленум Высшего Арбитражного Суда РФ принимает постановления, обязательные для арбитражных судов в Российской Федерации.

Разъяснения и постановления высших судов является вторичным или производным источником права; они основываются на законе, конкретизируют и дополняют его с учетом реальных гражданско-правовых отношений. Придание постановлениям и разъяснениям Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ статуса источника права не будет противоречить принципу разделения властей, умалять роль Конституции РФ, федеральных конституционных законов и федеральных законов в системе источников права Российской Федерации. Высшие суды не могут иметь право непосредственно изменять закон, но функция толкования, предполагающая в случае необходимости возможность корректировки и конкретизации правовых норм, должна быть за ними признана.

Судебная практика неизбежно сопряжена с расширительным или ограничительным толкованием высшими судами Российской Федерации неясных законодательных положений, преодоление пробелов в законодательстве. В рамках требования единообразия судебной практики в качестве источника права должны рассматриваться только разъяснения и постановления пленумов Верховного Суда и Высшего Арбитражного Суда РФ, представляющие собой, в том числе, консолидированное мнение высших судов, в отношении однотипных решений, принятых судами низших инстанций по конкретным делам.

Нормативное постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации как источник российского права

Постановления Пленума ВС РФ, создающие или существенно дополняющие нормы права, находятся в среднем положении между общеобязательными нормативно-правовыми актами и заурядной судебной практикой, так как, официально не признаваясь источниками права, они могут использоваться судами при вынесении судебного решения или иного акта, заканчивающего судебное разбирательство, что закреплено в российских процессуальных кодексах (абз. 3 ч. 4.1 ст. 198 ГПК РФ, п. 4 ч. 4 ст. 180 КАС РФ, п. 5 ч. 4 ст. 170 АПК РФ).

Считается, что постановления Пленума ВС РФ нельзя относить к источникам права по следующим причинам.

Во-первых, это наделит суды полномочиями законодательной власти, тем самим нарушив принцип разделения властей. Во-вторых, это будет противоречить принципу демократизма, так как в России судей не выбирают. В-третьих, это нарушит правотворческий принцип романо-германской правовой семьи, в которой главным источником права является нормативный правовой акт. И, наконец, они являются актами толкования права и основываются на уже принятых нормах права.

Однако указанные аргументы являются несостоятельными по следующим причинам.

Во-первых, ВС РФ, фактически создавая норму права, все же исходит из имеющихся условий и уже действующих норм. Он не демонстрирует принципиально новое разрешение имеющегося пробела, а развивает мысль законодателя, логично дополняя нормы права. Таким образом, суды способствуют осуществлению правосудия, заполняя имеющиеся пробелы и несовершенства в законодательстве.

Во-вторых, судьи ВС РФ назначаются Советом Федерации Федерального Собрания Российской Федерации (далее – РФ) по представлению Президента РФ, которое вносится на основании представления Председателя ВС РФ [5, п. 1 ст. 6]. Президент РФ является выборным должностным лицом и избирается на всеобщих равных и прямых выборах при тайном голосовании [1, ч. 1 ст. 81]. Совет Федерации Федерального Собрания РФ состоит из представителей законодательных (представительных) и исполнительных органов государственный власти субъектов РФ, которые формируются также на основании всеобщих равных и прямых выборов при тайном голосовании, а также из представителей РФ, назначаемых Президентом РФ [1, ч. 2 ст. 95]. Таким образом, судьи ВС РФ назначаются на свои должности избранными представителями российского народа, что наделяет их правом издавать общеобязательные правила поведения в соответствии с принципом демократизма. Тем более, что все они являются высококачественными специалистами в праве.

В-третьих, право, как и любая социальная сущность, находится в постоянном развитии. Постепенно «граница» между англо-саксонской и романо-германской семьями права размывается, их институты взаимно внедряются в друг друга. Это означает, что идея судебного акта как источника права не должна отрицаться лишь по той причине, что это атрибут англо-саксонской правовой семьи.

Наконец, что касается позиционирования постановлений Пленума ВС РФ исключительно как актов толкования права, не содержащих нормы права.

Под нормой права понимается общеобязательное, формально-определённое правило поведения общего характера, предоставляющее лицам субъективные права и налагающее на них юридические обязанности, которое поддерживается силой государственного принуждения. При этом норма права распространяется на неопределённый круг лиц, на неопределённые обстоятельства и предназначена для многократного применения.

Постановления Пленума ВС РФ, разъясняя нормы права, приобретают большинство признаков нормативно-правовых актов. Их положения общеобязательны, носят предписывающий, предоставительно-обязывающий и нормативный характер, распространяют своё действие на неопределённый круг лиц, на неопределённые обстоятельства, рассчитаны на многократность повторения и обеспечиваются силой государственного принуждения в том смысле, что учитываются судами при вынесении судебных решений и иных актов.

В своей деятельности по разъяснению норм права, Пленум ВС РФ не ограничивается исключительно их толкованием, а зачастую выходит за рамки толкуемых норм права, фактически создавая новые нормы права.

Примером создания Пленумом ВС РФ нормы права является абз. 2 п. 52 постановления Пленума ВС РФ от 19.06.2012 N 13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции». В этом абзаце Пленум ВС РФ разъясняет ст. 334 ГПК РФ, устанавливающую полномочия суда апелляционной инстанции при рассмотрении частной жалобы, представления прокурора. Статья уполномочивает суд апелляционной инстанции после рассмотрения частной жалобы, представления прокурора либо оставить определение суда первой инстанции без изменения, жалобу, представление прокурора без удовлетворения, либо отменить определение суда полностью или в части и разрешить вопрос по существу [2, ст. 334].

В то же время абз. 2 п. 52 вышеуказанного постановления фактически дополняет норму закона, «разъяснив», что если судом первой инстанции дело по существу заявленных требований не было разрешено, то в случае отмены обжалуемого определения суда, вынесенного после принятия искового заявления (заявления) к производству суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции разрешает процессуальный вопрос по частной жалобе, представлению прокурора и направляет гражданское дело в суд первой инстанции для его дальнейшего рассмотрения по существу [3, абз. 2 п. 52]. Сам закон подобной нормы не содержит.

Под источником права понимают внешнюю форму выражения правовых норм. А внешней формой выражения правовых норм, созданных Пленумом ВС РФ, является постановление Пленума ВС РФ.

Таким образом, по мнению авторов настоящего исследования, постановления Пленума ВС РФ являются источниками права.

Однако мы считаем, что было бы нецелесообразно признать их источниками права в таком виде, в котором они существуют сейчас, так как не все постановления Пленума ВС РФ создают или существенно дополняют нормы права, а лишь некоторые из них. Большинство постановлений Пленума ВС РФ носят индивидуально-правовой характер и принимаются в рамках реализации полномочий, предусмотренных п. п. 2-14 ч. 3 ст. 5 ФКЗ от 05.02.2014 N 3-ФКЗ «О Верховном Суде Российской Федерации» [4, п. п. 2-14 ч. 3 ст. 5].

Итак, мы предлагаем формализовать постановления Пленума ВС РФ, создающие или существенно дополняющие нормы права, как источники права в виде Нормативных постановлений Пленума ВС РФ (НППВСРФ). В системе источников права РФ такие акты должны занять место после федеральных законов.

1. Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993 с изменениями, одобренными в ходе общероссийского

ПОСТАНОВЛЕНИЯ ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РФ КАК ИСТОЧНИК ПРАВА Текст научной статьи по специальности «Право»

Аннотация научной статьи по праву, автор научной работы — Чесноков Максим Владимирович, Олейник Елена Николаевна, Чесноков Даниил Максимович

Судебный прецедент , как источник права , характерен для стран англо-саксонской правовой семьи, так как норма права создается из конкретного судебного акта и носит общеобязательный характер для других судов рассматривающих аналогичные споры. Российская Федерация относится к странам романо-германской правовой семьи , то есть единственным источником права , соответственно, является законодательство. В последнее же время в мире наблюдается смещение законодательства различных стран к «смешанной» правовой семье. Страны англо-саксонской правовой семьи принимают законы, обязательные для применения. Суды в странах романо-германской правовой семьи все чаще выносят судебные акты, руководствуясь разъяснениями вышестоящего суда. В России судебная практика Верховного Суда Российской Федерации складывается в постановлениях , или, как еще указывают, в разъяснениях . Мнение, что указанные постановления ( разъяснения ) не относятся к источникам права , доминирует в правовой доктрине. В связи с этим актуальность выбранной темы не вызывает сомнений. В настоящей статье будут рассмотрены основные точки зрения, касающиеся поставленного вопроса. В последующем автором статьи будут сделаны соответствующие выводы и предложено свое понимание вопроса, а именно, являются ли источниками права постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации или нет.

Похожие темы научных работ по праву , автор научной работы — Чесноков Максим Владимирович, Олейник Елена Николаевна, Чесноков Даниил Максимович

THE PLENUM DECISIONS OF THE SUPREME COURT OF THE RUSSIAN FEDERATION AS A SOURCE OF LAW

Judicial precedent , as a source of law , is typical for the countries of the Anglo-Saxon legal family , as the rule of law is created from a particular court decision and has obligatory character for other courts considering similar disputes. The Russian Federation belongs to the countries of the Romano-Germanic legal family , where the only source of law is legislation. Recently, in the world, there has been a shift in the legislation of various countries to a “mixed” legal family. The countries of the Anglo-Saxon legal family pass laws that are binding. Courts in the countries of the Romano-Germanic legal family are increasingly issuing judicial decision, guided by the explanations of a higher court. In Russia, the jurisprudence of the Supreme Court of the Russian Federation is formed in decisions or in clarifications. The opinion, that the above-mentioned decisions (clarifications) do not belong to the sources of law, dominates the legal doctrine. In this regard, the relevance of the chosen topic is not in doubt. This article will discuss the main points of view regarding the question posed. Subsequently, the author of the article will draw the appropriate conclusions and suggest his own understanding of the question, namely, whether the Plenum decisions of the Supreme Court of the Russian Federation are sources of the law or not.

Текст научной работы на тему «ПОСТАНОВЛЕНИЯ ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РФ КАК ИСТОЧНИК ПРАВА»

Chesnokov Maksim Vladimirovich, Oleynik Elena Nikolaevna, Chesnokov Daniil Maximovich THE PLENUM DECISIONS OF THE SUPREME COURT OF THE RUSSIAN .

ПОСТАНОВЛЕНИЯ ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РФ КАК ИСТОЧНИК ПРАВА

Чесноков Максим Владимирович, преподаватель

Олейник Елена Николаевна, аспирант Чесноков Даниил Максимович, студент

Югорский государственный университет (628012, Россия, Ханты-Мансийск, улица Чехова, 16, e-mail: chesnokovdany@yandex.ru)

Аннотация. Судебный прецедент, как источник права, характерен для стран англо-саксонской правовой семьи, так как норма права создается из конкретного судебного акта и носит общеобязательный характер для других судов рассматривающих аналогичные споры. Российская Федерация относится к странам романо-германской правовой семьи, то есть единственным источником права, соответственно, является законодательство. В последнее же время в мире наблюдается смещение законодательства различных стран к «смешанной» правовой семье. Страны англосаксонской правовой семьи принимают законы, обязательные для применения. Суды в странах романо-германской правовой семьи все чаще выносят судебные акты, руководствуясь разъяснениями вышестоящего суда. В России судебная практика Верховного Суда Российской Федерации складывается в постановлениях, или, как еще указывают, в разъяснениях. Мнение, что указанные постановления (разъяснения) не относятся к источникам права, доминирует в правовой доктрине. В связи с этим актуальность выбранной темы не вызывает сомнений. В настоящей статье будут рассмотрены основные точки зрения, касающиеся поставленного вопроса. В последующем автором статьи будут сделаны соответствующие выводы и предложено свое понимание вопроса, а именно, являются ли источниками права постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации или нет.

Ключевые слова: источник права, Пленум Верховного Суда, прецедент, толкование, разъяснение, законодатель, правотворчество, романо-германская правовая семья, англо-саксонская правовая семья, норма права, общеобязательность, единообразие, нормативность, судебное решение, постановление.

THE PLENUM DECISIONS OF THE SUPREME COURT OF THE RUSSIAN FEDERATION AS A SOURCE OF LAW

Chesnokov Maksim Vladimirovich, lecturer Oleynik Elena Nikolaevna, PhD student Chesnokov Daniil Maximovich, student

Yugra State University

(628012, Russia, Khanty-Mansiysk, Chekhova str., 16, e-mail: chesnokovdany@yandex.ru)

Abstract. Judicial precedent, as a source of law, is typical for the countries of the Anglo-Saxon legal family, as the rule of law is created from a particular court decision and has obligatory character for other courts considering similar disputes. The Russian Federation belongs to the countries of the Romano-Germanic legal family, where the only source of law is legislation. Recently, in the world, there has been a shift in the legislation of various countries to a "mixed" legal family. The countries of the Anglo-Saxon legal family pass laws that are binding. Courts in the countries of the Romano-Germanic legal family are increasingly issuing judicial decision, guided by the explanations of a higher court. In Russia, the jurisprudence of the Supreme Court of the Russian Federation is formed in decisions or in clarifications. The opinion, that the above-mentioned decisions (clarifications) do not belong to the sources of law, dominates the legal doctrine. In this regard, the relevance of the chosen topic is not in doubt. This article will discuss the main points of view regarding the question posed. Subsequently, the author of the article will draw the appropriate conclusions and suggest his own understanding of the question, namely, whether the Plenum decisions of the Supreme Court of the Russian Federation are sources of the law or not.

Keywords: a source of law, Plenum of the Supreme Court, judicial precedent, explanation, clarification, legislator, lawmaking, Romano-Germanic legal family, Anglo-Saxon legal family, rule of law, general validity, uniformity, normativity, court decision, resolution.

В общей теории права сложилось двоякое мнение по рассматриваемому вопросу, а именно, отнесение постановлений Пленума Верховного Суда РФ к источникам права или же наоборот не признания последних таковыми. В первую очередь это связано, что российское право сближено с романо-германской правовой семьей, где основной источник права — Закон. Судебный прецедент, как источник права, применим в странах где национальное право отнесено к англосаксонской правовой семье.

Целью настоящего исследования является рассмотрение вопроса возможности отнесения постановления Пленума Верховного Суда РФ к источникам права. Выбор методов предопределен поставленной целью исследования. Методы: диалектический, системный, логический, формально-юридический и другие.

Ряд ученых являются приверженцами точки зрения, согласно которой постановления Пленума Верховного

Суда РФ не относятся к источникам права. К ним можно отнести, например, С.С. Алексеева [1, с. 355], Л.Д. Гаухмана [2, с. 268], А.И. Рарога [3, с. 53-57], В.Д. Зорькина [4, с.126]

Если указать вкратце, то доводы указанного подхода сводятся к следующему. Закон есть продукт правотворчества, а Пленум Верховного Суда РФ только осуществляет деятельность в области толкования законодательства РФ. Предметом же толкования выступает текст, посредством которого выражаются нормы права, то есть воля законодательного органа.

Некоторые научные деятели отмечают, что к источникам права можно отнести только судебные акты, издаваемые Конституционным Судом РФ [5, 6, с. 592, 7].

К сторонникам признания постановлений Пленума Верховного Суда РФ источниками права, с определенными уточнениями и ограничениями, можно отнести В.П. Коняхина [8, с. 126-127], Ю.Е. Пудовочкина [9, с. 47-48], С.С. Пирвагидова [10, с. 213-217], С.Л. Иванова [11, с. 43-51], З.М. Сулейманова [12], К.В. Ображиева

Чесноков Максим Владимирович, Олейник Елена Николаевна, Чесноков Даниил Максимович ПОСТАНОВЛЕНИЯ ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РФ .

[13, с. 184], Т.К. Примак [14, с. 2] и других.

Рассмотрим доводы авторов, предлагающих отнесение постановлений Пленума Верховного Суда РФ к источникам права.

Безусловно, закон подразумевает в основном общие положения, закрепленные в нормах права. Судебные же акты Пленума Верховного Суда РФ вносят конкретизацию в те или иные положения законодательства [15, с. 31-35]. В связи с этим имеется момент, который необходимо отметить. Это нормативное содержание разъяснений Пленума Верховного Суда РФ. Например, В.Н. Кудрявцев [16, с. 102] указывает, что Пленум Верховного Суда РФ раскрывает признаки преступлений в своих разъяснительных актах. Например, в правовой доктрине велись споры относительно области деятельности ст. 159.1 Уголовного кодекса РФ [17, с. 285-288]. В судебной практике также отсутствовало единство в понимании данного вопроса. Но Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 30.11.2017 за № 48 указал, что сферой действия ст. 159.1 Уголовного кодекса РФ являются общественные отношения, регламентированные ст. 819 Гражданского кодекса РФ.

Таким образом, толкуя ту или иную норму права, Пленум Верховного Суда РФ дополняет ее содержание, то есть объективно появляются нормативные положения [18, с. 8-9].

Постановления Пленума Верховного Суда РФ носят общеобязательный характер, то есть обязательны для применения всеми судами при вынесении судебного решения или приговора. Данное утверждение исходит из следующего.

В силу ст. 126 Основного закона РФ [19] Верховный Суд РФ дает разъяснения по вопросам судебной практики. Федеральный конституционный закон, посвященный Верховному Суду РФ [20], конкретизирует указанную функцию, а именно, Пленум Верховного Суда РФ дает разъяснения с целью обеспечения единообразия судебной практики. Термин «единообразный» означает «устроенный по единому образцу» [21, с. 161]. Таким образом, нижестоящие суды обязаны применять постановления Пленума Верховного Суда РФ с целью достижения исполнения принципа единообразия судебной практики.

При этом нельзя в данной ситуации оперировать принципом независимости судей, так как указанный принцип направлен на устранение вмешательства в принятии судом того или иного судебного акта. Судьи же зависимы от законодательства, которое и разъясняет Пленум Верховного Суда РФ.

Если же отказаться от обязательности постановлений, выносимых Пленумом Верховного Суда РФ то можно прийти к проблеме, которая уже не раз поднималась в научных трудах. Мы говорим о существующем судебном усмотрении, который наполнен субъективизмом. Не раз практикующие юристы высказывались о возможности вынесения разных по своему содержанию судебных решений или приговоров одним и тем же судьей по однотипным судебным спорам. Один предмет и одно основание только разные стороны, а судебные акты противоположны по суждению и итоговому умозаключению.

Следующий момент, связанный с признаниями постановлений Пленума Верховного Суда РФ источниками права отражается в следующем.

Толкование и правотворчество связаны с мыслительным процессом с целью создания чего-то нового, а конкретнее, содержание правовой нормы. Поэтому деятельность Пленума Верховного Суда РФ связанная с толкованием закона является продолжением законотворческой деятельности [22, с. 71]. Формирование определения понятий может быть сформулировано как в правотворчестве, так и в нормативном толковании [23, с. 147]. Пленум Верховного Суда не раз формулировал определения или же раскрывал понятия. Например,

Пленум Верховного Суда РФ:

1) определил понятие «выгодоприобретатель» в сделках с заинтересованностью (п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» [24]);

2) разъяснил круг лиц, которых можно отнести к нетрудоспособным иждивенцам по делам о наследовании (п. 31 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» [25]);

3) раскрыл понятие «другая местность» в трудовых правоотношениях (п. 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» [26]);

4) сформулировал понятие обмана указанного в ст. 159 Уголовного кодекса РФ (п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 года № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» [27]);

5) определил, что необходимо понимать под деловыми качествами работника (абз. 6 п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» [28]);

6) сформулировал понятия «служебная деятельность», «общественный долг», «особая жестокость», «общеопасный способ» (постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 января 1999 г. № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)»[29]) и т.д.

В указанных примерах Пленум Верховного Суда конкретизировал содержание норм права, то есть продолжил правотворческий процесс. Но необходимо разграничивать толкование как логическое развитие нормы права и способ, при котором норма права подвергается конструированию.

Вернемся к п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» [24], в котором закреплено понятие «выгодоприобретатель» в сделках с заинтересованностью и даны присущие ему признаки:

1) лицо (как физическое, так и юридическое) не являющееся стороной сделки;

2) освобождение (в результате совершения сделки) от обязанностей перед обществом или третьим лицом;

3) получение прав по следке, в которой лицо не участвовало;

4) извлечение иным образом, кроме указанных выше, имущественной выгоды;

5) лицо-должник за обязательство, которого общество выступает поручителем или залогодателем.

Как мы можем наблюдать, Пленум Верховного Суда устранил пробел в праве и закрепил нормативные положения, отсутствующие в законодательстве. Нормативность проявилась в данных Пленумом Верховного суда определениях состоящих из признаков. Также изложенным понятием «выгодоприобретатель» стали пользоваться нижестоящие суды. Например, в постановлении Арбитражного Суда Уральского округа от 12 марта 2019 года за № Ф09-505/19 указано «кроме того, руководствуясь положениями статьи 10 Федерального закона от 25.12.2008 N 273-ФЗ «О противодействии коррупции», правовой позицией, изложенной в абзаце 2 пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность».

Точка зрения о признании постановлений Пленума Верховного Суда РФ источниками права свое усиление находит:

Chesnokov Maksim Vladimirovich, Oleynik Elena Nikolaevna, Chesnokov Daniil Maximovich

THE PLENUM DECISIONS OF THE SUPREME COURT OF THE RUSSIAN .

1) в фактах использования судебными органами в качестве нормативных актов [23, с. 153];

2) в том, что иные государственные органы руководствуются постановлениями Пленума Верховного Суда РФ.

Примером может послужить п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» [30]. В указанном пункте Пленум Верховного Суда РФ сформулировал понятие длящегося правонарушения.

Согласно СПС «КонсультантПлюс» на п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005 № 5 неоднократно сослались нижестоящие суды при вынесении судебных актов. Например, постановление Арбитражного Суда Дальневосточного округа от 16 мая 2017 года за № Ф03-1173/2017 [31], постановление Арбитражного Суда Уральского округа от 18 апреля 2017 года за № Ф09-339/17 [32], решение Оренбургского областного Суда от 27 января 2017 года по делу за № 21-1/2017 [33] и т.д. Также на п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» [30] сослался Конституционный Суд РФ в определении от 26 марта 2019 года за № 825-О [34].

Определением, данным Пленумом Верховного Суда РФ, пользовались и иные государственные органы, не относящиеся к органам судебной власти. Это, например, Управление ФАС по Ростовской области [35],Управление ФАС по Мурманской области [36], Управление ФАС по Тюменской области [37].

Да и сам Верховный Суд косвенно указывал на нормативность данного Пленумом Верховного Суда определения длящегося правонарушения, используя следующие выражения в судебных актах:

1. «При применении данной нормы судьям необходимо исходить из того, что длящимся является такое административное правонарушение. » [38, 39, 40];

2. «Разъяснено, что длящимся является такое административное правонарушение» [42] и т.д.

В связи с вышеуказанным мы можем присоединиться к авторам указывающих, что постановления Пленума Верховного Суда РФ являются источниками права, но с одним уточнением. Постановления Пленума Верховного Суда являются источниками права, которые дополняют и развивают законодательство, не противореча последнему, и устраняют пробелы в праве.

И последний момент, на котором хотелось бы остановиться. Нельзя признать источниками права судебные акты, выносимые Верховным Судом РФ по конкретным делам в связи со следующим. Решения Верховного Суда по конкретным делам общеобязательного и нормативного характера не имеют. И у нижестоящих судов отсутствует обязанность применять правовую позицию, закрепленную в указанных судебных актах [13, с. 186]. Нижестоящие суды используют уже сложившуюся судебную практику, закрепленную в постановлениях Пленума Верховного Суда РФ.

1. Общая теория права. Курс в 2-х томах. Т. 1 /Алексеев С.С. -М.: Юрид. лит., 1981. — 360 с.

2. Квалификация преступлений: закон, теория, практика / Гаухман Л.Д.. — М.: Центр ЮрИнфоР, 2001. — 316 с.

3. Рарог А.И. Правовое значение разъяснений Пленума Верховного Суда РФ //Государство и право. — М.: Наука, 2001, № 2. — С. 51-57.

4. Зорькин В.Д. Россия и Конституция в XXI веке. — 2-е издание, дополненное. — Монография. — М. : Норма, 2008. — 592 с.

5. Мильшин Ю.Н., Чанов С.Е. Муниципальное право России: Учеб. пособие. М.: Дашков и К, 2006, — 404 с.

6. Местное самоуправление и конституционное правосудие. Конституционализация муниципальной демократии в России / Бондарь Н.С. — М.: Норма, 2008. — 592 с.

7. Гринченко К.А. Источники муниципального права Российской Федерации // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 09.11.2019 года)

8. Теоретические основы построения общей части российского уголовного права / Коняхин В.П. — С.-Пб.: Юрид. центр Пресс, 2002. — 348 с.

9. Пудовочкин Ю.Е. Ювенальное уголовное право // Журнал российского права. — М.: Норма, 2002, № 3. — С. 44-52.

10. Понятие, принципы и источники уголовного права: сравнительно-правовой анализ законодательства России и стран Содружества Независимых Государств / Пирвагидов С.С., Пудовочкин Ю.Е. — С.-Пб.: Юрид. центр Пресс, 2003. — 297 с.

11. Иванов С.А. Трудовое право переходного периода: новые источники // Государство и право. — М.: Наука, 1996, № 1. — С. 43-51.

12. Судебные решения как источник муниципального права России. Автореф. дис. . канд. юрид. наук / Сулейманов З.М. — Ставрополь, 2011. -19 с.

13. Формальные (юридические) источники российского уголовного права: Монография / Ображиев К.В. — М.: Юрлитинформ, 2010. — 216 с.

14. Примак Т.К. Реформа гражданского права: проблемы модернизации //Российская юстиция. — М.: Юрист, 2012, № 5. — С. 2-4.

15. Судебная практика и уголовный закон / Ткешелиадзе Г.Т.; Отв. ред.: Церетели Т.В. — Тбилиси: Мецниереба, 1975. -175 с.

16. Кудрявцев В.Н. Общая теория квалификации преступлений. — М., «Юридическая литература», 1972. 352 с.

17. Чесноков М.В. Непосредственный объект мошенничества в сфере кредитования // Балтийский гуманитарный журнал. 2016. № 3(16). Т. 5. С. 285-288.

18. Наумов А. Судебный прецедент как источник уголовного права //Российская юстиция. -М.: Юрид. лит., 1994, № 1. — С. 8-11

19. Конституция РФ // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 12.11.2019 года)

20. Федеральный конституционный закон от 5 февраля 2014 г. № 3-ФКЗ «О Верховном Суде Российской Федерации» // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 13.11.2019 года)

21. Ожегов С.И. Толковый словарь русского языка: около 100 000 слов, терминов и фразеологических выражений / С. И. Ожегов ; под ред. проф. Л. И. Скворцова. — 27-е изд., испр. — Москва : Оникс : Мир и Образование, 2011. — 736 с.

22. Дроздов Г.В. Правовая природа разъяснений закона высшими органами судебной власти // Советское государство и право. — М.: Наука, 1992, № 1. — С. 70-77.

23. Бибик О.Н. Источники уголовного права Российской Федерации. — СПб.: Издательство Р. Асланова «Юридический центр Пресс», 2006. — 243 с.

24. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 16.11.2019 года)

25. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 16.11.2019 года)

26. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 17.11.2019 года)

27. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 года № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 17.11.2019 года)

28. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 19.11.2019 года)

29. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 января 1999 г. № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 19.11.2019 года)

30. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 23.11.2019 года)

31. Постановление Арбитражного Суда Дальневосточного округа от 16 мая 2017 года за № Ф03-1173/2017 // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 23.11.2019 года)

32. Постановление Арбитражного Суда Уральского округа от 18 апреля 2017 года за № Ф09-339/17// СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 23.11.2019 года)

33. Решение Оренбургского областного Суда от 27 января 2017 года по делу за № 21-1/2017 // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 24.11.2019 года)

34. Определение Конституционного Суда РФ от 26 марта 2019 года за № 825-О // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 24.11.2019 года)

35. Постановление Управления ФАС по Ростовской области от 4 июля 2017 года за № 1001/02 // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 24.11.2019 года)

36. Постановление Управления ФАС по Мурманской области от 6 декабря 2016 года за № 05-04-16/30 // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 24.11.2019 года)

Чесноков Максим Владимирович, Олейник Елена Николаевна, Чесноков Даниил Максимович

ПОСТАНОВЛЕНИЯ ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РФ .

37. Постановление Управления ФАС по Тюменской области от 16 марта 2012 года за № А11/274-05 // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 25.11.2019 года)

38. Постановление Верховного Суда РФ от 27 января 2017 года за № 59-АД17-1 // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 25.11.2019 года)

39. Постановление Верховного Суда РФ от 13 февраля 2017 года за № 84-АД16-9 // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 25.11.2019 года)

40. Постановление Верховного Суда РФ от 16 февраля 2017 года за № 3-АД17-1 // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 25.11.2019 года)

41. Постановление Верховного Суда РФ от 22 ноября 2017 года за № 307-АД17-9528 // СПС «Консультант Плюс» (дата обращения 25.11.2019 года)

Статья поступила в редакцию 19.02.2020 Статья принята к публикации 27.05.2020

Иное — Прокуратура Иркутской области

Проблема о значении и роли постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации и решений Конституционного Суда Российской Федерации попала во внимание и начала изучаться правоведами еще с начала судебной реформы, стоит заметить, что данный вопрос не потерял своей актуальности и на сегодняшний день.

Раскрывая ключевое понятие, как «судебная практика», председатель Верховного суда Российской Федерации, профессор В.М. Лебедев, характеризует судебную практику, как решение высших судебных органов по конкретным делам, связанных с толкованием и применением права, когда в правоприменительной практике отсутствует однозначное толкование правовых норм. Автор приведенного высказывания справедливо замечет, что полемика по поводу юридического статуса судебной практики и признания (не признания) ее источником права относится к решениям и постановлениям высших судебных инстанций, связанных с толкованием и применением права.

Например, теоретик-процессуалист, в бывшем, адвокат и судья, Е.В. Васьковский, судебную практику рассматривал, как вспомогательный источник процессуального права, так как иногда положения, содержащихся в разъяснениях вышестоящих судов, называют интерпретационными нормами, обязательность которых носит не формальный, а фактический характер.

Исходя из вышесказанного полагаем, что решения Конституционного Суда РФ и постановления Пленума Верховного Суда РФ могут рассматриваться в качестве источников процессуального права, однако вопрос о правовой природе решений Конституционного Суда РФ (далее КС РФ) является спорным. По мнению одних авторов, КС РФ принимает участие в правотворчестве и его решения являются источником гражданского и уголовного процессуального права, другие же отрицают данную точку зрения.

В учебниках по теории права судебная практика в качестве источника права не признается. Так, российский ученый – правовед В.С. Нерсесянц пишет, что КС РФ вправе дать лишь правовую оценку нормативно-правовому акту в смысле его соответствия или несоответствия Конституции, закону. По утверждению российского ученого – правоведа Ю.К. Толстого, указанные решения не являются источниками права, поскольку в них отсутствует такой квалифицирующий признак как нормативность.

Противоположная и также верная на наш взгляд точка зрения у бывшего судьи Конституционного суда РФ Б.С. Эбзева. Он, проанализировав деятельность КС РФ сделал вывод, что с одной стороны КС РФ является органом правосудия, а с другой, — органом государственной власти, исходя из этого нет оснований рассматривать деятельность КС РФ только как судебную деятельность. Данная особенность является значительным фактором, влияющим на оценку юридической природы решений КС РФ.

Некоторые авторы считают, к источникам процессуального права относятся не только решения о конституционности норм законодательных актов, но и решения, которыми КС РФ дает толкование норм Конституции или законов РФ, в связи, с чем выступает в роли второго законодателя. Решения, которыми КС РФ дает толкование, действительно, обладают некоторыми свойствами источников права (например, общеобязательность), которые придают им нормативный характер.

Ярким примером является решение КС РФ от 14 мая 2012 года № 11-П по делу о проверке конституционности положения абз.2 ч.1 ст.446 ГПК РФ, в связи с жалобами граждан Ф.Х. Гумеровой и Ю.А. Шикунова. Рассмотрев жалобы, КС РФ решил признать, что данные положения не противоречат Конституции Российской Федерации. Это решение имело большое значение для защиты конституционного права на жилище не только самого гражданина, который являлся должником, но и всех его членов семьи, а также способствовал данным лицам на обеспечение нормальных условий существования и гарантий их социально-экономических прав, ну и в конечном счете – на реализацию обязанности государства охранять достоинство личности.

Хоть суд не установил новых правил поведения и не внес изменение в существующее, тем не менее, он все-таки имеет правотворческих характер, так как последнее предполагает также отмену того или иного действующего нормативного акта либо его отдельной нормы, что в свою очередь порождает новые права и обязанности у участников общественных отношений. Такого рода решения КС РФ, на наш взгляд, имеют нормотворческий характер и их можно признать источником права.

Говоря о правовой природе Постановлений Пленума Верховного Суда РФ (далее ПП ВС РФ), то по данной проблеме также высказаны различные точки зрения. Действующий закон не относит к числу источников процессуального права ПП ВС РФ, но стоит заметить, что его разъяснения по вопросам применения норм имеют большое значение, которое помогают правильному толкованию и применению закона на всей территории Российской Федерации, способствуя избежать судебных ошибок.

Весьма интересная позиция у профессора В.М Лебедева по данному вопросу. Он отмечает, что в ПП ВС РФ, не могут выступать в качестве первичного источника процессуального права. Это всегда вторичные правовые нормы, пишет автор. Что не исключает возможности ссылаться на постановления Пленума или Президиума ВС РФ в решении по конкретному делу.

Так же и юрист А.Т. Боннер, характеризует ПП ВС РФ как «своеобразный заменитель нормативного акта». При этом он считает, что Пленум ВС РФ занимается нормотворчеством, но тоже время не относит его к источникам процессуального права. В.В Лазарев – ученый, правовед, наоборот отстаивает противоположную точку зрения, утверждая, что ПП ВС имеют нормативный характер.

Заместитель Председателя Верховного Суда В.М Жуйков, сторонник судебной практики и считает, что ПП ВС РФ могут носить различный характер, например, напоминать о необходимости тех или иных процессуальных норм, обобщать судебную практику, а также разъяснять существующие нормы и устранять пробелы в праве.

Одним из примеров подобного рода является ПП ВС РФ №2 от 20 января 2003 года (в ред. от 10.02.2009 г.) «О некоторых вопросах в связи с принятием и введением в действие ГПК РФ» или ПП ВС РФ № 48 от 15 ноября 2016 года «О практике применения судами законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности». В данном случае введены нормы, отсутствующие в процессуальном праве, по которым следует оценивать существенность нарушения норм материального права. Получается, что ПП ВС РФ вводит новые правила в процедуру рассмотрения гражданских и уголовных дел и это имеет конституционную основу, а значит обязательны для всех судов общей юрисдикции.

Также, проведенный анализ показал, что судьи справедливо дают высокую оценку значению ПП ВС РФ в обеспечении надлежащего правосудия в сфере уголовного судопроизводства. Следует вывод, что на практике ПП ВС является гарантией стабильности и законности.

Исходя из вышесказанного нужно отметить, что вопрос о роли и значении решений КС РФ и ПП ВС РФ как источника процессуального права является очень спорным. Но в ходе изучения данной проблемы, замечается тенденция к развитию значения решений КС РФ и ПП ВС РФ, как источника процессуального права. Таким образом, решение КС РФ И ПП ВС РФ, действительно, являются одновременно результатом применения норм права при осуществлении правосудия, а также источником дальнейшего развития процессуального права, но официально как источник процессуального права не закреплен законодательством.

Старший помощник прокурора
Октябрьского района г. Иркутска С.А. Федоров

  • Вконтакте
  • LiveJournal

Прокуратура
Иркутской области

Прокуратура Иркутской области

24 декабря 2020, 13:31

Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и решения Конституционного Суда Российской Федерации, как источники процессуального права

Проблема о значении и роли постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации и решений Конституционного Суда Российской Федерации попала во внимание и начала изучаться правоведами еще с начала судебной реформы, стоит заметить, что данный вопрос не потерял своей актуальности и на сегодняшний день.

Раскрывая ключевое понятие, как «судебная практика», председатель Верховного суда Российской Федерации, профессор В.М. Лебедев, характеризует судебную практику, как решение высших судебных органов по конкретным делам, связанных с толкованием и применением права, когда в правоприменительной практике отсутствует однозначное толкование правовых норм. Автор приведенного высказывания справедливо замечет, что полемика по поводу юридического статуса судебной практики и признания (не признания) ее источником права относится к решениям и постановлениям высших судебных инстанций, связанных с толкованием и применением права.

Например, теоретик-процессуалист, в бывшем, адвокат и судья, Е.В. Васьковский, судебную практику рассматривал, как вспомогательный источник процессуального права, так как иногда положения, содержащихся в разъяснениях вышестоящих судов, называют интерпретационными нормами, обязательность которых носит не формальный, а фактический характер.

Исходя из вышесказанного полагаем, что решения Конституционного Суда РФ и постановления Пленума Верховного Суда РФ могут рассматриваться в качестве источников процессуального права, однако вопрос о правовой природе решений Конституционного Суда РФ (далее КС РФ) является спорным. По мнению одних авторов, КС РФ принимает участие в правотворчестве и его решения являются источником гражданского и уголовного процессуального права, другие же отрицают данную точку зрения.

В учебниках по теории права судебная практика в качестве источника права не признается. Так, российский ученый – правовед В.С. Нерсесянц пишет, что КС РФ вправе дать лишь правовую оценку нормативно-правовому акту в смысле его соответствия или несоответствия Конституции, закону. По утверждению российского ученого – правоведа Ю.К. Толстого, указанные решения не являются источниками права, поскольку в них отсутствует такой квалифицирующий признак как нормативность.

Противоположная и также верная на наш взгляд точка зрения у бывшего судьи Конституционного суда РФ Б.С. Эбзева. Он, проанализировав деятельность КС РФ сделал вывод, что с одной стороны КС РФ является органом правосудия, а с другой, — органом государственной власти, исходя из этого нет оснований рассматривать деятельность КС РФ только как судебную деятельность. Данная особенность является значительным фактором, влияющим на оценку юридической природы решений КС РФ.

Некоторые авторы считают, к источникам процессуального права относятся не только решения о конституционности норм законодательных актов, но и решения, которыми КС РФ дает толкование норм Конституции или законов РФ, в связи, с чем выступает в роли второго законодателя. Решения, которыми КС РФ дает толкование, действительно, обладают некоторыми свойствами источников права (например, общеобязательность), которые придают им нормативный характер.

Ярким примером является решение КС РФ от 14 мая 2012 года № 11-П по делу о проверке конституционности положения абз.2 ч.1 ст.446 ГПК РФ, в связи с жалобами граждан Ф.Х. Гумеровой и Ю.А. Шикунова. Рассмотрев жалобы, КС РФ решил признать, что данные положения не противоречат Конституции Российской Федерации. Это решение имело большое значение для защиты конституционного права на жилище не только самого гражданина, который являлся должником, но и всех его членов семьи, а также способствовал данным лицам на обеспечение нормальных условий существования и гарантий их социально-экономических прав, ну и в конечном счете – на реализацию обязанности государства охранять достоинство личности.

Хоть суд не установил новых правил поведения и не внес изменение в существующее, тем не менее, он все-таки имеет правотворческих характер, так как последнее предполагает также отмену того или иного действующего нормативного акта либо его отдельной нормы, что в свою очередь порождает новые права и обязанности у участников общественных отношений. Такого рода решения КС РФ, на наш взгляд, имеют нормотворческий характер и их можно признать источником права.

Говоря о правовой природе Постановлений Пленума Верховного Суда РФ (далее ПП ВС РФ), то по данной проблеме также высказаны различные точки зрения. Действующий закон не относит к числу источников процессуального права ПП ВС РФ, но стоит заметить, что его разъяснения по вопросам применения норм имеют большое значение, которое помогают правильному толкованию и применению закона на всей территории Российской Федерации, способствуя избежать судебных ошибок.

Весьма интересная позиция у профессора В.М Лебедева по данному вопросу. Он отмечает, что в ПП ВС РФ, не могут выступать в качестве первичного источника процессуального права. Это всегда вторичные правовые нормы, пишет автор. Что не исключает возможности ссылаться на постановления Пленума или Президиума ВС РФ в решении по конкретному делу.

Так же и юрист А.Т. Боннер, характеризует ПП ВС РФ как «своеобразный заменитель нормативного акта». При этом он считает, что Пленум ВС РФ занимается нормотворчеством, но тоже время не относит его к источникам процессуального права. В.В Лазарев – ученый, правовед, наоборот отстаивает противоположную точку зрения, утверждая, что ПП ВС имеют нормативный характер.

Заместитель Председателя Верховного Суда В.М Жуйков, сторонник судебной практики и считает, что ПП ВС РФ могут носить различный характер, например, напоминать о необходимости тех или иных процессуальных норм, обобщать судебную практику, а также разъяснять существующие нормы и устранять пробелы в праве.

Одним из примеров подобного рода является ПП ВС РФ №2 от 20 января 2003 года (в ред. от 10.02.2009 г.) «О некоторых вопросах в связи с принятием и введением в действие ГПК РФ» или ПП ВС РФ № 48 от 15 ноября 2016 года «О практике применения судами законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности». В данном случае введены нормы, отсутствующие в процессуальном праве, по которым следует оценивать существенность нарушения норм материального права. Получается, что ПП ВС РФ вводит новые правила в процедуру рассмотрения гражданских и уголовных дел и это имеет конституционную основу, а значит обязательны для всех судов общей юрисдикции.

Также, проведенный анализ показал, что судьи справедливо дают высокую оценку значению ПП ВС РФ в обеспечении надлежащего правосудия в сфере уголовного судопроизводства. Следует вывод, что на практике ПП ВС является гарантией стабильности и законности.

Исходя из вышесказанного нужно отметить, что вопрос о роли и значении решений КС РФ и ПП ВС РФ как источника процессуального права является очень спорным. Но в ходе изучения данной проблемы, замечается тенденция к развитию значения решений КС РФ и ПП ВС РФ, как источника процессуального права. Таким образом, решение КС РФ И ПП ВС РФ, действительно, являются одновременно результатом применения норм права при осуществлении правосудия, а также источником дальнейшего развития процессуального права, но официально как источник процессуального права не закреплен законодательством.

Старший помощник прокурора
Октябрьского района г. Иркутска С.А. Федоров

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *