Почему суд должен быть независим от других органов государственной власти

Почему суд должен быть независим от других органов государственной власти 7 класс кратко

Судьями могут быть граждане Российской Федерации, достигшие 25 лет, имеющие высшее юридическое образование и стаж работы по юридической профессии не менее пяти лет, постоянно проживающие в Российской Федерации, не имеющие гражданства иностранного государства либо вида на жительство или иного документа, подтверждающего право на постоянное проживание гражданина Российской Федерации на территории иностранного государства. Судьям судов Российской Федерации в порядке, установленном федеральным законом, запрещается открывать и иметь счета (вклады), хранить наличные денежные средства и ценности в иностранных банках, расположенных за пределами территории Российской Федерации. Федеральным законом могут быть установлены дополнительные требования к судьям судов Российской Федерации.

1. Судьи независимы и подчиняются только Конституции Российской Федерации и федеральному закону.
2. Суд, установив при рассмотрении дела несоответствие акта государственного или иного органа закону, принимает решение в соответствии с законом.

1. Судьи несменяемы.
2. Полномочия судьи могут быть прекращены или приостановлены не иначе как в порядке и по основаниям, установленным федеральным законом.

1. Судьи неприкосновенны.
2. Судья не может быть привлечен к уголовной ответственности иначе как в порядке, определяемом федеральным законом.

1. Разбирательство дел во всех судах открытое. Слушание дела в закрытом заседании допускается в случаях, предусмотренных федеральным законом.
2. Заочное разбирательство уголовных дел в судах не допускается, кроме случаев, предусмотренных федеральным законом.
3. Судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.
4. В случаях, предусмотренных федеральным законом, судопроизводство осуществляется с участием присяжных заседателей.

Финансирование судов производится только из федерального бюджета и должно обеспечивать возможность полного и независимого осуществления правосудия в соответствии с федеральным законом.

Об осуществлении полномочий и назначении новых судей Конституционного суда РФ в связи с вступлением в силу ст. 1 Закона РФ о поправке к Конституции РФ от 14.03.2020 N 1-ФКЗ см. ст. 3 указанного Закона.

1. Конституционный Суд Российской Федерации является высшим судебным органом конституционного контроля в Российской Федерации, осуществляющим судебную власть посредством конституционного судопроизводства в целях защиты основ конституционного строя, основных прав и свобод человека и гражданина, обеспечения верховенства и прямого действия Конституции Российской Федерации на всей территории Российской Федерации. Конституционный Суд Российской Федерации состоит из 11 судей, включая Председателя Конституционного Суда Российской Федерации и его заместителя .
2. Конституционный Суд Российской Федерации по запросам Президента Российской Федерации, Совета Федерации, Государственной Думы, одной пятой сенаторов Российской Федерации или депутатов Государственной Думы, Правительства Российской Федерации, Верховного Суда Российской Федерации, органов законодательной и исполнительной власти субъектов Российской Федерации разрешает дела о соответствии Конституции Российской Федерации :

а) федеральных конституционных законов, федеральных законов, нормативных актов Президента Российской Федерации, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства Российской Федерации ;

б) конституций республик, уставов, а также законов и иных нормативных актов субъектов Российской Федерации, изданных по вопросам, относящимся к ведению органов государственной власти Российской Федерации и совместному ведению органов государственной власти Российской Федерации и органов государственной власти субъектов Российской Федерации ;

в) договоров между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации, договоров между органами государственной власти субъектов Российской Федерации ;

г) не вступивших в силу международных договоров Российской Федерации .

1. Конституционный Суд Российской Федерации разрешает споры о компетенции:

а) между федеральными органами государственной власти;

б) между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации;

в) между высшими государственными органами субъектов Российской Федерации.

1. Конституционный Суд Российской Федерации в порядке, установленном федеральным конституционным законом, проверяет :

а) по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод граждан — конституционность законов и иных нормативных актов, указанных в пунктах «а» и «б» части 2 настоящей статьи, примененных в конкретном деле, если исчерпаны все другие внутригосударственные средства судебной защиты ;

б) по запросам судов — конституционность законов и иных нормативных актов, указанных в пунктах «а» и «б» части 2 настоящей статьи, подлежащих применению в конкретном деле .

1. Конституционный Суд Российской Федерации по запросам Президента Российской Федерации, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства Российской Федерации, органов законодательной власти субъектов Российской Федерации дает толкование Конституции Российской Федерации.

5.1. Конституционный Суд Российской Федерации:

а) по запросу Президента Российской Федерации проверяет конституционность проектов законов Российской Федерации о поправке к Конституции Российской Федерации, проектов федеральных конституционных законов и федеральных законов, а также принятых в порядке, предусмотренном частями 2 и 3 статьи 107 и частью 2 статьи 108 Конституции Российской Федерации, законов до их подписания Президентом Российской Федерации;

б) в порядке, установленном федеральным конституционным законом, разрешает вопрос о возможности исполнения решений межгосударственных органов, принятых на основании положений международных договоров Российской Федерации в их истолковании, противоречащем Конституции Российской Федерации, а также о возможности исполнения решения иностранного или международного (межгосударственного) суда, иностранного или международного третейского суда (арбитража), налагающего обязанности на Российскую Федерацию, в случае если это решение противоречит основам публичного правопорядка Российской Федерации;

в) по запросу Президента Российской Федерации в порядке, установленном федеральным конституционным законом, проверяет конституционность законов субъекта Российской Федерации до их обнародования высшим должностным лицом субъекта Российской Федерации (руководителем высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации) .

1. Акты или их отдельные положения, признанные неконституционными, утрачивают силу; не соответствующие Конституции Российской Федерации международные договоры Российской Федерации не подлежат введению в действие и применению. Акты или их отдельные положения, признанные конституционными в истолковании, данном Конституционным Судом Российской Федерации, не подлежат применению в ином истолковании .
2. Конституционный Суд Российской Федерации по запросу Совета Федерации дает заключение о соблюдении установленного порядка выдвижения обвинения Президента Российской Федерации либо Президента Российской Федерации, прекратившего исполнение своих полномочий, в государственной измене или совершении иного тяжкого преступления .
3. Конституционный Суд Российской Федерации осуществляет иные полномочия, установленные федеральным конституционным законом .

Верховный Суд Российской Федерации является высшим судебным органом по гражданским делам, разрешению экономических споров, уголовным, административным и иным делам, подсудным судам общей юрисдикции и арбитражным судам, образованным в соответствии с федеральным конституционным законом и осуществляющим судебную власть посредством гражданского, арбитражного, административного и уголовного судопроизводства. Верховный Суд Российской Федерации осуществляет в предусмотренных федеральным законом процессуальных формах судебный надзор за деятельностью судов общей юрисдикции и арбитражных судов и дает разъяснения по вопросам судебной практики.

Исключена поправкой к Конституции Российской Федерации (Закон Российской Федерации о поправке к Конституции Российской Федерации «О Верховном Суде Российской Федерации и прокуратуре Российской Федерации») .

Статья 5. Самостоятельность судов и независимость судей

1. Суды осуществляют судебную власть самостоятельно, независимо от чьей бы то ни было воли, подчиняясь только Конституции Российской Федерации и закону.

2. Судьи, присяжные и арбитражные заседатели, участвующие в осуществлении правосудия, независимы и подчиняются только Конституции Российской Федерации и закону. Гарантии их независимости устанавливаются Конституцией Российской Федерации и федеральным законом.

(в ред. Федерального конституционного закона от 03.02.2014 N 1-ФКЗ)

(см. текст в предыдущей редакции)

3. Суд, установив при рассмотрении дела несоответствие акта государственного или иного органа, а равно должностного лица Конституции Российской Федерации, федеральному конституционному закону, федеральному закону, общепризнанным принципам и нормам международного права, международному договору Российской Федерации, конституции (уставу) субъекта Российской Федерации, закону субъекта Российской Федерации, принимает решение в соответствии с правовыми положениями, имеющими наибольшую юридическую силу.

4. В Российской Федерации не могут издаваться законы и иные нормативные правовые акты, отменяющие или умаляющие самостоятельность судов, независимость судей.

5. Лица, виновные в оказании незаконного воздействия на судей, присяжных и арбитражных заседателей, участвующих в осуществлении правосудия, а также в ином вмешательстве в деятельность суда, несут ответственность, предусмотренную федеральным законом. Присвоение властных полномочий суда наказывается в соответствии с уголовным законом.

Суд должен быть независимы не только от других органов власти, но и вообще от кого-либо(юридического или физического лица). Это необходимо для справедливости решения суда и присуждения надлежащего наказания

Как написать хороший ответ? Как написать хороший ответ?

• Написать правильный и достоверный ответ;
• Отвечать подробно и ясно, чтобы ответ принес наибольшую пользу;
• Писать грамотно, поскольку ответы без грамматических, орфографических и пунктуационных ошибок лучше воспринимаются.

Мореплаватель — имя существительное, употребляется в мужском роде. К нему может быть несколько синонимов.
1. Моряк. Старый моряк смотрел вдаль, думая о предстоящем опасном путешествии;
2. Аргонавт. На аргонавте были старые потертые штаны, а его рубашка пропиталась запахом моря и соли;
3. Мореход. Опытный мореход знал, что на этом месте погибло уже много кораблей, ведь под водой скрывались острые скалы;
4. Морской волк. Старый морской волк был рад, ведь ему предстояло отчалить в долгое плавание.

Один из правоохранительных органов — суд. (см. фотографию).

1. Как Вы думаете: а) что такое суд; б) почему суд должен быть независим от других органов государственной власти?

2. Какие ещё правоохранительные органы Вы знаете? (Назовите два органа.)

Правильный ответ должен содержать следующие элементы:

1) ответ на первый вопрос, например:

— суд — орган государства, осуществляющий правосудие;

— независимость суда обеспечивает непредвзятость и беспристрастность его решений; (Ответ на первый вопрос может быть дан в других формулировках.)

English français русский Српски

• Diminuer la taille du texte
• Augmenter la taille du texte
• Imprimer la page
• Imprimer en PDF

Вопросами верховенства права и независимости судебных органов я занимаюсь с момента вступления в свою должность. Я поднимала эти темы в четырех из девяти стран, которые посетила. В докладе по Венгрии, который я подготовила после визита в эту страну в феврале нынешнего года, я выразила обеспокоенность по поводу того,как принятые в 2010-х годах законодательные меры отразились на полномочиях и независимости судебной власти в стране. В своем докладе я подчеркивала необходимость сохранения системы сдержек и противовесов в управлении судебной системой и предостерегала от опасности ее политизации. Моя главная рекомендация заключалась в необходимости укрепления системы коллективного судейского самоуправления.

В марте я подняла вопрос о судебной реформе в Польше, которая сопровождалась финансируемой государством кампанией по дискредитации судей, а также негативными заявлениями в их адрес со стороны должностных лиц. Я пришла к выводу, что эта реформа имела серьезные негативные последствия для функционирования и независимости судебной системы страны, включая ее Конституционный суд и Совет по делам правосудия. Я также критиковала увольнение, замену и понижение в должности сотен председателей судов и прокуроров, использование дисциплинарных мер в отношении судей и прокуроров, высказывавших критику в адрес системы, а также объединение полномочий Министра юстиции и Генерального прокурора в руках одного действующего политика.

В своем опубликованном в феврале докладе по Румынии, в котором, среди прочего, я затронула вопрос о непродуманности реформы судебной системы, я подчеркивала важность сохранения независимости судебной системы и настоятельно призывала власти выполнить рекомендации Венецианской комиссии и Группы государств по борьбе с коррупцией (ГРЕКО). Среди ряда вызывающих озабоченность вопросов я обратила внимание на создание в рамках Генеральной прокуратуры Румынии отдела по расследованиям преступлений, совершаемых в судейском корпусе, а также на ограничения свободы выражения судьями своих мнений.

Независимость и беспристрастность судебной системы были одной из тем, которые я затронула во время моего недавнего визита в Турцию. Я выразила обеспокоенность тем фактом, что независимость судебной системы Турции была серьезно подорвана во время режима чрезвычайного положения, а также и после его прекращения. В частности, я отметила конституционные изменения, касающиеся Совета судей и прокуроров, которые явно входят в противоречие со стандартами Совета Европы, также как и приостановление на период двухлетнего чрезвычайного положения действия обычных гарантий и процедур увольнения, найма и назначения судей и прокуроров.

Вместо того чтобы поддерживать и укреплять независимость, беспристрастность и эффективность судебной системы, некоторые правительства и политики вмешиваются в работу судебной системы и даже прибегают к угрозам в адрес судей.

Совсем недавно Министр внутренних дел Италии допустил в одной из социальных сетей оскорбления в адрес трех судей в связи с вынесенными ими решениями, которые, по его мнению, шли в разрез со все более ограничительной политикой правительства в сфере иммиграции. СМИ сообщили об угрозах убийством, направленных против этих судей, которые появились в социальных сетях после этих резких выпадов со тороны министра. Еще одно словесное оскорбление судьи тем же министром, но уже по другой причине вынудило власти, как сообщается, предоставить этому судье полицейскую защиту в связи с последовавшими угрозами убийства.

В мае прошлого года в ходе парламентских дебатов в Сербии по вопросу введения пожизненного заключения без возможности условно-досрочного освобождения за некоторые наиболее тяжкие уголовные преступления, спикер парламента, ряд депутатов и министр юстиции подвергли критике судью Апелляционного суда Белграда Миодрага Майича за его предупреждение о том, что это законодательное предложение входит в противоречие с практикой Европейского суда по правам человека. После этого данный судья подвергся личным нападкам, в ходе прений его профессиональная квалификация и качество его работы были поставлены под сомнение лишь по той причине, что он воспользовался своим правом на свободу выражения мнения по вопросу, представляющему общественный интерес и относящемуся к сфере правосудия. Я также критиковала вышеупомянутое законодательное предложение за его несовместимость с практикой Европейского суда по статье 3 Европейской конвенции о правах человека в письме, которое я направила властям Сербии еще до вышеупомянутых парламентских дебатов.

Основные принципы Совета Европы в отношении независимости судебной власти

Наиболее актуальный документ, касающийся независимости судебных органов ― это Рекомендация комитета министров Совета Европы (2010)12 государствам-членам по вопросу о судьях: независимость, эффективность и ответственность.

Я бы хотела сослаться на некоторые из основных изложенных в ней принципов.

Независимость отдельных судей обеспечивается независимостью судебной системы в целом. Это один из основополагающих компонентов принципа верховенства права.

Независимость судей должна рассматриваться как одна из гарантий свободы, уважения прав человека и беспристрастного применения закона. Беспристрастность и независимость судей имеют важнейшее значение для обеспечения равенства сторон перед судом.

Независимость судей и судебных органов должна быть закреплена в Конституции или же на другом, как можно более высоком правовом уровне. Структурные механизмы, предусмотренные этими нормами, должны определять четкое разделение полномочий между исполнительной, законодательной и судебной властью.

Процедуры назначения и повышения в должности судей имеют ключевое значение для защиты независимости судебных органов. Стандарты Совета Европы требуют, чтобы не менее половины членов советов по делам правосудия (которые должны создаваться в соответствии с законом или Конституцией) были судьями, представляющими все уровни судебной системы, которых избирают их коллеги с соблюдением принципа плюрализма внутри судебной системы. Решения о назначениях и продвижении по службе должны основываться на объективных критериях профессиональных качеств и квалификации, а не на политических соображениях правительства.

Еще один важный принцип заключается в том, что судьи должны иметь гарантию пребывания в должности до достижения ими возраста обязательного выхода на пенсию и, что еще более важно, они не должны опасаться увольнения за решения, которые могут не понравиться тем, кто находится у власти.

Каждый судья обязан поощрять и защищать независимость судебной системы. Необходимо проводить консультации с судьями и судебными органами и обеспечивать их участие в подготовке законодательства, касающегося их статуса и, в более общем плане, функционирования судебной системы.

Комментируя решения судей, представители исполнительной и законодательной власти должны избегать как критики, подрывающей независимость судебной системы или доверие общества к ней, так и действий, которые могут поставить под сомнение готовность представителей органов государственной власти выполнять судебные решения (за исключением заявления о намерении обжаловать их).

Предпринимаемые на европейском уровне усилия по защите верховенства права и независимости судебной системы

На европейском уровне в последние годы в ряде стран-членов предпринимаются усилия для более систематического противодействия недопустимым посягательствам на независимость судебных органов.

В 2016 году Европейский суд вынес решение по делу Бака против Венгрии, связанное с преждевременным отстранением заявителя от должности председателя Верховного суда Венгрии и Национального совета юстиции по причине того, что в своем профессиональном качестве он критиковал законодательную реформу в Венгрии, которая затрагивала судебную систему. Суд установил, среди прочего, нарушение права заявителя на свободу выражения мнения, подчеркнув, что каждый судья обязан поощрять и защищать независимость судебных органов, и что необходимо проводить консультации с судьями и судебными органами и обеспечивать их участие в подготовке законодательства, касающегося их статуса и функционирования судебной системы.

В ряде своих заключений Венецианская комиссия давала оценку соответствия законодательства стран-членов соответствующим стандартам в области верховенства права и независимости судебной системы. Начиная с 2011 года, только в отношении Венгрии Венецианская комиссия приняла семь Заключений, касающихся вопросов верховенства права, включая независимость судебных органов. Она также касалась этих вопросов в своих Заключениях по Болгарии (2016 г.), Польше (два в 2016 и два в 2017 гг.), Турции (два в 2017 г.), Румынии (в 2018 и 2019 гг.), Мальте (в 2018 г.) и Сербии (в 2018 г.). Заключения Венецианской комиссии и составленный ею Контрольный перечень вопросов верховенства права широко использовались и упоминались в ходе разбирательств по нарушениям, инициированных Европейской комиссией ЕС в отношении ряда стран-членов, упомянутых ниже.

Различные институты Европейского Союза также рассматривали эти вопросы и предприняли ряд беспрецедентных шагов по защите верховенства права, демократии и основных прав. В 2018 году Европейский парламент впервые в своей истории призвал Совет ЕС дать оценку явному риску серьезного нарушения Венгрией основополагающих ценностей Европейского Союза. Среди основных проблем, вызвавших озабоченность Европейского парламента, были угрозы независимости судебной системы. В своей Резолюции о положении в области верховенства права в Румынии, принятой в ноябре 2018 года, Европарламент также выразил обеспокоенность положением в области верховенства права и независимости судебной власти в этой стране. Европейская комиссия инициировала процедуры разбора допущенных Венгрией и Польшей нарушений в связи с принятием в этих странах законодательства, подрывающего независимость судебной власти.

Что следует предпринять

Вышеперечисленные усилия показывают, что европейские институты не бездействовали в отношении указанных проблем, однако некоторые из предпринятых шагов необходимо было сделать гораздо раньше.

Странам-членам Совета Европы следует в полной мере соблюдать европейские стандарты в этой области и поддерживать независимость судебной системы.

В странах-членах Совета Европы необходимо чаще проводить проверки ситуации в сфере верховенства права на соответствие стандартам Совета Европы.

Следует обеспечить участие судей и консультации с ними при подготовке законодательства, затрагивающего их деятельность и функционирование судебной системы в целом.

Судьям должно гарантироваться пребывание их в должностях и защита от необоснованного досрочного отстранения от должности или принудительного перевода.

Следует гарантировать право судей на выражение мнения по вопросам, представляющим общественный интерес.

Граждане стран Европы должны призывать к ответственности свои правительства в случаях, когда действия их правительств идут вразрез с принципами верховенства права, демократии и прав человека.

Нарушение принципов верховенства права и независимости судей ставит под угрозу права человека.

Важность принципа независимости судебной власти при осуществлении правосудия

Нормуродов, Ж. О. Важность принципа независимости судебной власти при осуществлении правосудия / Ж. О. Нормуродов. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2023. — № 20 (467). — С. 572-574. — URL: https://moluch.ru/archive/467/102699/ (дата обращения: 18.09.2023).

В статье рассматривается принцип независимости судебной власти. Исследуются мнения зарубежных ученых, юристов и правоведов. Определяются особенности принципа независимости судебной власти и его роль в системе осуществления правосудия.

Ключевые слова : принцип независимости, судебная власть, правосудие, суд, судебная система, права и свободы человека.

The article discusses the principle of independence of the judiciary. The opinions of foreign scientists, lawyers and jurists are analyzed. The features of the principle of the independence of the judiciary and its role in the system of administration of justice are determined.

Keywords : principle of independence, judicial power, justice, court, judicial system, human rights and freedoms.

Место правосудия есть священное место, и поэтому не только Скамья, но и пространство для ног, и ограда, и назначение ее должны быть сохранены без скандала и коррупции.

Независимость — отдельный, важнейший принцип статуса судебной власти. Ибо она же предполагает сущность статуса, его конституционно-правовой объем и содержание, основную базисную характеристику правового положения судебной власти как в системе государственной власти, так и во взаимоотношениях с общественными институтами. Если применить схематичный подход, то можно обозначить принцип независимости как основной инструмент становления судебной власти. В свою очередь, независимость судебной власти необходима в каждой демократической системе управления. С момента установления демократической формы правления в мире во всем мире ведутся дебаты по вопросу о том, что судебная власть должна быть независимой от любого типа давления и притяжения как изнутри, так и извне.

Принцип независимости судебной власти — это один из фундаментальных принципов правового государства, который предполагает, что судебная власть должна функционировать независимо от влияния других ветвей власти, таких как исполнительная и законодательная власти, а также от внешних влияний, таких как общественное мнение или популярные настроения. Особенности проявления этого принципа включают:

— Независимость от исполнительной власти. Судебная власть должна быть независима от вмешательства со стороны исполнительной власти. Судьи должны иметь возможность рассматривать дела беспристрастно и в соответствии с законом, без давлений или угроз со стороны исполнительной власти.

— Независимость от законодательной власти. Судебная власть также должна быть независима от вмешательства со стороны законодательной власти. Суды должны применять законы, установленные законодателем, независимо от его мнения или воли, и не подвергаться политическому или идеологическому давлению.

— Финансовая и административная независимость. Суды должны иметь достаточные ресурсы, включая бюджетные средства и административную автономию, чтобы осуществлять свою деятельность независимо от других ветвей власти. Финансовая и административная независимость судебной власти обеспечивает ее способность действовать независимо и не подвергаться давлениям или вмешательству.

Принцип независимости судебной власти является объектом изучения и обсуждения многих ученых-правоведов. Взгляды на этот принцип могут варьироваться в зависимости от контекста и страны, но в целом существует широкое согласие на важности независимости судебной власти для правового государства и защиты прав и свобод граждан. В свою очередь, французский философ и политический мыслитель Шарль Луи де Монтескье считал независимость судебной власти одним из основных принципов свободного государства. В своей книге «О духе законов» он отметил следующее:

«…не будет свободы в том случае, если судебная власть не отделена от власти законодательной и исполнительной. Все погибло бы, если бы в одном и том же лице или учреждении, составленном из сановников, из дворян или простых людей, были соединены эти три власти: власть создавать законы, власть приводить в исполнение постановления общегосударственного характера и власть судить преступления или тяжбы частных лиц» [1]. Отсюда следует, что судебная власть должна быть отделена от исполнительной и законодательной властей, чтобы избежать злоупотреблений и нарушений прав граждан. Кроме того, французский политический мыслитель Алексис де Токвиль считал, что независимость судебной власти является одним из ключевых условий для поддержания свободы и предотвращения тирании. Он подчеркивал, что независимость судов от политических влияний и настроений общества является гарантией справедливости и правопорядка [2]. С этим он хотел отметить, что независимость судебной власти является одним из основных принципов гарантии свободы граждан.

Также, немецкий правовед Ганс Кельзен считал, что независимость судебной власти — это неотъемлемое условие правового государства. Он подчеркивал, что суды должны быть независимыми от других ветвей власти, чтобы иметь возможность защищать права граждан и обеспечивать справедливость, основываясь исключительно на законе [3]. А американский юрист и философ Рональд Дворкин считал, что независимость судебной власти — это важнейший фундаментальный принцип правового государства, который обеспечивает защиту прав и свобод граждан. Он подчеркивал, что судебная власть должна быть независимой от влияния политических, экономических и социальных

Антонио Кассесе, итальянский правовед и эксперт в области международного права, отмечал, что независимость судебной власти является неотъемлемым атрибутом правового государства и является предпосылкой для соблюдения прав и свобод граждан [4]. Он также подчеркивал важность неприкосновенности судей и их способности действовать самостоятельно.

Таким образом, принцип независимости судебной власти является одним из основных принципов правового государства и необходим для обеспечения справедливости и защиты прав граждан.

Независимость судебной власти играет важную роль в осуществлении правосудия. Ибо, она позволяет судьям рассматривать дела непредвзято и беспристрастно, исходя только из закона и фактов дела, без внешних влияний или давлений. Это, в свою очередь, обеспечивает справедливое и беспристрастное решение, основанное на праве, а не на политических или других соображениях. Помимо того, надлежащее обеспечение подлинной независимости судов способствует разделению властей между исполнительной, законодательной и судебной ветвями государства, что предотвращает концентрацию власти в руках одной ветви государства и обеспечивает баланс и контроль между ними.

Исходя из вышеизложенного, целесообразно бы подчеркнуть следующие основные элементы принципа независимости судебной власти, которые определяют его важность в системе обеспечения правосудия:

1. Обеспечение справедливого судопроизводства. Независимость судебной власти гарантирует, что суд будет рассматривать дела справедливо и беспристрастно, основываясь исключительно на законе и фактах дела, без вмешательства внешних влияний, таких как политика, давление общественности или интересы сторон. Это способствует вынесению справедливых решений и защите прав и интересов всех сторон, включая обвиняемых, потерпевших и общество в целом.
2. Предотвращение злоупотреблений. Независимость судебной власти также предотвращает злоупотребления со стороны исполнительной власти или других влиятельных структур, которые могут пытаться оказывать давление на суды для достижения своих целей или интересов. Если судебная власть не является независимой, это может привести к коррупции, произволу и неправомерному ограничению прав и свобод граждан.
3. Укрепление доверия общества ксудебной системе. Независимость судебной власти способствует укреплению доверия общества к судебной системе. Когда суды действуют независимо и справедливо, это способствует повышению доверия граждан к судебной системе и ее решениям. Доверие общества к судам является важным фактором для соблюдения законов и поддержания стабильности правового государства.
4. Защита прав исвобод граждан. Независимость судебной власти играет важную роль в защите прав и свобод граждан. Данный принцип обеспечивает возможность граждан обращаться в суд для защиты своих прав и свобод. Независимость судов позволяет гражданам обратиться за справедливым разрешением споров, получить справедливый судебный процесс и защиту своих прав, включая право на справедливое судебное разбирательство, свободу выражения, свободу вероисповедания, права меньшинств и другие конституционные и законодательно признанные права.

Резюмируя вышеизложенное, можно отметить, что суть принципа независимости судебной власти заключается в том, что судебная власть должна быть независимой от других ветвей власти и внешних влияний, чтобы обеспечивать справедливость, защиту прав и свобод граждан, а также контроль за законностью и конституционностью в стране. А одной из основных особенностей этого принципа является то, что он обеспечивает судам и судьям независимость от других ветвей власти и внешних влияний, что позволяет им действовать справедливо, беспристрастно и независимо при рассмотрении дел.

Истина и судебная достоверность

Верно ли, что истинная свобода индивида в обществе проявляется в осознанной им необходимости? Если да, то будет ли истинно свободным выбором судьи решение, которое с необходимостью вытекает из спора? И, наконец, будет ли возможность у судьи сделать истинно свободный выбор (принять свободное в указанном смысле решение), если не создано условий, при которых решение должно вытекать с необходимостью? По мнению автора, небесспорной является точка зрения, согласно которой лучшим и единственно возможным способом организации судебной деятельности в современных условиях является судопроизводство, базирующееся на свободном судейском усмотрении, в основе которого лежит внутреннее убеждение судьи, по-скольку для проверки и оценки содержательной стороны внутреннего убеждения судьи не существует правовых критериев. Автор считает одной из причин, по которым современный суд далек от независимости, аморфность и неопределенность абстрактно-психологического социально-правового явления судебного правоприменения, именуемого «внутреннее убеждение судьи». Постановка проблемы судебной достоверности представляет собой попытку снять завесу таинственности с этого психолого-правового явления и обозначить пути создания научно-правовой базы для ограничения судебного произвола. В качестве Приложения к настоящему изданию предлагаются материалы защиты диссертации на соискание ученой степени доктора юридических наук, которые могут вызвать интерес у правоведов (практиков и научных работников), у соискателей ученых степеней (аспирантов и докторантов), а также у всех, интересующихся проблемами права, правосознания, судопроизводства и судебной реформы. Для ученых-правоведов, социологов, политиков, студентов высших юридических учебных заведений, судей, работников прокуратуры и других правоохранительных органов.

Оглавление

• Предисловие ко второму изданию
• Предисловие к первому изданию
• Глава 1. О правопонимании
• Глава 2. Разделение властей и независимость суда

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Истина и судебная достоверность предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Разделение властей и независимость суда

2.1. Разделение властей как социальная закономерность

Доктрина разделения властей не нова. Анализируя ее, Петр Баренбойм утверждает: «Ожидать прихода к власти самых добросовестных, порядочных, честных и умных людей современности — столь же недостижимая цель, сколь и не соответствующая самой сути государственной власти. Хорошая конституционная схема должна быть рассчитана на средний для общества уровень обычных, достаточно мелких страстей и помыслов заурядных людей с поправкой на быструю потерю у них реальной самооценки и возможности самокритики. Разделение властей потому и является важнейшей государственно-правовой доктриной, что предусматривает конституционный баланс для всегда несбалансированных самолюбий государственных чиновников… Краеугольным камнем доктрины разделения властей является сильная, независимая и равноправная с законодательной и исполнительной властью судебная власть» [43] .

Ссылаясь на достоверный исторический материал, П. Баренбойм убедительно доказал, что доктрина разделения властей не является изобретением Нового времени, ее корни уходят в глубокую древность, подобно истокам государства и права.

В основе доктрины разделения властей лежит идея такой организации механизма государственной власти, при которой в обществе будет достигнуто господство права, т. е. государственная власть будет «связана» правом. Это объективная потребность гражданского общества, нуждающегося в защите свободы, прав и безопасности своего существования. Вместе с тем история свидетельствует о том, что каждый обычный человек (за крайне редкими исключениями, вызванными, скорее, слабостью, нежели силой), так или иначе достигший власти, рано или поздно непременно начинает ею злоупотреблять, открыто стремится расширить ее, проявляет явную вражду к каждому, кого заподозрит в притязаниях на эту власть, и принимает все меры к тому, чтобы ее не потерять. Как ни печально это осознавать, но данная психологическая закономерность относится в той или иной мере ко всем. В этой связи как на положительный момент в изменении правового статуса судей следует указать на ограничение времени выполнения судьей функций председателя суда. Однако стремление отдельного индивида к узурпации и злоупотреблению власти проявляется и в коллективной узурпации власти, и коллективном злоупотреблении ею. История человечества свидетельствует о том, что узурпация и злоупотребление властью индивидом или коллективом людей (во всевозможных организационных формах) являются закономерностью, которая побудила великих ученых древности и современности направить свои усилия на создание такого механизма государственной власти, когда, с одной стороны, при сохранении тенденции к узурпации власти и злоупотреблению ею, с другой стороны — в интересах всего общества, в целях защиты прав и свобод личности, создаются условия, исключающие произвол власти. История сегодня подтверждает жизненность этой идеи в рамках концепции существования и развития правового государства — идеи разделения властей (законодательной, исполнительной и судебной), в которой важное значение имеет система сдержек и противовесов. Данная система предполагает, в свою очередь, наличие реальных рычагов у каждой из трех самостоятельных ветвей власти, с помощью которых она (эта власть) может исключить перспективу узурпации власти другой или другими ветвями власти.

«Создатели теории разделения властей придавали суду первостепенное и совершенно самостоятельное значение в обеспечении законности, справедливости и свободы при условии, что судебная власть не будет зависеть от других властей. Поэтому самостоятельность и независимость судебной власти нужна не для того, чтобы стать неконтролируемой и неуправляемой, не для самоутверждения судебного корпуса и его элитности, а для обеспечения реальной возможности пресечь произвол других властей и защитить права и свободы как отдельных граждан, так и их объединений и общества в целом» [44] .

Доктрина разделения властей не является «искусственным» изобретением человечества, а отражает объективную закономерность развития общества. Одна из важнейших ее граней — связь всеобщей идеи свободы и самой доктрины как конституционное выражение и одновременно гарантия свободы. Главная же задача конституционного принципа разделения властей заключается в обеспечении постепенности преобразований и эволюционного пути развития государства и права. При этом основное условие выполнения этой задачи — сохранение постоянной тенденции к поддержанию права принудительной силой государства и возможности суда по отправлению правосудия независимо от политической борьбы в обществе [45] .

Вместе с тем индикатором силы судебной власти и реальности разделения властей является как отсутствие в государстве «неподсудных» субъектов (независимо от их политического или экономического положения), так и безусловность исполнения судебных постановлений, вступивших в законную силу.

Это вовсе не означает, что доктрина разделения властей имеет своей целью установление непреодолимого водораздела между отдельными ветвями власти. Напротив, законодательная, исполнительная и судебная власти взаимосвязаны, взаимообусловлены и объективно не могут существовать одна без другой сколько-нибудь значимое по историческим меркам время. Именно в этом единстве разделенные ветви власти могут динамично развиваться в соответствии с изменяющимися социально-экономическими условиями жизни общества. Система сдержек и противовесов, обеспечивающая «равновесие» властей, может появиться и полноценно функционировать именно в этом единстве. Лишь в единстве разделенных ветвей власти возможно создание условий для реального усиления каждой из них. Ход исторического развития свидетельствует о том, что в случае узурпации «победившая» ветвь власти неминуемо рано или поздно приходит к своему краху.

Такой подход к пониманию доктрины разделения властей, когда законодательная, исполнительная и судебная власти не подменяют функции друг друга, а, являясь самостоятельными и равновесомыми, существуют в единстве и взаимозависимости, позволяет создать условия, исключающие, с одной стороны, гипертрофированное представление судей о роли и месте суда в обществе, а с другой — перейти к уяснению понятия и принципа независимости суда, поскольку данный принцип необходимо выводится из доктрины разделения властей.

2.2. О принципе независимости суда

Вопрос о независимости суда является краеугольным в доктрине разделения властей и системе сдержек и противовесов. История человечества доказала исключительную важность для общества реального претворения в жизнь этого принципа. Данное обстоятельство подтверждается не только тем, что во всем цивилизованном мире, в любом государстве с развитыми демократическими институтами существуют правовые гарантии независимого суда, но и тем, что требование существования данного принципа в любом государстве, вступившем в Совет Европы, юридически закреплено в Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. В соответствии с ч. 1 ст. 15 Конституции РФ составной частью российской системы права служат общепризнанные принципы и нормы международного права, которые содержатся в ратифицированных Россией международных договорах и имеют преимущество перед внутригосударственными законами. Поскольку Россия вступила в Совет Европы и в марте 1998 года ратифицировала Европейскую конвенцию о защите прав человека и основных свобод, необходимо исходить из того, что положения данного нормативного документа не декларативны, а имеют непосредственное прикладное значение для российского правоприменения. «Необходимость учета и непосредственного применения общепризнанных принципов и норм международного права, в том числе содержащихся в Конвенции, и возможность граждан обратиться с жалобами в Суд (Европейский суд. — А. А.) по правам человека, если они не получили адекватной защиты в российских судах, обязывает судей хорошо ориентироваться не только в правовых нормах, содержащихся в Конвенции, но и в их официальном толковании, которое содержится в решениях Суда» [46] .

Понятие «независимый суд», содержащееся в Конвенции, представляется важным в связи с рассматриваемой проблемой. Статья 6 Конвенции закрепляет право человека на справедливое судебное разбирательство: «Каждый имеет право при определении его гражданских прав и обязанностей или при рассмотрении любого уголовного обвинения, предъявляемого ему, на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона…» Европейский суд по правам человека при определении того, является ли судебный орган независимым, принимает во внимание следующие факторы:

— процедуру назначения его членов;

— продолжительность их службы в этом качестве;

— существование гарантий, препятствующих оказанию на них давления, а также наличие у данного органа внешних атрибутов независимости.

Европейский суд постановил, что судебный орган должен быть независим как от исполнительной власти, так и от сторон в деле [47] .

Разумеется, анализируя понятие «независимость суда» в России (в рамках существующей правовой регламентации) и изучая практику осуществления в России данного принципа, необходимо сопоставлять российскую действительность с европейскими стандартами.

Однако вопрос о независимости суда далеко не только философский, но и правовой. Философско-правовая тема в последнее время получила, с одной стороны, достаточно глубокое освещение в многочисленных научных трудах философов, правоведов и юристов-практиков, а с другой — сведена до уровня площадной брани усилиями всевозможных «ревнителей» прав и свобод человека. Особое рвение в борьбе с независимостью суда проявляют некоторые печатные средства массовой информации (от региональных до республиканских). Научно-правовой анализ одного из главных принципов организации судебной власти необходимо давать, обозначив причины, порождающие стремление известной части общества всячески противодействовать становлению независимой и самостоятельной судебной власти. Таких причин несколько.

Одна из них, по нашему мнению, — социально-правовое невежество носителей идеи, согласно которой независимость равнозначна вседозволенности и полной бесконтрольности. Данная идея возникла в обществе не сама по себе, она не является плодом больного воображения конкретного человека. В ее основе — десятилетия правового нигилизма, укоренившегося в сознании большого числа граждан СССР под влиянием известных социально-экономических и политических условий. При этом для возникновения и укрепления в сознании определенной части граждан убежденности в том, что независимость суда тождественна вседозволенности, не потребовалось ни временных промежутков, ни материальных вложений. Все произошло само собой. Достаточно вспомнить о «маятниковой особенности» психологии и менталитета российского человека, возникшей на основе аналогичного свойства самой российской действительности. Только вчера все громогласно заявляли о полной зависимости судов, о «телефонном праве», о партийной дисциплине в судах и т. д., а сегодня, когда появились первые проблески будущей независимости судей в рамках самостоятельной судебной власти, маятник качнулся в противоположную сторону и вместо прежней убежденности в «зависимости» судов в сознании части граждан появилась убежденность во «вседозволенности и беспределе», царящих в судопроизводстве.

Полагаем, что данное явление сугубо российское. Оно отражает особенности духовных устоев нашего общества, где веками складывался образ чувственных мыслей — «любить, так любить до остатка, ненавидеть, так по полной программе», где сосуществуют рабское чинопочитание и ненависть к тому, кто чуть выше по статусу, кто имеет чуть больше и т. д.

Эта, на первый взгляд, «незначительная деталь» — душа, психология, менталитет российского человека, как будто бы и не относящаяся к научному исследованию, на поверку оказывается главенствующей при изучении любой темы, связанной с анализом и оценкой общественной жизни в России. Только глядя через призму названных явлений можно с относительной точностью анализировать общественные процессы, происходящие в России, изучать действенность тех или иных структур и механизмов, участвующих в регулировании общественных отношений, с достаточной степенью точности прогнозировать значимость и ценность для общественного развития той или иной новеллы в институтах, связанных с регулированием общественных отношений. Не принимать это во внимание — значит оторваться от действительности, которую мы хотим понять, которую пытаемся изучить и на постижение которой направлены наши устремления.

Вторая причина коренится в скрытом нежелании представителей законодательной и исполнительной ветвей власти мириться с реалиями сегодняшнего дня: возникновением в нашем государстве третьей власти — судебной, которая не только (в теоретическом плане) выступает необходимым элементом системы сдержек и противовесов в организации государственной власти, но и реально (в практическом плане) оказывает воздействие на каждую из властей в случае их отступления от требований закона.

«Законодательные и исполнительные ветви власти обречены на пересечение интересов, конфликтность. Изначально заложенная в них сущность подтверждается повседневной реальностью. А между ними в качестве арбитра оказывается третья власть, вынужденная получать обвинения то от одной, а иногда, и это бывает, от обеих вместе.

Власть состоит из людей, а им свойственны субъективизм, амбициозность. Отсюда и оценки, нередко ошибочные, не поддающиеся переубеждению. Пессимизм в прогнозах о перспективе взаимоотношений, может быть, преувеличен. Но лучше получить как подарок разумное, объективное, заинтересованное, мирное развитие, чем подтверждение удручающих предположений и глубокое разочарование.

Есть надежда, что самая спокойная, выдержанная, рассудительная власть — судебная — в силу своей самодостаточности сможет сохранить свой статус с наименьшими издержками.

В конечном счете, это нужно не судьям, а тем, для кого они предназначены — простым людям. Это они, граждане, должны быть уверены, что их проблемы решают судьи независимые, самостоятельные, без страха за свое судейское кресло, без оглядки на должностных лиц и какие-либо инстанции» [48] .

Третья причина, на наш взгляд, в основе своей имеет ведомственный интерес тех силовых структур, для которых судебная оценка конкретного правового конфликта — не что иное, как лакмусовая бумага, проявляющая недостатки, упущения или нарушения закона со стороны их сотрудников. Практика показывает, что всякий раз, когда тот или иной судья принимает по конкретному вопросу решение, вскрывающее явные недоработки должностных лиц соответствующих ведомств, на страницах газет и журналов появляются статьи «штатных» журналистов о вреде независимого суда для общества.

Четвертой причиной распространения в нашем обществе неудовлетворенности независимостью суда является, как ни покажется странным, сама деятельность суда по отправлению правосудия, а именно — ее результат. Обычно в суде спорящих сторон две, причем позиция одной из них, с правовой точки зрения, ущербна. Как правило, разрешая спор по существу, суд не удовлетворяет полностью или частично претензии одной из сторон. Дальнейшие события с учетом менталитета российского человека можно прогнозировать с достаточно высокой степенью вероятности: при наличии у недовольной стороны денежных средств и желания всеми правдами и неправдами надавить через общественное мнение на суд, на свет появляется пасквиль о явном беззаконии в судах, о заинтересованности судьи и о вреде независимости суда.

Наши наблюдения подтверждаются богатым эмпирическим материалом, а перечисленные явления столь явно обнаруживают себя в повседневной жизни, что ученые-юристы, как теоретики, так и практики, говорят о них как о чем-то вполне обыденном и естественном. В частности, известный петербургский юрист В. И. Полудняков пишет: «Даже самые активные радикалы понимают, что единственная инстанция, которая реально может принять решение о защите конкретной личности, — это не партийный орган, не газета или телевидение, не депутат, а только — суд. А раз это так, то судья и оказывается в эпицентре столкнувшихся интересов, коллизий, правды и кривды, слабого и сильного, человека и государства. Отсюда все претензии и обвинения направляются в один адрес — судьи и суда. В глазах определенных лиц судья — главный виновник неправедного решения. В любом судебном деле одна сторона остается неудовлетворенной. При этом для нее нет дилеммы — права она или нет. Разумеется, права, конечно, никаких других контраргументов нет и быть для нее не может… Как следствие возникают истерики, оскорбления и клевета» [49] .

Достаточно убедительно, на наш взгляд, сказанное подтверждает одна из газетных публикаций, помещенных в региональном приложении к АиФ для читателей Ивановской и Владимирской областей. В рубрике «Скандал» опубликована статья под интригующим заголовком «Судебный беспредел», официально инициированная руководством УВД Владимирской области. Можно было бы, прочитав, забыть явно тенденциозный опус, если бы в нем не была сформулирована конкретная идея, усиленно распространяемая в последнее время в средствах массовой информации. Суть ее изложена в «прямой речи» инициатора публикации и заключается в ненавязчивом сетовании на то, что «полнота судебной власти отдана в настоящее время на откуп независимым судьям…» [50] . Возникает закономерный вопрос: а кому еще, кроме независимых судей, руководство УВД хотело бы передать полноту судебной власти? Если учесть то обстоятельство, что подобные публикации далеко не редкость во Владимирской области, а ярко выраженная позиция по отношению к судебной власти не заблуждение, вспоминаются азы правовой науки.

Эссе по обществознанию

Независимость судебной власти необходима для эффективного разрешения судебных дел. Самостоятельность и независимость судей обеспечивает справедливое разрешение споров, т.к. судья в данном случае руководствуется нормами закона, а не влиянием какой-либо должности. Это создает законность в обществе, что очень важно для развития демократии и соблюдения прав и свобод человека.

2) Субъекты гражданского судопроизводства:

1. Истец. Ирина проживает на 4 этаже, ее квартиру затопил сосед сверху – Олег, он отказался по договоренности помочь сделать Ирине ремонт, поэтому она обратилась с иском в суд, требуя возмещение ущерба.

2. Ответчик. Олег – ответчик в деле о затоплении квартиры, он ознакомился с материалами дела, снял с них копии.

3. Суд. Суд вынес решение по делу о причинении вреда из-за затопления квартиры в отношении Олега, обязав ответчика возместить причиненный ущерб, оцененный в 500 тысяч рублей.