«Не удивлен, что нынешнему конституционному строю России угрожают лекции по литературе и философии». Ученые и деятели искусств — о признании Bard College нежелательной организацией
Генпрокуратура 21 июня признала нежелательной организацией Bard College. Американский университет годами сотрудничал с СПбГУ и участвовал в создании и развитии факультета свободных искусств. Запрос в прокуратуру направил координационный совет НКО РФ — там требуют проверить связь вышедшего из состава СПбГУ Университета свободных искусств с организациями Джорджа Сороса, чей фонд в России тоже признан нежелательным.
Российские ученые и деятели искусств считают санкции в отношении колледжа очередным ударом по науке и образованию в России, а выпускники с теплом вспоминают обучение и пишут, что теперь еще больше гордятся двойным дипломом. «Бумага» собрала мнения о признании Bard College нежелательной организацией.
Ванда Тиллес
— Нет слов. Дальше уже некуда — кажется каждый раз. И всё равно постоянно сталкиваемся с той же политикой. Мы не раз видели, как объявляют нежелательными и даже экстремистскими те организации, которые, по моему убеждению, таковыми не являются. Ограничения в адрес Бард-колледжа окажут существенное влияние на образование и науку в России
Николай Подосокорский
— Происходящее можно считать продолжением силовой зачистки образовательного пространства России от иностранного и либерального влияния, что неизбежно скажется на дальнейшем огосударствлении всего высшего образования в стране и резком снижении международных контактов отечественных ученых и преподавателей.
Также можно увидеть в этом очередную атаку на влиятельного члена близкого круга Путина, бывшего вице-премьера и экс-министра финансов Алексея Кудрина. В преддверии транзита власти политическая борьба между группами влияния будет лишь нарастать, и таких сигналов, посылаемых ими друг другу через разные силовые ведомства, будет также становится всё больше.
Константин Сонин
— Как вот это назвать? Признание Bard College нежелательной организацией… Безумие? Никакого смысла в этом нет, кроме — очередной официальный кирпичик по закреплению второсортности.
Таких — такого уровня — бакалавриатов, как Bard, в Америке еще примерно 50–60. В Америке супербакалавриаты бывают двух видов — при большом университете, как Гарвард, Стенфорд или Чикаго, и без большого университета — как Свартмор, Помона или Хаверфорд; крутизна — что программ, что выпускников — примерно одинаковая (из того же Свартмора больше поступает на PhD в МIT, чем из Гарварда).
Bard — это бакалавриат второго рода из первой тридцатки, то есть уровня бакалавриата топ-50 университетов в мире. Иными словами, это была большая честь и помощь российским партнерам (СПбГУ не уступает в качестве студентов, но в остальном бакалавриат слабее).
Так вот — еще пятьдесят столь же безумных мер — и это будет равносильно принятию закона о запрете современного образования.
Наталья Тихонова
— Бард-колледж сотрудничал с Факультетом свободных искусств и наук СПБГУ, практикующим систему либерального образования. <…> Теперь судьба факультета поставлена под угрозу, а судьба направления кураторских исследований тем более — партнерство с Бард-колледжем давало больше свободы в приглашении преподавателей, возможность включать международный опыт, позволяло получить двойной диплом, поехать в Нью-Йорк, познакомиться с кураторами и посетить CCS BARD — крутейший академический центр кураторских исследований, сделать выпускную выставку с бюджетом и практически без цензуры и контроля и много что еще.
Несмотря на большое количество структурных противоречий внутри факультета и кризис программы последних лет, для России программа «Кураторских исследований» и факультет в целом были прецедентом. Ну и, что не менее важно, куратор_ки Смольного — «смольнянки» — сформировали практически весь современный ландшафт современного искусства в Петербурге, а если выйти за пределы кураторских исследований, то выпускники Смольного внесли огромный вклад в современное искусство в России и не только. Вспомните любую крупную институцию или громкий проект — от «Кунстхалле» и «Люды» до Кураторского форума и ЦСИ Курехина, от музея «Гараж» и фонда V-A-C до «Манифесты» — везде есть кто-то из Смольного, и часто на ключевой позиции. А еще выпускники Смольного не были заточены только на художественные практики, поэтому они занимают менеджерские, организаторские, кураторские позиции, создавая инфраструктуру.
Алина Белишкина, Яна Кличук, Лиза Матвеева, Настя Скворцова, Лера Лернер, Анастасия Котылева, Наталья Шапкина, Сима Кострова, Лиза Цикаришвили, Анастасия Пацей, Вероника Никифорова, почти весь состав Петербургского ГЦСИ, Настя Вепрева, Христина Отс, Яна Михалина, Ярослав Воловод… Я думала начать перечислять, но, кажется, это просто невозможно — выпускники Смольного есть абсолютно везде!
Сейчас это огромная дыра и похеренная работа. Хоть к этому давно всё шло, но мне просто очень жаль.
Маша Братищева
— Если чему-то в жизни я научилась, то вышло это благодаря совместной программе Барда и Смольного. Но оказывается, упорство, уважение дедлайнов и самостоятельная работа — нежелательные для нынешней России качества. До хрипа обидно за нынешних абитуриентов, которым не удастся получить то, что получила я, и чувствую себя ветеранкой, которая рассказывает о временах, когда трава была зеленее. А дипломом горжусь и до сих пор в CV вставляю строчку: St. Petersburg State university/ Bard college.
Саша Филипенко
— Горд быть выпускником Bard College (есть у меня и такой диплом). Почему-то не удивлен, что нынешнему конституционному строю России угрожают лекции по литературе, философии и изобразительному искусству.
«Бумага» подробно рассказывала, как факультет свободных искусств и наук решил выйти из состава СПбГУ. Инициатива принадлежит декану факультета и председателю Счетной палаты Алексею Кудрину, ее поддержали в правительстве и ученом совете СПбГУ.
Бард-колледж был объявлен «нежелательной» организацией в России. Что теперь?
21 июня Генпрокуратура признала американский Бард-колледж «нежелательной» организацией — это первое образовательное учреждение, попавшее в российские черные списки. Учитывая последние ужесточения закона о «нежелательных организациях» и общее неприятие иностранного влияния режимом Путина, можно говорить о создании прецедента. Это значит, что в будущем под удар могут попасть и другие западные университеты, работающие с Россией.
Бард-колледж — университет свободных искусств, расположенный в штате Нью-Йорк, — начал сотрудничество с Санкт-Петербургским государственным университетом (СПбГУ) в 1997 году, а в 1999-м запустил совместную образовательную программу, в рамках которой за 20 лет дипломы получили порядка двух тысяч студентов. В 2011 году Бард также способствовал созданию факультета свободных искусств и наук СПбГУ, деканом котором стал глава Счетной палаты Алексей Кудрин.
Кудрин, будучи давним сторонником образования в сфере свободных искусств, сыграл ключевую роль в создании факультета. В своей колонке для РБК он писал, что России необходим университет свободных искусств и наук, чтобы страна имела возможность совершить рывок, стать более инновационной и креативной. «За 20 лет нами был наработан уникальный отечественный опыт, явившийся сплавом лучших международных практик и наших образовательных традиций», — заявил Кудрин. Колонка была опубликована в марте 2021 года, когда на факультете начался процесс реорганизации, в ходе которой он должен был выделиться в отдельный университет. По данным СМИ, это произошло из-за идеологических и экономических разногласий с руководством СПбГУ, являющимся также альма-матер Владимира Путина.
Фактор Сороса
Не все представители российского режима разделяют либеральные взгляды Кудрина. В марте 2021 года Координационный совет некоммерческих организаций России (КС НКО), спонсируемая государством прокремлевская структура, отправил в Генпрокуратуру жалобу, потребовав провести проверку нового университета на предмет «тесной связи» со структурами, подконтрольными миллиардеру-филантропу Джорджу Соросу, которые якобы занимаются «деструктивной деятельностью» на территории России, а также признать Бард-колледж «нежелательной» организацией.
Отсылка к Соросу не удивляет: его имя в России (и не только) является мишенью для сторонников конспиративных теорий. В 2003 году российское отделение его Института «Открытое общество» былопринудительно закрыто, хотя с 1987 года Сорос вложил в Россию более $1 млрд в проекты, связанные с поддержкой верховенства закона, прав человека, здравоохранения, образования и культуры. В 2015 году еще две спонсируемые Соросом организации — фонды «Открытого общества» и фонд помощи OSI — были объявлены «нежелательными».
Однако Бард-колледж никогда не скрывал своей связи с Соросом, и это не было проблемой вплоть до последнего времени, когда неприятие российским правительством любого иностранного влияния достигло новых высот. В кампании против Сороса также принял участие российский писатель и публицист Захар Прилепин, известный своими националистическими взглядами и поддержкой политики Кремля, причем настолько ярой, что недавно он выступил соучредителем партии «За правду» (на базе объединения со «Справедливой Россией»), предположительно созданной для размывания оппозиционных голосов. Накануне подачи жалобы КС НКО Прилепин предложил запретить все проекты Сороса в России. Эту кампанию в определенном смысле поддержал и российский МИД, заявивший в апреле о своей готовности «прекратить деятельность в РФ американских фондов и НПО, подконтрольных Госдепартаменту и другим американским государственным структурам».
Как и следовало ожидать, прокуратура согласилась с этими взглядами и 21 июня признала Бард-колледж «нежелательной» организацией, поскольку его деятельность якобы «представляет угрозу основам конституционного строя и безопасности РФ». Минюст затем внес университет в свой перечень «нежелательных» организаций, запретив таким образом его деятельность на территории России.
В ответ на решение российского правительства президент Барда Леон Ботштейн в заявлении от 23 июня сказал, что был «глубоко расстроен», подчеркнув, что «партнерство между Бард-колледжем и факультетом свободных искусств и наук СПбГУ является образовательным и культурным, а не политическим или идеологическим».
Закон о «нежелательных» организациях
Последствия решения Генпрокуратуры для Бард-колледжа и тех, кто в нем работает и учится, определяются законом о «нежелательных» организациях. Принятый в мае 2015 года, закон создал дополнительные ограничения для некоммерческих и неправительственных организаций, получающих финансирование из-за границы (в основном из Европы или США). «Нежелательные» организации были пространно определены как создающие угрозу «конституционному строю, обороноспособности или государственной безопасности страны». Amnesty International назвала эти критерии российских властей «плохо сформулированными, произвольными и расплывчатыми».
Согласно закону, «нежелательным» организациям запрещены денежные операции с российскими финансовыми учреждениями, а также проведение публичных мероприятий и распространение информации о себе в СМИ. Любой человек, работающий на «нежелательную» организацию, может подвергнуться административному штрафу, но за множественные нарушения (к примеру, два административных наказания за 30-дневный период) возможно открытие уголовного дела с максимальным наказанием до шести лет лишения свободы.
Первой организацией, признанной «нежелательной» на территории России, стал Национальный фонд демократии (США), внесенный в черный список в июле 2015 года. В апреле 2017-го в список попал и Институт современной России вместе с британскими организациями Open Russia Civic Movement и OR (Otkrytaya Rossia), основанными Михаилом Ходорковским. После внесения Бард-колледжа в список Минюста, еще четыре структуры, связанные с Ходорковским, были также признаны «нежелательными». По данным на 16 июля, в списке числятся 40 организаций, но, очевидно, он продолжит расти. Так, 15 июля Генпрокуратура объявила «нежелательной» организацией независимое расследовательское издание «Проект» (в ближайшее время станет 41-м в черном списке Минюста), признав четырех его журналистов «иностранными агентами».
16 июня российская Государственная Дума одобрила поправки к действующему закону, нацеленные на дальнейшее усиление уголовной ответственности за участие в деятельности «нежелательных» иностранных или международных НПО. Закон был подписан Путиным и вступил в силу 28 июня.
Согласно обновленному закону, теперь уголовное дело за сотрудничество с «нежелательной организацией» можно будет заводить сразу после первого административного штрафа (а не после второго, как раньше), но максимальное наказание будет ограничено четырьмя годами лишения свободы. Против руководителей таких организаций уголовные дела можно будет заводить сразу — без предварительных административных нарушений.
Также любые иностранные и международные НПО, осуществляющие денежные переводы «нежелательным» организациям на территории России, будут сами признаны нежелательными. С 1 октября отслеживать финансовые переводы из ряда стран (список пока не обнародован) будет Росфинмониторинг. Новые поправки к закону 2015 года еще раз убедительно доказывают, что все усилия власти направлены исключительно на усиление контроля над гражданским обществом.
Пострадавшие
В 2018 году закон о «нежелательных организациях» был применен на практике: первое уголовное дело было заведено против активистки движения «Открытая Россия» Анастасии Шевченко. В феврале 2021 года ее призналивиновной в организации деятельности «нежелательной» организации (Открытая Россия), а именно — дебатов в октябре 2017 года и лекции для членов движения в апреле 2018-го. Она была приговоренак четырем года лишения свободы условно. Первый обвинительный приговор, однако, получил другой активист Открытой России — Максим Верников: в феврале 2020 года он был приговорен к 300 часам обязательных работ. В октябре 2020 года Яна Антонова (также из Открытой России) была признана виновной и приговорена к 240 часам общественных работ.
В данный момент продолжается уголовное преследование еще двух активистов Открытой России. Обвинения против Михаила Иосилевича были выдвинуты в октябре 2020-го, после чего он был помещен под стражу; решение его содержании в СИЗО было подтверждено в марте. В июне 2021 года с самолета был снят покидавший страну экс-руководитель Открытой России Алексей Пивоваров, который также находится в предварительном заключении. Уголовное дело против Пивоварова было заведено из-за поста на фейсбуке, в котором он призывал к сбору средств на поддержку проекта «Объединенные демократы», созданного для помощи независимым кандидатам на предстоящих в сентябре выборах.
Как в свое время отмечал глава программы политических заключенных «Мемориала» Сергей Давидис, «так как любое действие, связанное с Открытой Россией или даже ее логотипом (будь это съемка видео, репост статьи или твита или участие в общественном мероприятии) может стать основанием для уголовного преследования, полиция с легкостью фабрикует такие дела. Таким образом, группа потенциальных жертв уголовных преследований за подобные правонарушения постоянно увеличивается».
Последствия
Пока все, кто подвергается уголовному преследованию по закону о «нежелательных организациях», являются активистами Открытой России, однако прецедент с Бард-колледжем — первым иностранным образовательным учреждением, внесенным в черный список, — вызывает серьезное беспокойство. В соответствии с новыми поправками, его студенты, профессора, административные сотрудники и даже выпускники потенциально могут быть оштрафованы или даже привлечены к уголовной ответственности. Это беспокойство отражено в недавнем обращении Ассоциации славянских, восточно-европейских и евразийских исследований (ASEEES) к правительству России, подчеркнувшей, что, помимо негативного воздействия на академические обмены, подобное решение «повлияет на будущее двух тысяч российских студентов, у которых уже есть дипломы Бард-колледжа». Возможно, даже американские студенты, не имеющие отношения с совместной программе Барда и СПбГУ, могут столкнуться с проблемами, приезжая в Россию или работая в стране.
Комментируя прецедент Барда, Сэм Грин, директор Института России в Королевском колледже Лондона, подчеркнул: «Это не какая-то ерунда. Это очень, очень серьезно, и это заставит каждый университет, состоящий в каком-либо партнерстве с Россией, отойти в сторону и подумать».
В свете недавно принятого закона об ограничении неофициальной образовательной деятельности в России данное решение российских властей также свидетельствует о растущем государственном контроле над сферой образования. В своей февральской статье для ИСР профессор Свободного университета Екатерина Мишина написала, что данный закон (тогда еще законопроект) нацелен «на стигматизацию независимых образовательных проектов и помещение просветительской деятельности под жесткий контроль во избежание вольнодумства и инакомыслия». «Идеология снова выходит в лидеры», — добавила она, даже если это запрещено российской Конституцией.
В нынешнем политическом климате включение Бард-колледжа в список «нежелательных» организаций поднимает огромное количество вопросов о существующих партнерствах между западными образовательными учреждениями и российскими университетами и о возможных последствиях для связей на академическом и исследовательском уровне, являющихся важнейшим элементом международного сотрудничества и глобального образования. Вряд ли это соответствует либеральным мечтам Алексея Кудрина.
"Самонагнетаемая государственная паранойя…" Бард-колледж признан нежелательным
Генпрокуратура России приняла решение о признании деятельности американской образовательной организации Бард-колледж (Bard College) нежелательной на территории Российской Федерации. Бард-колледж тесно связан с петербургским факультетом свободных искусств и наук СПбГУ, который планировалось сделать самостоятельным университетом
Генпрокуратура сообщила, что считает деятельность Бард-колледжа представляющей "угрозу основам конституционного строя и безопасности Российской Федерации". Минюсту предложено внести его в перечень нежелательных иностранных и международных неправительственных организаций, где уже находится 34 таких организации.
Узнав об этом, один из преподавателей факультета свободных искусств и наук историк Даниил Коцюбинский написал на своей странице в фейсбуке: "Очень скверная новость. И ничем, кроме самонагнетаемой гос. паранойи, не объяснимая. Просто у студентов факультета свободных искусств и наук теперь не будет, судя по всему, возможности ездить по обмену в Бард-колледж и получать двойные бакалаврские дипломы (СПбГУ и Барда), а у студентов Бард-колледжа – учиться у нас на факультете. Вот и весь сухой остаток этой "перехват-залихватской" спецоперации. Люди в погонах готовятся нашить себе новые лычки и лампасы уж не знаю куда, а образованная молодёжь в очередной раз получает от великой нашей державы волосатым кулаком в "холопское рыло".
Факультет свободных искусств и наук Санкт-Петербургского государственного университета – "первый в России факультет, основанный на принципах либерального образования, которые подразумевают индивидуальный подход к каждому студенту и создание комфортной атмосферы для творческих и нестандартно мыслящих личностей", – декларируется на сайте факультета. С Бард-колледжем он сотрудничает с 1997 года, первые студенты пришли учиться по программе "Искусства и гуманитарные науки" в 1999/2000 учебном году. Свою поддержку этой форме обучения выразил в свое время академик Дмитрий Лихачев, который писал: "По моему убеждению, предлагаемая инициатива открывает новые и весьма интересные возможности для обновления системы гуманитарного образования в высшей школе России".
28 февраля 2011 года Ученый совет СПбГУ принял решение о создании на основе программы "Искусства и гуманитарные науки" факультета свободных искусств и наук. В первые годы своего существования факультет располагался недалеко от Смольного собора, поэтому его неформальное название – Смольный институт свободных искусств и наук. Деканом факультета был избран Алексей Кудрин, который руководит им и сейчас.
В ноябре 2019 года в Бард-колледже открылся представительский офис Санкт-Петербургского государственного университета. В 2021 году Правительство РФ приняло решение реорганизовать СПбГУ, выделив из его состава Университет свободных искусств и наук. За то, чтобы факультет стал самостоятельным университетом, 1 марта 2021 года проголосовал Ученый совет факультета, 3 марта это решение поддержал и Ученый совет СПбГУ. Декан факультета Алексей Кудрин объявил об отделении Смольного от СПбГУ. Примерно тогда же Бард-колледж получил большое пожертвование от Джорджа Сороса.
После этого ректор СПбГУ Николай Кропачев пригласил в свой университет прокуратуру, чтобы проверить, не нарушает ли эта программа законодательство РФ.
А в конце марта с просьбой проверить Факультет свободных искусств и наук на предмет сотрудничества с нежелательными НКО в Генпрокуратуру обратился Координационный совет некоммерческих организаций России, эксперты которого считают, что Фонд Сороса и "Открытое общество" совместно с Бард-колледжем и Центрально-Европейским университетом Леона Ботстайна используют Университет свободных искусств и наук "как часть глобальной сети подконтрольных образовательных учреждений для воспитания молодежи в прозападном ключе, формирования протестного электората, насаждения враждебной идеологии по отношению к своей стране".
Никита Михалков в своей последней программе "Бесогон" тоже уделил внимание факультету свободных искусств и наук, напомнив, что у его истоков стоял Леон Ботстайн – близкий друг Джорджа Сороса, чьи организации "Открытое общество" и "Содействие" Генпрокуратура признала нежелательными еще в 2015 году. Поэтому, по мнению Михалкова, "неудивительно, что в составе преподавателей факультета можно найти таких, кто интересуются СМИ – иностранными агентами и Алексеем Навальным".
– Я думаю, что странное решение признать Бард-колледж нежелательной организацией достигает прямо противоположных целей, чем те, которые заявлены, – считает Даниил Коцюбинский. – Вроде бы цель – повысить патриотичность нашего высшего образования, а на самом деле это удар по образовательным интересам студентов. До сих пор они имели возможность ездить на стажировку в Бард-колледж и получать двойные бакалаврские дипломы – Санкт-Петербургского государственного университета и Бард-колледжа, а студенты Бард-колледжа могли приезжать на наш факультет и учиться у наших преподавателей. А наши преподаватели – я напоминаю – это преподаватели СПбГУ, а не какие-то там "агенты Сороса". То есть был нормальный культурный обмен, который позиционировал наше государство как современное, разумное и инклюзивное, – так это виделось нашим студентам.
Даниил Коцюбинский считает, что происшедшее шокировало в первую очередь студентов, тогда как преподаватели – люди "тертые", многие из них еще помнят советские времена, и удивить их сложно – особенно гуманитариев, изучавших отечественную историю ХХ века.
– А вот для студентов ситуация выглядит унизительной. Как теперь преподавателям рассказывать им, в какой замечательной стране они живут, – я бы хотел спросить об этом тех, кто принимает такие решения.
По словам преподавателя, некоторые студенты уже писали ему в растерянности и спрашивали, что же будет дальше с их образованием и дипломами, на что ответить оставалось только предложением подождать, что же в конечном счете решат "на самом верху".
– Объявление Бард-колледжа нежелательной организацией, которая якобы наносит урон основам конституционного строя РФ, по степени абсурдности сравнимо с печально известными обвинениями в японском или английском шпионаже. Никакого идейно-политического влияния на студентов со стороны преподавателей или руководства Бард-колледжа нет. Курсов, которые бы читали американские преподаватели, у нас, насколько я знаю, тоже нет. Нет ни грантов, ни зарплат из Америки. На чем основано это суровое суждение Генпрокуратуры? Мне бы хотелось увидеть конкретные факты, которые легли в основу принятия данного решения.
Историк, аспирант Института истории РАН Григорий Конников, который получил степень бакалавра, окончив факультет свободных искусств и наук, считает его одним из главных достояний Петербурга.
– Здесь можно получить широчайшее гуманитарное образование. Тому, кто связывает себя с филологией, философией, социальными науками, не иметь представления об истории странно, как и историку – быть невеждой во всех этих областях. Это не отвечает современным вызовам и задачам гуманитарного исследования. А этот факультет как раз дает возможность получить такое образование, и это выделяет его из всех вузов страны.
Григорий Конников на 4-м курсе провел 4 месяца по обмену в Бард-колледже, для него это был очень важный академический опыт погружения в совсем иную образовательную среду.
– Хотя Смольный и Бард концептуально похожи, но в Смольный мы ездим из дома и после занятий возвращаемся домой. А когда находишься в студенческом городке, получается непрерывное перетекание того, что было на занятиях, в обсуждение в столовой и в общежитии, на прогулках. Это важный опыт, который, мне кажется, должен быть у каждого студента, я с удовольствием вспоминаю те месяцы, которые я там провел.
Григорий очень огорчен и встревожен объявлением Бард-колледжа нежелательной организацией.
– Это похоже на очередную властную истерию перед выборами, идет атака на молодежь. Власть довольно истерично показывает, кто в доме хозяин. Каждые выборы – это все-таки повод для паники: а вдруг что-то пойдет не так, вот пространство и зачищается. Но раньше точечные репрессии позволяли мне понять – да, этот человек может сделать что-то в публичном поле, и если я не хочу повторить его судьбу, я не буду этого делать – высказывать те или иные позиции, ходить на те или иные митинги. Власть предлагает обществу модель поведения. А вот история с Бард-колледжем говорит о другом, ведь я не могу изменить свое прошлое, изменить тот факт, что я 4 года учился в Смольном институте свободных искусств и наук и 4 месяца провел в Бард-колледже. То есть власть предлагает мне задуматься о том, что я сделал неправильно на своем жизненном пути. Эта тенденция обращения к биографии человека, а не к его потенциальным действиям, меня очень пугает.
– Что вы делали до 1917 года…
– Да, именно так, ведь я не могу изменить факт своей биографии – это пугает больше, чем когда человека сажают за статью или какие-то публичные действия. Мы, выпускники, поддерживаем друг с другом связь, и мы все взбудоражены, никто не понимает, к чему это все приведет, будет ли факт окончания Смольного, стажировки в Бард-колледже влиять на нашу дальнейшую судьбу.
Старший юрист Команды 29 Максим Оленичев поясняет, что после признания Бард-колледжа нежелательной организацией факультет свободных искусств и наук больше с ним работать не может.
– Он должен с сегодняшнего дня прекратить реализацию всех проектов, и если от него поступала какая-то поддержка, в виде денежных средств или иная, то приостановить ее получение. Средства, еще не потраченные на проекты, нужно будет вернуть. Кроме того, нельзя хранить и распространять литературу, которая создавалась при участии Бард-колледжа, это прямо запрещено Федеральным законом о нежелательных организациях. И вообще любое сотрудничество и взаимодействие с Бард-колледжем должно быть прекращено – факультет больше не сможет проводить стажировки, приглашать специалистов, реализовывать совместные проекты.
По словам Максима Оленичева, сотрудничество с нежелательной организацией является административным правонарушением (статья 20.33 КОАП), и если в течение года человека дважды привлекут по этой статье, то на третий раз может наступить уголовная ответственность, грозящая лишением свободы до 6 лет.
До руководства факультета корреспонденту Север. Реалии дозвониться не удалось, в пресс-службе СПбГУ обещали ответить на вопрос о том, какие действия планирует предпринять руководство университета, но пока ответ на этот вопрос так и не поступил.
Преподаватель факультета свободных искусств и наук Илья Утехин считает, что благодаря решению Генеральной прокуратуры сложилась парадоксальная ситуация.
– Она отражает шизофрению политики действующей власти. Бард-колледж не является политической организацией, это просто университет, который продвигает либеральную модель образования. У нас есть ректор, который в свое время благословил сотрудничество с Бард-колледжем, и под крылом этого ректора расцвело то, чего у нас раньше не было и что представляет самое лучшее и интересное, что на уровне бакалавриата существует в мировой образовательной практике. Сейчас модель либерального образования семимильными шагами распространяется по миру, в Китае сейчас больше сотни университетов реализуют эту модель. Это американское изобретение, и Бард-колледж – флагман этого процесса.
– А в чем отличие этой модели?
– Обычно человек поступает в университет сразу после школы на какую-то специализацию – на математический, химический, биологический факультет. И потом он очень часто не идет работать по специальности – во-первых, его образования недостаточно, а во-вторых, он не приспособлен к существованию в современной среде, поскольку он становится узким специалистом, хоть и в начальной стадии. А в основе либерального образования – идея, что надо дать детям после школы получить широкие общекультурные сведения, узнать то лучшее, что создала западная цивилизация на протяжении веков. С таким багажом легче выбрать, чем ты будешь заниматься, – то есть идея специализации откладывается на несколько лет. Человека учат читать, писать, критически мыслить – в самых разных областях знания, пестуют в нем гуманитарный подход, дающий простор творчеству в любой области. Потом человек может пойти в магистратуру и стать специалистом, готовым к современной жизни. Все эти новшества и были предметом взаимодействия СПбГУ и Бард-колледжа, и вот сейчас неожиданным решением Генпрокуратуры это оказывается скомпрометированным и политически сомнительным.
Илья Утехин уверен, что принимать такие решения – значит резать курицу, несущую золотые яйца, и уничтожать будущее российского образования. По мнению Утехина, уничтожается модель образования, которая дает выпускникам возможность справиться с вызовами времени и вписаться в международную среду.
– У меня нет сомнения, что все это – некий политический заказ, который представляет собой в чистом виде вредительство. Пусть это слово идеологически заряженное, но я не могу относиться к решению Генпрокуратуры и к действиям тех, кто его спровоцировал, иначе как к вредительству – с точки зрения интересов нашей страны и нашего образования. Я считаю, что Генпрокуратуру использовали как инструмент для провокации в борьбе против создания нового университета. Я думаю, тут расчет на острую эмоциональную реакцию тех, кто связан со Смольным институтом, чтобы можно было показать пальцем и закричать: смотрите, на них клейма ставить негде, все это иностранные агенты.
По мнению Ильи Утехина, в 90-е годы Фонд Сороса сделал очень много, чтобы оставить в профессии тысячи российских ученых, которые, чтобы выжить, шли торговать на рынок.
– И то, что его фонд признали нежелательным, дискредитирует те власти, которые такое решение приняли. Вот и сейчас это беспрецедентный случай, когда университет, образовательная организация признана нежелательной. Это дискредитирует власти. Вот сейчас узнал еще, что импортные корма для животных хотят запретить, чтобы поддержать отечественного производителя. А у меня коты едят довольно дорогой монопротеиновый корм, аналога которому у нас нет – котиков мы не забудем, не простим, дальше ехать некуда. И когда это резонирует с Бард-колледжем… Если бы эта власть на хватала и не сажала людей, над ней можно было бы только смеяться, это признаки полного распада.
– А может, просто СПбГУ не хочет отпускать от себя ваш факультет?
– Может, и так, я не знаю. Я вот о чем думаю – уж если наказание за сотрудничество с нежелательной организацией – до 6 лет тюрьмы, так вот, может, если уж на то пошло, начать с ректора, который это сотрудничество благословлял и продвигал.
Историк Иван Курилла на своей странице в фейсбуке предлагает министру науки и высшего образования или декану Смольного задать российским властям несколько вопросов:
"Сорос выделял и выделяет гранты множеству университетов… Надо ли ждать объявления всех университетов мира, которым помогал Сорос, "нежелательными организациями"? Является ли целью прокуратуры прекращение всякого образовательного сотрудничества российских университетов с зарубежными? Готовы ли российские элиты смириться с перспективой уничтожения очага конкурентоспособного отечественного образования в угоду паранойе одних и интриге других?"
В России впервые признали «нежелательной» организацией целый университет — американский Бард-колледж На него пожаловался Александр Ионов — тот самый, что написал донос на «Медузу»
21 июня Генпрокуратура признала «нежелательной» организацией американский Бард-колледж. Университет много лет сотрудничал с СПбГУ и председателем Счетной палаты РФ Алексеем Кудриным, но Генпрокуратура посчитала, что его «деятельность представляет угрозу основам конституционного строя и безопасности Российской Федерации». «Медуза» рассказывает, из-за чего Бард-колледж признали «нежелательной» организацией и при чем здесь Александр Ионов — тот самый человек, после жалобы которого наше издание признали «иностранным агентом».
Что такое Бард-колледж и как он связан с Россией?
Бард-колледж — это известный частный университет в штате Нью-Йорк, основанный в XIX веке. Он входит в 200 лучших университетов мира в сфере искусства и дизайна. Среди известных выпускников — журналист Ронан Фэрроу, один из основателей группы Beastie Boys Адам Яух, создатель мультсериала «Конь БоДжек» Рафаэль Боб-Ваксберг.
В России Бард-колледж сотрудничал с Петербургским госуниверситетом. Больше 20 лет назад, в 1999 году, президент колледжа Леон Ботстайн и ректор СПбГУ Людмила Вербицкая объявили о начале работы первой в России образовательной программы «Искусства и гуманитарные науки» (позже Ботстайну присвоили звание почетного доктора СПбГУ). А 2011 году на основе этой программы в СПбГУ открыли отдельный факультет свободных искусств и наук. Его возглавил председатель Счетной палаты РФ Алексей Кудрин. Тогда же колледж и петербургский университет переподписали соглашение о сотрудничестве.
Факультет стал первым в России, где учили по принципам «либерального образования». Студенты сами составляли план обучения и выбирали, какие дисциплины хотят изучать; такой подход еще в середине XX века начал набирать популярность в американских колледжах, а потом появился и в Европе. Хотя факультет входил в состав СПбГУ, по сути, он был отдельным университетом внутри университета. Его выпускники получали два диплома — не только СПбГУ, но и Бард-колледжа.
Сотрудничество вузов продолжало углубляться. В 2019-м именно в Бард-колледже открылось представительство петербургского вуза. К 2021 году на факультете учились около 700 студентов, которые регулярно ездили на стажировку в США.
В 2021 году Алексей Кудрин инициировал выделение факультета из СПбГУ в отдельный Университет свободных искусств и наук. На факультете подчеркивали, что это ускорит развитие институции. Новый вуз планировал продолжать партнерство с Бард-колледжем и увеличить число студентов в два-три раза.
Почему прокуратура вообще заинтересовалась Бард-колледжем?
В марте 2021 года Генпрокуратура РФ получила обращение с просьбой проверить создаваемый в Петербурге Университет свободных искусств и наук на предмет связи «с иностранными НКО, подконтрольными Джорджу Соросу, и ведущими на территории России деструктивную деятельность» — а также признать Бард-колледж «нежелательной» организацией.
В 2015-м Генпрокуратура уже признала «нежелательными» сразу несколько фондов, основанных американским миллиардером Джорджем Соросом. Они занимались поддержкой российского образования, науки и культуры, но, по мнению российских властей, угрожали «конституционному строю страны». За финансирование «нежелательных» организаций — например, перечисление донатов — российским гражданам грозит до пяти лет тюрьмы, за участие в их управлении — шесть лет колонии.
Что сделал Фонд Сороса в России Как «нежелательная организация» спасала российскую науку, образование и культуру
Что сделал Фонд Сороса в России Как «нежелательная организация» спасала российскую науку, образование и культуру
Обращение в Генпрокуратуру отправил «Координационный совет некоммерческих организаций России». Возглавляет его Антон Цветков — бывший председатель московской Общественной наблюдательной комиссии (ОНК) и бывший лидер провластной организации «Офицеры России». «Координационный совет некоммерческих организаций России», созданный в 2018 году, официально призван облегчить работу НКО с государственными органами. Также он ведет «Всероссийскую перепись эффективных НКО» и проводит круглые столы и конференции на разные темы — вплоть до внешней политики Латинской Америки.
В апреле 2021 года — почти через месяц после обращения организации в Генпрокуратуру — Цветков организовал в Москве круглый стол под названием «Влияние Дж. Сороса и аффилированных с ним структур на высшее образование в России и СНГ». В начале мероприятия Цветков сообщил, что поводом для встречи стало «создание некоего института, который потенциально может финансировать одна из структур Сороса».
На встрече присутствовали бывший депутат Госдумы Виталий Милонов, а также писатель и политик Захар Прилепин, который в ходе круглого стола сравнил организации, поддерживаемые Соросом, с террористами из « Исламского государства ».
Вместе с тем в разговоре с «Медузой» Цветков заявил, что обращение в прокуратуру по поводу создаваемого в Петербурге вуза и Бард-колледжа не его инициатива: «К нам обратился ряд экспертов. Это не наша инициатива, мы реагируем на обращения экспертов, направляем информацию от экспертов в профильные ведомства, но не принимаем решения признавать кого-то агентом или нет».
Одним из «инициаторов обращения» Цветков назвал Александра Ионова. Основатель «Антиглобалистского движения», бывший член московской ОНК, сторонник «Антимайдана» стал широко известен весной 2021 года: именно после его жалобы «Медузу» с рекордной скоростью признали «иностранным агентом».
Познакомьтесь с Александром Ионовым — человеком, который написал донос на «Медузу», потребовав признать ее «иностранным агентом» Вам понравится его увлекательная биография
Познакомьтесь с Александром Ионовым — человеком, который написал донос на «Медузу», потребовав признать ее «иностранным агентом» Вам понравится его увлекательная биография
Ионов в разговоре с «Медузой» подтвердил слова Цветкова: «Есть финансирование и идеология Сороса. Дошла ли идеология до ребят или нет — мы не знаем. Да, они имеют право сегодня иметь любой политический взгляд, это положено им по Конституции. Но если формирование взглядов происходит за счет иностранных организаций, то людям изначально закладывается базис, что в России при существующей экономической и политической системе они своего развития не найдут и они обязательно должны смотреть на те страны, которые являются донорами грантов».
При этом участие Джорджа Сороса в финансировании Бард-колледжа — открытая информация. Например, в апреле 2021 года Сорос сделал университету пожертвование в полмиллиарда долларов. Кроме того, фонд Сороса, Бард-колледж и Центрально-Европейский университет (создан в Вене при поддержке Сороса) работают над проектом Open Society University Network; одной из его целей значится «укрепление основ открытого общества в условиях возрождения авторитарных режимов». Президент Бард-колледжа Леон Ботстайн занимает пост председателя попечительского совета Центрально-Европейского университета.
Российская сторона раньше также не скрывала финансирование со стороны Сороса. Еще в 2011 году, когда СПбГУ и Бард-колледж заново подписали договор о сотрудничестве, на сайте петербургского университета говорилось: «Известный американский финансист Джордж Сорос готов выделить дополнительно пять миллионов долларов в ту часть фонда целевого капитала Бард-колледжа, которая предназначена для развития программы „Искусства и гуманитарные науки“ СПбГУ». Сейчас эта новость удалена.
Как повел себя в этой ситуации СПбГУ?
Петербургский госуниверситет активно сотрудничал с Генпрокуратурой в проверке Бард-колледжа. Как отмечали в СПбГУ, в соцсетях даже циркулировала информация, что именно ректор вуза Николай Кропачев первым потребовал признать американский университет «нежелательной» организацией — однако сам вуз это отрицает. Кропачев узнал об обращении в Генпрокуратуру из СМИ, настаивают в СПбГУ; при этом журналисты начали массово отправлять в университет запросы о том, сотрудничает ли он с «нежелательными» организациями.
После этого заместитель ректора по международной деятельности СПбГУ Сергей Андрюшин написал Бард-колледжу письмо с вопросом, используются ли пожертвования от организаций, признанных в России «нежелательными», в финансировании факультета свободных искусств и наук (процесс его отделения от СПбГУ еще не завершен) и Бард-колледжа. В СПбГУ заявили, что в ответном письме Бард-колледжа не было ответа на этот вопрос. После этого СПбГУ направил официальное обращение в Генпрокуратуру с просьбой «дать оценку» дальнейшему сотрудничеству факультета с Бард-колледжем.
СПбГУ на момент публикации этого материала не ответил на запрос «Медузы». Представители Бард-колледжа также не ответили на вопросы издания. Денис Есаулов, пресс-секретарь председателя Счетной палаты Алексея Кудрина (он декан факультета свободных искусств и наук), заявил «Медузе», что факультет больше не планирует взаимодействовать с Бард-колледжем.
Как все это скажется на студентах и преподавателях? И откроют ли все-таки новый вуз?
По словам Дениса Есаулова, тот факт, что Бард-колледж признали «нежелательной» организацией, не отменяет процесс создания нового университета на базе факультета свободных искусств и наук. В разговоре с «Медузой» он подчеркнул, что работы продолжаются — а «новый университет будет сотрудничать с передовыми российскими и зарубежными университетами».
При этом Есаулов не ответил на вопрос, продолжат ли студенты получать второй диплом от Бард-колледжа. На встрече учащихся с преподавателями сами студенты также задавали этот вопрос, но четкого ответа не получили: «Преподаватель заявил, что позиция ректорского флигеля по этому поводу заключается в том, что университет изначально „не обещал“ второй диплом».
Когда организацию вносят в список «нежелательных», ей и ее сотрудникам по закону запрещается работать на территории России. Россиянам же может грозить уголовное преследование за сотрудничество с Бард-колледжем — теоретически как за получение его диплома, так и за работу преподавателем в нем.
Российская и американская журналистка и писательница Маша Гессен, преподающая в Бард-колледже, в разговоре с «Медузой» отметила, что на майском собрании преподавателей университета проверка со стороны российской прокуратуры обсуждалась наравне с давлением на проекты колледжа в Мьянме и поджогом кампуса в Палестине.
«Может быть, кто-то хотел прищучить Кудрина, а может, кто-то пытается выслужиться: „Вот мы тоже отловили врагов народа“. Но какая разница? Это все из серии бессмысленных действий, которые приведут к тому, что меньше людей получат доступ к хорошему образованию; закрываются индивидуальные границы», — рассуждает Гессен.
Журналистка полагает, что признание колледжа «нежелательной» организацией отразится и на ней лично, и на ее дочери, которая учится в Бард-колледже: «Я переживаю, что, видимо, мне [надо] либо уволиться с любимой работы, либо больше не приезжать домой [в Россию]. Это совершенно не уникальная ситуация, но тяжелая для меня».
А теперь бонус!
Александр Ионов в разговоре с «Медузой» назвал решение Генпрокуратуры «предсказуемым»: «Общее отношение к России формируется за счет мнения тех людей, которые выезжают за рубеж на стажировки, учебу. Мы все знаем, что те фонды постоянно поощряют и субсидируют всех наших активистов, деятельность которых прямо направлена на подрыв конституционного строя».
Ионов заявил, что продолжает борьбу с «деструктивными организациями с иностранным финансированием», — но отказался уточнить, о каких организациях идет речь. По его словам, кампания по выявлению «нежелательных» организаций и «иностранных агентов» в России должна продолжиться: «Иначе мы потеряем страну, как потеряли большой Союз в 1991 году».