Почему в татарстане своя конституция
Перейти к содержимому

Почему в татарстане своя конституция

  • автор:

Больше никакого президента. Как Татарстан по требованию Москвы меняет свою Конституцию

Рустам Минниханов на своей инаугурации. 18 сентября 2020 года

Татарстан с 1 января 2023 года вынужден отказаться от должности президента республики. Теперь президент будет именоваться "глава Республики Татарстан". На этом долгое время настаивал федеральный центр. Но поправки в Конституцию РТ (без какого-либо общественного обсуждения) были внесены в Госсовет лишь вчера — буквально за 10 дней до установленного Госдумой срока. Депутаты республики также решили исключить из Конституции упоминание суверенитета и гражданства Татарстана, признается утратившей силу статья о том, что Татарстан "отвергает войну" и запрещает ее пропаганду. На какие изменения пойдет республика — в материале "Idel.Реалии".

Проект закона "О внесении изменений в Конституцию Республики Татарстан" внесли в Госсовет 37 депутатов. Все они члены или сторонники партии "Единая Россия". А рабочую группы возглавлял руководитель фракции единороссов, вице-спикер парламента Юрий Камалтынов. Представителей других политических партий среди соавторов "новой" Конституции не оказалось. Всего же в Госсовете 100 депутатов.

"Законопроект направлен на приведение Конституции Республики Татарстан в соответствие с законом Российской Федерации о поправке к Конституции Российской Федерации от 14 марта 2020 года", — говорится в пояснительной записке к татарстанскому проекту. Также депутаты исполняют федеральный конституционный закон от 8 декабря 2020 года "О внесении изменений в отдельные федеральные конституционные законы" и федеральный закон от 21 декабря 2021 года "Об общих принципах организации публичной власти в субъектах Российской Федерации".

Предложенные поправки в Конституцию Татарстана (всего их 63) должны вступить в силу 1 января 2023 года.

Президент Татарстана превращается в главу

Самое важное изменение, которое вносят депутаты Госсовета, касается наименования должности президента Татарстана. Напомним, что по закону Клишаса-Крашенинникова руководители российских субъектов не имеют право именоваться президентом, а только главой, хотя допускается и дополнительное наименование.

В результате, согласно предложенным поправкам, с 1 января 2023 года государственную власть в Татарстане будет осуществлять "глава Республики Татарстан". Упоминание "президента" из Конституции вычеркивается. "Слова "Президент Республики Татарстан" заменить словами "Глава Республики Татарстан", — говорится в одной из поправок. При этом в действующей редакции слово "президент" упоминается 78 раз.

Рустам Минниханов во время инаугурации на второй президентский срок. 18 сентября 2015 года

Как в Татарстане сохранили должность президента до декабря 2022 года

В конце законопроекта депутаты оговариваются, что в других законах республики пока останется упоминание президента. Однако они предлагают считать его равнозначным наименованию "Глава Республики Татарстан" до внесения в эти законы соответствующих изменений.

Суверенитет заменят на "государственность"

Депутаты Госсовета исключают из Конституции РТ упоминание о суверенитете. Сейчас это слово встречается четыре раза.

Согласно новому законопроекту, "суверенитет" убирается из статьи 3. Там говорится, что "носителем суверенитета и единственным источником власти в Республике Татарстан является ее многонациональный народ". Источником власти народ останется, но не "носителем суверенитета".

В статье 94 сказано, что "президент Республики Татарстан обеспечивает права и свободы граждан Республики Татарстан, суверенитет Республики Татарстан, общественную безопасность и территориальную целостность республики, законность и правопорядок на ее территории". Теперь же глава республики должен будет обеспечивать "защиту государственности".

В статье 121 сказано, что "Республика Татарстан имеет Государственный герб, Государственный флаг и Государственный гимн — официальные символы, выражающие суверенитет Республики Татарстан, самобытность и традиции народа Татарстана". Но скоро они будут выражать опять же "государственность".

При этом упоминание суверенитета, по всей видимости, останется в самой первой статье Конституции РТ. Ведь ее изменить можно только с помощью референдума, сказано в Основном законе республики.

По истекшему договору не плачут

В нынешней редакции статьи 25 Конституции РТ говорится, что "договор РФ и РТ "О разграничении предметов ведения и взаимном делегировании полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти Республики Татарстан" — составная часть правовой системы Российской Федерации и Республики Татарстан". Однако эту статью, согласно законопроекту депутатов, предлагается заменить.

"В случаях и порядке, предусмотренных федеральным законодательством, может быть заключен договор о разграничении предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти Республики Татарстан", — сказано в проекте поправок к Конституции.

Такая формулировка ожидаема. Ведь последний договор 2007 года (первый заключался в 1994 году) истек в 2017 году и больше не продлевался. В остальных статьях Конституции РТ также предлагается исключить название договора, но заключение нового соглашения не исключается.

Лица без гражданства Татарстана

Из действующей Конституции Татарстана предлагается полностью исключить статью 21 о гражданстве Республики Татарстан. Сейчас она звучит так:

1. Республика Татарстан имеет свое гражданство.

2. Гражданин Российской Федерации, постоянно проживающий на территории Республики Татарстан, является гражданином Республики Татарстан.

3. Гражданин Республики Татарстан одновременно является гражданином Российской Федерации.

Отметим, что де-факто идея гражданства Татарстана так и не была реализована за долгие годы. Жители Татарстана могли получать паспорт России с татарстанским вкладышем. Но, например, закон о гражданстве РТ так и не был принят.

Татарстан больше не "отвергает войну"?

Депутатами Госсовета предлагается признать утратившей силу еще одну статью — №15. В ней говорится следующее:

1. Республика Татарстан отвергает насилие и войну как средство разрешения споров между государствами и народами.

2. В Республике Татарстан пропаганда войны запрещается.

Значит ли это, что с 1 января 2023 года Татарстан не "отвергает насилие и войну" и разрешает "пропаганду войны", нигде в материалах к законопроекту не сказано.

Минниханов сможет "обнулить" сроки

Поправками в Конституцию РТ "обнуляется" не только название президент, но и сроки действующего руководителя республики Рустама Минниханова.

Так, если в действующей редакции в статье 91 сказано, что "одно и то же лицо не может избираться на должность Президента Республики Татарстан более двух сроков подряд", то теперь предлагается установить норму, что на должность главы республики нельзя избираться "более двух сроков".

Однако эта статья дополняется еще одним пунктом, где говорится, что эта норма "применяется к лицу, занимающему должность высшего должностного лица Республики Татарстан, без учета числа сроков, в течение которых оно занимало и (или) занимает эту должность на момент вступления в силу изменений в Конституцию".

Таким образом, для Рустама Минниханова, который возглавляет республику с 2010 года, предыдущие три срока (первый раз он был назначен и два раза участвовал в выборах) считаться не будут. То есть в 2025 году (тогда истекают его полномочия) он может выдвинуться кандидатом на пост главы республики. А в 2030 году сможет пойти еще на один срок.

Напомним, что такое же "обнуление" было прописано в 2020 году и в Конституции России. Владимир Путин может еще дважды идти на выборы после 2024 года. Впрочем, если у президента РФ срок полномочий шесть лет, то глава Татарстана, как и прежде, будет избираться на пятилетние сроки.

Что еще хотят поменять в Конституции Татарстана

Ожидаемо убирается упоминание Конституционного суда РТ, поскольку его упраздняют с 2023 года. Это тоже было требование федерального центра. Однако появляется статья 114.1. "В целях укрепления конституционной законности в Республике Татарстан в соответствии с законом Республики Татарстан может быть образован Конституционный совет Республики Татарстан", — сказано в ней.

Переписываются полномочия главы Татарстана, Кабинета министров и Госсовета. Например, Госсовет больше не согласовывает кандидатуру на должность прокурора Татарстана. А полномочия парламента по формированию органов госвласти в регионе передаются главе Татарстана. У руководителя республики появляется возможность увольнять глав муниципалитетов.

Признаются утратившими силу некоторые положения. Например, из статьи 12 убирается часть вторая: "Общественные объединения вправе участвовать в управлении государственными делами через своих представителей в выборных органах государственной власти и органах местного самоуправления". Из статьи 33 исключается фраза: "Арест, заключение под стражу и содержание под стражей допускаются только по судебному решению".

Из статьи 70 убирается фраза: "Депутат Государственного Совета, не оправдавший доверия избирателей, может быть отозван ими в установленном законом порядке". Из перечня ведения Госсовета в статье 75 убирается "толкование законов республики". Также исключается норма в статье 88, согласно которой президент Татарстана может распустить парламент.

Наконец, в Конституции Татарстана появится текст присяги главы Татарстана (сейчас текст присяги президента республики устанавливается отдельным законом):

"Торжественно клянусь верно служить многонациональному народу Республики Татарстан, обеспечивать права и свободы граждан, соблюдать Конституцию Российской Федерации и Конституцию Республики Татарстан, федеральные законы и законы Республики Татарстан, добросовестно выполнять возложенные на меня высокие обязанности Главы Республики Татарстан".

Конституция — не предмет для обсуждения

По всей видимости, "новая" Конституция Татарстана будет принята без какого-либо широкого общественного обсуждения. По крайней мере, даже на сайте Госсовета проект не вынесен на обсуждение на специальном портале.

При этом ожидается, что уже 23 декабря поправки могут быть одобрены Госсоветом сразу в трех чтениях. Для этого достаточно голосов двух третей депутатов парламента. Перед этим их должен рассмотреть профильный комитет, но дата его заседания неизвестна.

Таким образом, между обнародованием проекта поправок в Конституцию и его принятием, как ожидается, пройдет менее двух суток.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram. Что делать, если у вас заблокирован сайт "Idel.Реалии", читайте здесь.

Конституцию поменяли на раис-два

Татарстан согласился на переименование должности президента республики

Госсовет Татарстана уступил требованию Москвы отказаться от должности президента во главе республики, но с условием — только когда Рустам Минниханов доработает текущий президентский срок. Лишь по итогам выборов 2025 года руководитель республики станет называться одновременно «главой» и «раисом» (с арабского — председатель). Такое «не идеальное» решение устроило и руководство Татарстана, которое предпочло не «противостоять федеральному центру». В конституцию Татарстана была внесена еще одна поправка, позволяющая в будущем изменить ст. 1, где говорится о суверенитете республики и ее договоре с РФ, без проведения референдума. Эксперты считают, что поправки об исключении этих положений «обязательно будут приняты». Они также допускают, что «будущий раис может не говорить по-татарски».

Фото: Пресс-служба президента Татарстана

Фото: Пресс-служба президента Татарстана

В пятницу депутаты Госсовета Татарстана всего за одну сессию внесли поправки в конституцию республики. За это решение проголосовали 79 депутатов и только двое оказались против. Впрочем, в первом чтении у поправок было трое противников, затем один из депутатов сменил позицию. Законопроект должен подписать президент Татарстана Рустам Минниханов. Поправки вступят в силу с 1 января 2023 года.

В новой редакции конституции будет сказано, что «глава – раис Республики Татарстан является главой государства, высшим должностным лицом». При этом предусмотрено сокращенное название «раис».

Однако у этой нормы, как выразился глава комитета Госсовета по госстроительству Альберт Хабибуллин, есть «переходные положения». Новое наименование применяется в отношении должностного лица, «избранного после вступления в силу изменений в конституцию». А действующий руководитель, который избирался до 2023 года, будет дорабатывать срок в должности с прежним названием.

Таким образом, Рустам Минниханов сохранит за собой пост президента Татарстана. Он был избран осенью 2020 года на пять лет. Очередные выборы, как ожидается, пройдут в 2025 году. То есть у Татарстана будет президент еще более 2,5 года (конечно, если господин Минниханов по каким-то причинам не оставит свой пост досрочно).

Татарстан остается единственным субъектом РФ, имеющем своего президента. Этот пост с 2010 года занимает Рустам Минниханов, сменивший первого президента Татарстана Минтимера Шаймиева. Тогда же в федеральном законодательстве впервые появилась норма о том, что руководитель региона не может называться президентом. Республика изначально должна была поменять конституцию к 2015 году, а затем к 2016 году. Но Госсовет Татарстана никакие изменения до настоящего времени не вносил. В конце 2021 года Госдума приняла новый закон о публичной власти в регионах, согласно которому высшее должностное лицо субъекта РФ должно называться главой и может иметь дополнительное название, но только не «президент». Был установлен срок изменения конституции региона до 1 января 2023 года.

Принятый законопроект о поправках — второй по счету. Первый проект был опубликован на сайте Госсовета в эту среду. Он содержал 63 изменения. Предполагалось, что должность президента Татарстана будет переименована в главу сразу с 1 января 2023 года. При этом исключалось обязанность кандидата на высший пост в республике знать татарский язык. Также из конституции предлагалось убрать статью о гражданстве республики. Исчезали упоминания суверенитета республики и ссылки на договор о разграничении полномочий между республикой и РФ. В то же время суверенитет и договор остались в ст. 1, которую нельзя изменить без референдума. Данный законопроект подвергся критике членов комитета по госстроительству, которые хотели сохранить должность президента. В итоге комитет рекомендовал инициативной группе из 37 депутатов отозвать законопроект.

Новый проект, внесенный президиумом парламента, уже не касался гражданства, суверенитета и договора. Однако в ст. 1 законопроекта сказано, что в конституцию Татарстана могут и дальше вноситься «изменения и дополнения». При этом «в связи с изменением Конституции РФ, а также на основании вступившего в законную силу решения суда» новые поправки принимаются «без учета требований ст. 123», которая не разрешает менять первую статью без референдума.

То есть это поправка должна позволить изменить ст. 1 без всенародного голосования, а голосами депутатов парламента. В этой статье сейчас сказано, что «Республика Татарстан — демократическое правовое государство, объединенное с РФ» на освоении конституций и договоров и «суверенитет Республики Татарстан выражается в обладании всей полнотой государственной власти (законодательной, исполнительной и судебной) вне пределов ведения РФ». Также говорится, что «границы территории Республики Татарстан не могут быть изменены без ее согласия».

Впрочем, участников заседания Госсовета в первую очередь волновала не ст. 1 Конституции, а будущее название должности руководителя республики. «Раис — арабское слово. Я против переименования должности президента»,— возмутился депутат «Единой России» и председатель Союза писателей Татарстана Ркаил Зайдуллин. А член депутатской группы «Татарстан — новый век» Николай Рыбушкин предложил «спросить у народа», который и вводил пост президента. «Я называл и буду называть Рустама Нургалиевича президентом»,— пообещал парламентарий.

«Для меня лично компромисс не возможен»,— сказал единорос, глава телерадиокомпании «Татарстан — новый век». Ильшат Аминов. По его словам, «уже было много компромиссов: и договор, и язык, и конституционный суд», однако «конституция — не кусок бумаги, это — волеизъявление народа». Он опасается, что в дальнейшем Татарстан могут объединить с другими регионами, ликвидировав саму республику. «Мы тут защищаем не слова, мы тут защищаем федерализм. Я люблю свою родину, я готов за нее умереть. Но федерализм – это единственный способ существования этой великой страны»,— декламировал депутат.

Глава фракции КПРФ Хафиз Миргалимов заявил, что «республика будет существовать не два-три года», то есть дольше, чем должность президента. Председатель комитета Госсовета Шакир Ягудин («Единая Россия») сетовал, что «игнорируются» слова президента РФ Владимира Путина о том, что наименование главы региона — «дело самого Татарстана».

При этом парламентарии предлагали и свои варианты нового наименования. Так, господин Зайдуллин предложил наименование «ил башы» (глава страны), Рамиль Тухватуллин – «дэулэт башлыгы» (глава государства). А депутат-единоросс Марат Галеев, который в Госсовете с первого созыва, предложил по-русски называть «глава», но сохранить название «президент» в татарском варианте.

При этом господин Галеев, пожалуй, единственный, кто также вступился за ст. 1 конституции. По его словам, подвергать ее «сомнению… методологически неверно». «Какие бы изменения мы ни вносили, она должна остаться незыблемой»,— сказал парламентарий. Он напомнил, что «Россия провозглашена федеративным государством, и у Татарстана были свои инструменты вхождения в состав федерации».

На принятии поправок в конституцию настоял Рустам Минниханов. «Я никогда не вмешивался, никогда не просил. Но если мы сегодня не проголосуем… будет неприятно в целом. Это также отношение и ко мне как к президенту»,— обратился он к депутатам. Господин Минниханов отметил, что «у нас сложились прекрасные отношения с. руководством страны» и «это дорого стоит». Он выразил сожаление, что его «усилий оказалось недостаточно», чтобы добиться сохранения должности президента в будущем. Впрочем, он считает, что предложенная «конструкция», хоть и «не идеальная», но «позволяет «двигаться нам вперед». По его словам, надо действовать «не протестным», а «законодательным путем». «Дверь до конца не закрыта»,— пытался он обнадежить депутатов.

Кроме того, Рустам Минниханов напомнил, что «идет специальная спецоперация» и «мировое сообщество хочет расколоть Россию». Если поправки не принять, то могут подумать, что «вот, Татарстан восстал, у Путина не все нормально, Россия на кусочки разобьется», считает президент, однако «этого допустить нельзя».

Первый президент Татарстана, а ныне госсоветник Минтимер Шаймиев также сказал, что «сейчас требуется единство» и «во главе сплоченность РФ», а «Татарстан слабее не станет». Поправки в конституцию он назвал «приемлемыми», а наименование «раис» «нормальным».

«Тяжелым», «компромиссным вариантом» считает поправки спикер Госсовета Татарстана Фарид Мухаметшин. «В этой обстановке не приводить в соответствие, противостоять с федеральным центром в условиях спецоперации мы позволить себе не можем»,— заключил глава Госсовета.

Это было 18-е по счету изменение конституции Татарстана, принятой Верховным советом республики в 1992 году.

В Госсовете Татарстана вчера не комментировали, ожидается ли дальнейшая корректировка конституции в 2023 году. Глава комитета Госсовета по госстроительству Альберт Хабибуллин на заседании отметил, что «материалы, которые были наработаны» при подготовке первого проекта поправок, «будут востребованы в недалеком будущем».

«Конечно, принятое решение — компромисс. Властям Татарстана нужно было сохранить лицо перед общественностью, показать, что они не капитулируют. Но в то же время уступили требованием федерального закона»,— считает казанский политолог Сергей Сергеев. При этом он отмечает, что «никакого референдума не будет, конечно», поэтому для федерального центра важно было добиться возможности изменения ст.1. Впрочем, он считает, что Татарстан еще может «выиграть время».

С ним соглашается политолог Руслан Айсин, который отмечает, что «Татарстан показывал нежелание переименовать должность президента и поэтому парламент зароптал». «Но в целом это аспект не самый важный. Вопрос о суверенитете, гражданстве важнее». По его словам, поправки об исключении этих положений «обязательно будут приняты» позднее. «Деваться некуда. Немножко показав зубы, Казань все равно сделает, что хочет Москва»,— полагает эксперт.

Политтехнолог Константин Калачев считает, что «главная сдача позиции – это что будущий раис может не говорить по-татарски». «Эти поправки еще будут. Дискуссия про раиса — дымовая завеса»,— указывает господин Калачев. По его словам, на заседании Госсовета «пар выпустили с позволения руководства республики», чтобы «Москва увидела степень консолидации элиты».

Что касается наименования «раис», то, по словам господина Айсина, это слово достаточно употребимо в татарском языке: в советские времена так называли, например, председателя колхоза. «Раис — компромиссный вариант и не слишком претенциозный. А если бы назвали «ил башы» — «глава страны, государства», это бы уже звучало по-другому»,— заключает эксперт.

«Конституция обеспечила Татарстану развитие экономической и социальной сферы»

Основному закону республики исполняется 30 лет. Вместе с татарстанскими политиками обсуждаем, насколько важен этот документ и какова его историческая ценность.

Исполняется 30 лет со дня принятия Конституции Татарстана – одной из первых региональных Конституций в современной истории России. Основной закон нашей республики был принят на год раньше, чем в России. Учитывая это обстоятельство, текст татарстанской Конституции приходится постепенно приводить в соответствие с основным законом страны (который тоже недавно был изменен).

Тем не менее, переоценить историческое значение Конституции Татарстана невозможно. В эту знаменательную дату KazanFirst решил обсудить с татарстанскими политиками то, насколько для республики важен этот документ.

«Конституция обеспечила Татарстану развитие экономической и социальной сферы»

Представитель ЛДПР в татарстанском парламенте Эдуард Шарафиев напомнил, что Конституция Татарстана – это основополагающий документ, по которому наша республика живет уже три десятка лет.

– Это большой срок. За это время было столько событий. Экономические и социальные проблемы 90-х годов, когда многие люди, обнищав, утратили веру в будущее. Это был очень сложный период для всех россиян, в том числе жителей Татарстана. И только наличие в республике твердой власти и воли, олицетворением которой стал первый президент РТ Минтимер Шаймиев, позволили относительно безболезненно пройти этот сложный этап. А это во многом было заслугой и Конституции Татарстана, которая утвердила новый социально-политический порядок в республике, пришедший на смену советской системе, – отметил политик.

«Наш дом – Татарстан и основным законом в этом доме является Конституция»

Он признал, что со временем многие положения Конституции РТ менялись, но этот процесс отражал ту эволюцию, которую прошел Татарстан в своем политическом развитии.

– Речь идет и об изменении отношений с федеральным центром. Сейчас республика под руководством президента Рустама Минниханова очень активно участвует в крупных проектах, реализуемых Российской Федерацией. Они охватывают все основные сферы деятельности – развитие промышленности, сельского хозяйства, строительств инфраструктуры. Тесное взаимодействие с федеральным центром позволяет Татарстану наиболее эффективно реализовывать те цели и задачи, которые ставит руководство республики, – сказал Шарафиев.

Депутат Госсовета РТ от партии «Справедливая Россия» Альмир Михеев заявил, что после приведения нормативно-правовой базы республики в соответствие с федеральным законодательством практический смысл Конституция Татарстана утратила.

«Наш дом – Татарстан и основным законом в этом доме является Конституция»

– Очень жаль, что так получилось. Наш республиканский суверенитет послужил основой современного благополучия городов и районов республики. То, что у нас сейчас хорошие дороги, реально работают социальные программы, строится много жилья… это, в том числе и благодаря фундаменту в лице Конституции РТ, – поделился политик.

Представитель КПРФ в Госсовете РТ Николай Атласов считает, что 30-летний юбилей Конституции Татарстана – это большое событие. Он напомнил, что 30 лет – довольно большой срок для конституций в российских условиях. Если вспомнить советскую историю, то самой длительной была история сталинской Конституции СССР 1936 года, она просуществовала 31 год до 1977 года. Аналогично столько же по времени просуществовала Конституция РСФСР того периода, принятая годом позже – с 1937 до 1978 года. Все остальные советские конституции существовали более короткие периоды. Нынешняя же российская конституция на год моложе татарстанской.

«Наш дом – Татарстан и основным законом в этом доме является Конституция»

– В то же время, за 30 лет Конституция Татарстана подверглась серьезным изменениям. Ее приняли в 1992 году, когда республика считала себя суверенной, а отношения с Россией строились на договорной основе. Сейчас ситуация иная, и Татарстан лишен значительной части прежних полномочий, хотя положение об ограниченном суверенитете в его Конституции осталось. Кто-то воспринимает утрату суверенного статуса с болью, кто-то считает этот статус излишним, заявляя, что суверенитет Татарстана нарушал целостность Российской Федерации, – сказал Атласов.

По его мнению, в таких вопросах всегда будут разные позиции и бесполезно пытаться свести воедино взгляд сторонников суверенитета Татарстана и российских державников.

– Единственное, что следует признать, что в первые годы постсоветской истории широкая самостоятельность Татарстана позволила сохранить политическую и экономическую управляемость в республике и смягчить для большей части ее населения последствия от распада СССР. И это во многом заслуга Конституции Татарстана, – убежден собеседник.

Замглавы партии «Коммунисты России», депутат Казгордумы Альфред Валиев в свою очередь отметил, что 6 ноября 1992 года представляет одну из ярких и светлых страниц в истории Татарстана. В этот день на двенадцатой сессии Верховного Совета республики двенадцатого созыва была принята Конституция РТ, которая существенно отличалась от предыдущих конституций Татарстана тем, что она была провозглашена в соответствии с результатами народного голосования о государственном суверенитете. Эта Конституция законодательно закрепила новый статус республики как суверенного демократического государства.

«Наш дом – Татарстан и основным законом в этом доме является Конституция»

– Именно в Конституции заложен тот правовой фундамент, который обеспечил политическую, экономическую, социальную целостность республики. Именно Конституция стала системным юридическим выражением основных юридических ценностей. Прежде всего это верховенство права, неотчуждаемые права и свободы человека, демократическое, правовое, социальное и светское государство, – подчеркнул Валиев. – Основной закон обеспечил Татарстану развитие экономической и социальной сферы, получение вливаний из федерального центра.

Валиев напомнил, что первый президент Татарстана Шаймиев не дал развалиться крупным предприятиям, прежде всего, в сфере машиностроения, нефтепереработки и строительной отрасли. Все крупные промышленно-экономические предприятия остались активами Татарстана, не доставшись ни федеральным игрокам, ни иностранным «интервентам».

– Во многом благодаря этому республика на сегодня является одним из наиболее благополучных регионов страны и флагманом в большинстве экономических показателей. А программа ликвидации ветхого жилья с 1996 по 2004? Именно в Татарстане впервые в России была реализована программа, благодаря которой изношенность жилищного фонда в целом по республике снизился с 60% до 45%. Было построено 52,8 тысячи квартир, из них 42,6 тысячи предоставлены бесплатно для переселения семей из ветхого жилья. Кроме того, осуществлялось развитие инженерно-коммуникационных сооружений, строились объекты социальной и культурно-бытовой сферы: школы, детские сады, поликлиники и др. – перечисляет собеседник.

Помимо прочего, напомнил политик, сохранение двуязычия предотвратило множество потенциальных конфликтов на этнической почве.

– Наш дом – Татарстан и основным законом в этом доме является Конституция. В статье 3 Конституции РТ написано о том, что власть в нашей республике принадлежит ее многонациональному народу. Очень важно, чтобы между народами были дружба и мир. В статье 12 Конституции написано, что в нашей республике недопустимы разжигание социальной, расовой, национальной и религиозной розни, – указал Валиев. – Межнациональные и межконфессиональные отношения – это, пожалуй, наиболее тонкая, наиболее уязвимая материя в жизни человека. Как показывают последние события в мире, даже экономически благополучные, развитые государства не всегда в силах обеспечить межнациональное согласие у себя в стране.

Татарстан выработал свою модель сосуществования разных национальностей, которая предполагает проведение политики «баланса интересов» этноконфессиональных групп. Сотрудничество между конфессиями должно основываться на уважении ценностей друг друга, а не на попытках ассимилировать кого-либо. Валиев напомнил, что у иудаизма, христианства, ислама есть общие корни, что содействует толерантности. Важно понять, что разнообразие увеличивает безопасность, унификация же ведет к конфликтам.

– Деятельность избранных президентов РТ Минтимера Шаймиева и Рустама Минниханова была, есть и будет направлена на сохранение целостности российского государства и общества, формирование политической и социально-экономической субъектности татарстанцев, повышение их уровня жизни, последовательное соблюдение баланса интересов различных социальных групп, укрепление содружества народов и религий, – резюмировал Альфред Валиев.

Василий Лихачев: «Не то что за статью, за каждое слово Конституции Татарстана бились!»

Сегодня исполнилось 25 лет Конституции Татарстана. Один из участников ее разработки — вице-президент российской ассоциации международного права, член ЦИК РФ Василий Лихачев — рассказал «БИЗНЕС Online» о том, как сам писал положения о правах человека, какие сумасшедшие дебаты были в парламенте РТ, как участвовал в них Минтимер Шаймиев. Также Василий Николаевич высказал мнение о параличе, который разбил европейские институты после каталонских событий, и предложил «дать дедушке Ленину Нобелевскую премию».

Василий ЛихачевВасилий Лихачев Фото: «БИЗНЕС Online»

«А ВОТ ПОСМОТРИМ, КАК ТАТАРСТАН БУДЕТ ОБРАЩАТЬСЯ СО ВСЕЙ ЭТОЙ СОБСТВЕННОСТЬЮ. »

— Василий Николаевич, что дала Татарстану принятая в 1992 году Конституция?

— Очень многое. Может быть, впервые в пространстве Российской Федерации принятая республикой Конституция продемонстрировала, что в нашей стране может быть демократия, что есть и учитывается мнение многонационального региона, а в Татарстане проживают представители более 170 национальностей. Вторая важная позиция — Конституция, наконец, стала адекватной экономическому потенциалу нашего региона. Напомню, что во времена Советского Союза, когда существовала Татарская АССР, ВВП республики превосходил объединенный ВВП трех прибалтийских республик — Эстонии, Латвии и Литвы, но при этом у них был статус союзных республик, а у Татарстана — автономной. И вот этот переход к объективной экономической оценке был очень важным. Республика, одна из первых в Российской Федерации, заявила о себе как о собственнике (ст. 16 Конституции РТ: «Земля, ее недра, водные, лесные и другие природные ресурсы, животный и растительный мир используются и охраняются в Республике Татарстан как основа жизни и деятельности народа» — прим. ред.), но при этом ответственном собственнике. Находясь тогда на определенных уровнях власти (с 1991 по 1995 год Лихачев был вице-президентом РТ, с 1995 по 1998-й — председателем Госсовета РТ — прим. ред.) и будучи неплохим юристом, я понимал, что без экономики, без определения отношения к собственности и принятия целого блока мер и шагов развиваться республика не сможет. Ведь я знаю, что в Москве тоже во многих кабинетах смотрели: вот у них «Татнефть» есть, Казанский вертолетный, КАПО, КОМЗ, «Оргсинтез», КАМАЗ. А вот посмотрим, как Татарстан будет обращаться со всей этой собственностью.

— Куда это приведет, да?

— Тогда мы взяли ответственность не только за состояние, за инфраструктуру, но и за то, что собственность, переданная многонациональному Татарстану, должна приносить результаты, должна расти. И Татарстан, получив этот объем собственности, какие-то политические права, например, на расширение внешнеэкономической деятельности, ведение внешней торговли, все эти политико-правовые полномочия, работал на то, чтобы нашу экономику внедрить в международное разделение труда, в мировое хозяйство. Это было сделано не только за счет потенциала, в том числе высокого интеллектуального потенциала Татарстана, но и за счет развития горизонтальных и вертикальных связей — с субъектами Российской Федерации, с федеральным центром, благодаря чему и центр получил толчок для развития. Сейчас, когда прошло 25 лет, хочу сказать, что толчок оказался недостаточным. Сегодня в федеральном центре, в федеральных структурах должны понимать, что Российская Федерация — это страна регионов, нужно этот потенциал использовать. Нынешний, 2017 год показал, что в управленческом аппарате федерального центра необходима подготовка или переподготовка по вопросам федерализма и регионоведения.

«ПРАВО ЧЕЛОВЕКА НА СВОБОДУ СЛОВА, МИТИНГИ, ДЕМОНСТРАЦИИ, НА РЕФЕРЕНДУМ — ЭТО ЖЕ КЛАССИКА ЕВРОПЕЙСКОЙ ДЕМОКРАТИИ!»

— Хорошая постановка вопроса! Видно, что регионы сегодня зажимают.

— А почему зажимают? Потому что исходят из принципов чуть ли не крепостного права: поставить в угол, наказать, пригрозить. Считаю, что мы, например, никак не можем принять те действия, которые сегодня на наших глазах, на глазах хваленой европейской цивилизации демонстрирует официальный Мадрид. Когда арестовывают членов каталонского правительства, когда выдают международный ордер для ареста руководителей Каталонии. Во мне бурлит совесть, когда я получаю такую информацию от своих друзей по Европейскому союзу из Бельгии, Германии, Франции. Там тоже люди задумались: что происходит?! Можно не соглашаться с идеей независимости, но есть же Европейская хартия демократии, Европейская конвенция об основных свободах и правах человека. Право человека на свободу слова, митинги, демонстрации, право на референдум — это же классика европейской демократии! Самое страшное, что сегодня нет желания ни в Брюсселе, ни в Мадриде говорить с каталонцами, проголосовавшими за независимость, нормальным, цивилизационным языком. Слушайте, уже заканчивается второе десятилетие XXI века! Мы где оказались?

— Как смотрится опыт Татарстана по принятию своей Конституции в 1992-м и подписанию договора с Москвой в 1994-м в свете последних событий в Испании?

— Как самый современный и востребованный! На татарстанском опыте совершенно нет паутины времени, его надо изучать и применять.

— Наверное, поэтому именно вы, человек, который знает этот опыт досконально, предложили на проходившей в Казани конференции по внешним связям регионов РФ разработать Европейскую конвенцию регионального самоуправления.

— В Европе есть очень хорошие документы по местному самоуправлению, по низшему звену. Есть несколько документов, которые регулируют особый статус нескольких регионов, приграничных общностей. А идею разработки Европейской конвенции регионального самоуправления я еще 20 лет назад высказывал на площадках совета Европы. Конгрессы местных региональных органов власти частью были за. К слову, эту идею поддержали те области, которые сегодня как раз очень возмущены каталонскими событиями. Это представители Фландрии, Лиги Севера Италии, Ломбардии, французской Корсики. Могу список продолжить.

— Вы на конференции назвали какую-то невероятную цифру, сказали, что около 400 разных регионов мира живут с мыслью о независимости и суверенитете.

— Я сам удивился, когда прочитал об этом в материалах ООН. Это цифра ООН, а не от какого-либо эксперта: от 200 до 400. Есть умные и толковые структуры в Организации Объединенных Наций, которые занимаются исследованиями региональных процессов, и они пришли к такому выводу: минимум 200 территорий являются носителями идеи новой самостоятельности. Это и Африка, и Латинская Америка, и Азия, и Европа, конечно. На фоне каталонских событий я был поражен, что официальные структуры ЕС и вообще европейских институтов разбил паралич. Я долго думал, какое слово тут подходит, и остановился на этом — паралич. Мадрид это воспринял как отмашку на жесткую позицию: никаких переговоров, никаких компромиссов.

«РУКОВОДИТЕЛИ РАЙОНОВ НЕ ТО ЧТО ЗА ВЫРАЖЕНИЕМ ЛИЦА ШАЙМИЕВА СЛЕДИЛИ, ОНИ СЛЕДИЛИ ЗА ДВИЖЕНИЕМ ЕГО МИЗИНЦА»

— Конституцию Татарстана как раз и удалось принять благодаря переговорам и компромиссам в тогдашнем татарстанском парламенте — Верховном Совете.

— Вспоминаю те тяжелые дни, когда мы принимали Конституцию Татарстана. Какие были дебаты сумасшедшие! Каждый раздел Конституции, каждая статья, начиная от первых слов преамбулы и заканчивая заключительными положениями, — это результат споров, компромиссов. Не то что за статью, за каждое слово Конституции бились! Меня тогда президент республики Минтимер Шарипович Шаймиев постоянно приглашал давать комментарии, известный профессор юрфака Казанского университета Борис Леонидович Железнов выступал на заседаниях парламента. Я без голоса возвращался домой. А мог бы Шаймиев применить административный ресурс? Мог! Тем более в зале у него было явное большинство. Там же сидела масса районных руководителей, которые не то что за выражением лица Шаймиева следили, они следили за движением его мизинца. Так что я называю процесс принятия Конституции Татарстана по-настоящему демократическим. Хочу подчеркнуть — благодаря именно Татарстану, нашей Конституции принцип разграничения и делегирования полномочий, наряду с принципами суверенитета, уважения права народа на самоопределение, является конституционным принципом современной Российской Федерации. Надо понимать, что Россия — многонациональная страна, что России договоры нужны для эффективного управления. Регионы очень разные — по экономике, по культуре, по национальному составу. И это нельзя не учитывать. Вот создали федеральное агентство по делам национальностей. Хорошее дело, очень хороший человек его возглавил, боевой, — Игорь Баринов. Но смотрю: там, к большому сожалению, пошли по пути составления разных инструкций, описаний, разработки программ, их утверждения.

— А надо?

— А нужен живой разговор с регионами. Вот почему бы федеральной власти не провести ассамблею народов России? Есть же хороший пример — ассамблея народов Татарстана. Почему мы боимся разговора со своим многонациональным народом? Меня никто не убедит в том, что представитель любой национальности не является дитем своего происхождения. Как все мы думаем о своих родителях, бабушках и дедушках, детях, так человек и опирается на свое происхождение, в момент большого напряжения вспоминает свой язык. Яркий пример — «Семнадцать мгновений весны».

— Радистка Кэт!

— Да, она во время родов кричала «мама» по-русски. Я бы сказал, что в этом проявились и ум, и тактичность писателя и сценариста Юлиана Семенова.

— Фильм великолепный. И писатель тоже.

«МОСКВИЧИ СНАЧАЛА ВОСПРИНИМАЛИ НАС КАК «ВРАЖЕСКУЮ ТАТАРСКУЮ ДРУЖИНУ»

— Один показательный пример. В 1999 году под Парижем, в Рамбуйе, собрались эксперты по линии ОБСЕ, они искали пути решения конфликта между Сербией и автономным краем Косово. Как рассказал мне известный болгарский дипломат Стефан Васильев, там на столах лежал текст российско-татарстанского договора 1994 года на английском языке, потому что лучше, чем этот договор, как сказал Стефан, ничего не нашли. Сейчас, я думаю, настало время, тем более на фоне каталонских событий и острой ситуации в Донбассе, для заимствования и другого российско-татарстанского опыта — методики проведения переговоров, опыта по созданию атмосферы уважения, когда стороны, первоначально жестко настроенные по отношению друг к другу, позднее доброжелательно жмут друг другу руки.

— Вы наверняка в таких переговорах не раз участвовали — и по Конституции, и по договору Москвы и Казани.

— Помню первые переговоры по договору, когда мы приехали в Москву с премьером РТ Мухамматом Галлямовичем Сабировым и еще несколькими товарищами. Нас встретили просто ледяным холодом! Даже в то время министр юстиции России Николай Федоров, который учился в Казанском университете. Четко можно было разделить — вот представители России, вот представители Татарстана. Мы то ли понимали, как смягчить атмосферу, то ли характер такой — взяли и подарили каждому по коробке чак-чака. И это возымело такое действие! Они же, видимо, представляли, что какая-то вражеская дружина прибыла.

— «Вражеская татарстанская дружина»!

— А мы, оказывается, вполне себе дружелюбные люди, под мышкой у которых чак-чак. Мне тогда удалось составить, считаю, удачный список делегации. У москвичей вопросы по истории — наш историк Индус Ризакович Тагиров отвечает, вопросы по федеральному законодательству — профессор Железнов, вопросы по экономике — председатель госкомитета по управлению госимуществом РТ Фарит Газизуллин, финансовый блок — министр финансов РТ Дмитрий Нагуманович Нагуманов. Такая была сильная делегация! Тогда у меня сложилось впечатление, что внутри ельцинской команды были люди, может быть, даже процентов 30–40, которые не хотели договора Москвы с Казанью, не хотели урегулирования отношений. Для них Татарстан, который на расстоянии 800 километров от столицы, вообще был непонятен. Знали, что там нефть, что там какие-то машины производят. А вот то, что там многонациональный народ живет, что это народ интеллектуальный, что он во все исторические периоды Российского государства выстраивал мост между Западом и Востоком. Думаю, не случайно еще в царские времена, в XVIII–XIX веках, Императорский Казанский университет давал мощнейшие кадры востоковедения. Были известные профессора, были люди, которых брали на дипломатическую работу. Поэтому считаю сегодня очень важным изучение подходов, методологии, которые демонстрировали Татарстан на переговорах с федеральным центром, а также Москва, которая захотела понять позицию республики.

.
Фото: «БИЗНЕС Online»

«КОНСТИТУЦИЮ ТАТАРСТАНА МОЖНО СРАВНИТЬ С ДОКУМЕНТАМИ ПАРИЖСКОЙ КОММУНЫ»

— Как юрист скажите, Василий Николаевич, надо ли вносить изменения в Конституцию Татарстана из-за того, что нынешним летом не был продлен договор между Москвой и Казанью? Там же прямо в первой статье говорится про этот договор («1. Республика Татарстан — демократическое правовое государство, объединенное с Российской Федерацией Конституцией Российской Федерации, Конституцией Республики Татарстан и Договором Российской Федерации и Республики Татарстан „О разграничении предметов ведения и взаимном делегировании полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти Республики Татарстан“»,прим. ред.).

— Для элиты, для законодателей Татарстана это важнейшая задача. Вносить изменения в Конституцию РТ, совершенно очевидно, придется. Но это не значит, что прямо завтра это надо делать, бежать впереди паровоза. Как бывший председатель парламента Татарстана я вижу, что нужно создавать группу толковых, спокойных, цивилизационных экспертов, которые бы провели очень серьезный мониторинг разных статей, положений Конституции Татарстана и выполнили еще один большой блок работы, ведь на Конституцию завязано законодательство республики, в том числе сфера бюджетных отношений, налогов и прочее. И вот эту работу надо провести, по крайней мере, для себя, разработать концепцию изменений.

— Почему все-таки Москва отказалась от договора с Татарстаном?

— Мне кажется, что решение тех или иных проблем все равно потребует принятия договоров, тем более российская Конституция этот институт и этот принцип зафиксировала. И он относится к той части Конституции РФ, которая не может быть отменена, это железный, устойчивый, безусловный приоритет. Но нужна политическая воля на использование договорных полномочий в тех или иных сферах. Сама жизнь показывает потенциал Татарстана как авторитетного государства, (ст. 5 Конституции РФ: «2. Республика (государство) имеет свою Конституцию и законодательство», — прим. ред.), имеющего отношение к исламу, к мусульманским традициям. Напомню один пример. Когда из-за сбитого самолета испортились отношения между Россией и Турцией, довольные американцы потирали руки: сейчас турки обратятся к НАТО, а там есть 6-я статья о взаимной помощи. Вот какие далеко идущие планы были. Я тогда говорил, что восстановление российско-турецких отношений пойдет через региональную составляющую. И Минтимер Шарипович мне сказал: «Ты очень правильную идею высказал. » Он-то прекрасно понимает, и я знаю, какой глубокий объем сотрудничества имеют Турция и Татарстан, причем в экономике прежде всего.

— В тот нелегкий период немало СМИ обвиняли Татарстан в том, что он не разрывает связи с Турцией.

— А вот еще показательный факт. В начале ноября МИД РФ и аппарат президента РФ приняли решение, что в 2018 году очередное заседание межправкомиссии России и Саудовской Аравии состоится в Казани. Уверен, это будет великолепное продолжение того диалога, который состоялся недавно между королем Саудовской Аравии и президентом России. Так что хочешь не хочешь, но Татарстан имеет потенциал в укреплении международных связей Российской Федерации. Другое дело, нужно ли это оформлять каким-то специальным соглашением. Сегодня по таким вопросам легко договариваться, опираясь на федеральное и республиканское законодательство. Там же все эти вещи расписаны. Но вопрос самолюбия. Наверное, он есть. Но это в значительной степени психологическая категория, а надо руководствоваться прагматичными соображениями. Поэтому делаем вывод: Конституция Татарстана играла и продолжает играть важную роль в жизни республики. Процесс внесения поправок логичен. Сегодня в мире мы не найдем ни одной страны, которая бы в свою Конституцию не вносила поправок. Начиная с США, их великой Конституции. Думаю, сегодня намного важнее не замыкаться на юридической материи, а думать о том, как лучше реализовать полномочия республики, чтобы рос экономический потенциал Татарстана. Полагаю, что наша Конституция является примером для других регионов именно с точки зрения применения. Когда в том далеком 1992 году я свежим взглядом посмотрел на только что принятую Конституцию, увидел — получился красивый политико-юридический документ, явление высокого юридического уровня! Я бы сравнил нашу Конституцию с Конституцией Французской буржуазной революции, с документами Парижской коммуны, с документами Великого Октября.

— Вы их считаете великими?

— Если посмотреть подписанный Лениным Декрет о мире, все его положения актуальны и сегодня. О том, что «всем воюющим народам и их правительствам начать немедленно переговоры о справедливом демократическом мире», «немедленном мире без аннексий и контрибуций», что продолжение войны рассматривается как «величайшее преступление против человечества». Кто скажет, что это неактуально? Ленин и сегодня за Декрет о мире достоин Нобелевской премии мира. Тогда, 100 лет назад, бюрократия молодой власти просто не успела подготовить документы для представления в Нобелевский комитет. Не успели! Дайте сегодня дедушке Ленину Нобелевскую премию!

— Ваше требование понятно, как и ваша высокая оценка Конституции Татарстана.

— Еще раз подчеркну — это документ межнационального согласия, миротворческий, который позволяет решать многие серьезные проблемы социально ориентированной экономики, содержит социальный блок, направлен на заботу о человеке. Я сам писал положения, которые касаются прав человека, и каждое слово сверял с международно-правовыми обязательствами Российской Федерации, почему и трудно сделать к нашему Основному Закону какой-то подкоп. Я изучил тогда Всеобщую декларацию прав человека 1948 года, два ооновских пакта о правах человека 1966 года, многие другие документы, все международные обязательства России. И все международно признанные права перенесены в Конституцию Татарстана. От нее отказываться нельзя. Но если жизнь требует внести какие-то изменения, думаю, это надо сделать для эффективности нашего Основного Закона, с 25-летием которого поздравляю всех татарстанцев!

— Спасибо за интересное интервью! И вас тоже с днем рождения Конституции Татарстана!

Лихачев Василий Николаевич родился 5 января 1952 года в Нижнем Новгороде.

Окончил Казанский государственный университет им.. Ульянова-Ленина (1975), аспирантуру КГУ (1988).

1988–1990 — заведующий отделом Татарского обкома КПСС.

1990–1991 — председатель комитета конституционного надзора Татарской ССР.

1991–1995 — вице-президент Татарской ССР.

1995–1998 — председатель Государственного Совета РТ и заместитель председателя Совета Федерации РФ.

1998–2003 — постоянный представитель Российской Федерации при Европейских сообществах, Брюссель.

2003–2004 — советник президента Республики Ингушетия.

2004–2008 — член Совета Федерации РФ, заместитель председателя комитета Совета Федерации по международным делам.

2008–2010 — член Совета Федерации РФ, заместитель председателя комитета Совета Федерации по международным делам.

2010–2011 — заместитель министра юстиции Российской Федерации.

2011 — советник председателя федерации независимых профсоюзов России.

2011–2016 — депутат Государственной Думы РФ шестого созыва.

3 марта 2016 года указом президента РФ назначен членом Центральной избирательной комиссии РФ.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *